Глава 7.0
Сегодня я впервые осознал, что что-то может быть одновременно холодным и горячим.
Фшшшш…
Внутри прозрачного, как кристалл льда, магического камня переливалось пламя.
Снежный Камень.
Этот красивый магический камень, который можно было бы использовать и как украшение, появился передо мной, как только я вышел из Зала Испытаний.
Он радовал глаз, но больше всего мне нравилось то, что он мог компенсировать мой недостаток маны.
==
「Снежный Камень」
Запас маны: 2500 / 2500
==
«А это действительно хорошая штука».
Запас маны, в пять раз превышающий мой собственный, меня очень радовал.
«Теперь можно не беспокоиться об истощении».
Если я буду аккуратно контролировать расход, то, похоже, смогу использовать винтовку Наполеона, не падая без сил.
Кстати говоря.
«Есть хочется».
Я целый день бегал туда-сюда, и живот свело от голода.
Я достал газовую горелку, поставил на нее кастрюлю с водой и высыпал туда приправу для рамена.
«Кх, вот оно».
Как только я высыпал приправу, приятный аромат наполнил воздух.
Я бросил лапшу в кипящую воду и ждал, пока она сварится.
Динь-динь-
Звякнул колокольчик, и дверь лавки открылась.
«Ах, забыл запереть дверь».
Я собирался сегодня закрыться пораньше и испытать Снежный Камень, поэтому обратился к вошедшему посетителю с извинениями:
— Простите, но мы сегодня уже закры…
Однако.
— Прошу прощения. Я заблудился под проливным дождем.
Ш-ш-ш-ш…
За открытой дверью бушевал ливень.
— Могу я переждать здесь немного?
Глядя на говорившего мужчину средних лет, я на мгновение потерял дар речи.
Грохот!
Вспышка молнии осветила лицо мужчины, и оно показалось мне до боли знакомым.
Могучее телосложение, рыжеватая борода, широко раскрытые глаза.
Это был человек, которого не мог не знать ни один кореец.
Великий полководец, которого часто можно было увидеть на статуе в Кванхвамуне или на стовоновой монете.
Великий полководец, создавший миф о непобедимости, святой герой, спасший погибающую страну.
— Адмирал… Ли Сунсин?
— Вы меня знаете?
[Вы встретили Ли Сунсина из Провальной Временной Линии.]
Второй посетитель моей лавки.
Это был не кто иной, как Чхунмугон Ли Сунсин (Чхунмугон — посмертный титул Ли Сунсина, означающий «Верный и Воинственный»).
— Видел вас издалека.
— Вот как.
На самом деле я видел его только в учебниках истории, на статуях и монетах, но метафорически это можно было назвать «издалека».
«Выглядите очень исхудавшим».
Адмирал Ли Сунсин несколько отличался от современного образа мягкого и добродушного человека.
Лицо было худым, скулы выступали, губы были толстыми, а глаза — большими и круглыми, как у быка.
И все же было удивительно, как с первого взгляда можно было узнать в нем Ли Сунсина.
— Адмирал.
— Не называйте меня так. Как можно называть адмиралом человека, лишенного звания?
— Вас лишили звания?
— Его Величество приказал мне сложить полномочия и служить простым солдатом за ложный донос, и я выполняю его волю.
Как и сказал Ли Сунсин, он был одет в простую белую одежду — одежду простолюдина.
«Неудивительно, что вы выглядите таким исхудавшим».
Согласно истории, Ли Сунсин несколько раз получал от короля Сонджо приказ уничтожить японские силы, захватившие Пусан.
Однако Ли Сунсин считал эту битву заведомо проигрышной.
В конце концов, Ли Сунсин ослушался приказа, и разгневанный Сонджо, уцепившись за предлог ложного доклада, лишил Ли Сунсина адмиральского звания и приказал ему служить простым солдатом — несправедливый приказ.
52-летнему адмиралу было приказано пройти пешком от Сеула до Хапчхона — расстояние в целых 670 километров.
То есть, Ли Сунсин, находясь в этом походе, постучался в дверь моей лавки, чтобы укрыться от непогоды.
А это означало…
«Время близится к битве при Мённян».
Великое морское сражение, изменившее ход истории Кореи, в котором 13 кораблей разгромили японский флот из 133 кораблей, превосходивший их более чем в десять раз.
Именно битва при Мённян принесла Ли Сунсину, спасшему страну от гибели, титул Святого Героя.
[Помогите Ли Сунсину одержать победу в битве при Мённян.]
Не успел я осознать ситуацию, как системное окно выдало задание.
«Ха, что это еще за…»
От этого задания, еще более худшего, чем во времена Наполеона, у меня помутилось в голове.
Словно уловив мое состояние, системное сообщение продолжилось:
[Награда: Легендарный артефакт]
«…Серьезно?»
У Ли Сунсина, служившего простым солдатом, был спутник.
— Меня зовут Ан Ви.
Это был не кто иной, как правая рука Ли Сунсина и один из главных героев битвы при Мённян, Ан Ви.
«Разве Ан Ви сопровождал его во время службы простым солдатом?»
Это было странно, но я не мог этого знать наверняка.
Поскольку это была Провальная Временная Линия, история могла отличаться от реальной.
— Дождь не прекращается.
Несмотря на поздний час, за окном по-прежнему бушевала гроза и лил проливной дождь.
— Если это не будет слишком большой наглостью, можно ли нам остаться здесь на ночь?
— Да, конечно.
— Спасибо. Мы обязательно отплатим.
Ли Сунсин и Ан Ви сели за стол в углу лавки, чтобы отдохнуть.
«Хорошо, что я его поставил».
Кстати, этот стол и стулья были из эпохи Наполеона.
Изначально места для отдыха не было, но я поставил их после визитов Наполеона.
А это означало, что стол тоже был артефактом.
Стол, за которым великий герой Наполеон пил колу и беседовал.
==
「Стол Наполеона」
- Стол, за которым герой Французской революции Наполеон пил колу со своим другом Чхве Соджуном. Сидя за ним, чувствуешь, как восстанавливаются силы.
Восстановление усталости: 10%
==
«Артефакты тоже бывают разными».
Даже обычный стол может стать артефактом, если за ним посидит великий герой.
Конечно, этот стол тоже был предметом из другого мира, материализованным моей маной, и исчез бы, как «Винтовка Наполеона», если бы у меня закончилась мана.
Раньше я бы поостерегся его доставать из-за расхода маны, но сейчас это было не так уж страшно.
Ведь «Снежный Камень» восполнял мою ману.
— Странно, но усталость как рукой снимает.
— Похоже на то.
Ли Сунсин и Ан Ви, сидевшие за столом, похоже, тоже ощутили эффект стола и выглядели удивленными.
Отдых за этим столом полностью снимал усталость.
Похоже, они расслабились и начали разговаривать между собой.
Я сделал вид, что не слушаю, но внимательно прислушивался к их разговору.
— Мы должны обязательно найти Пэ Соля.
— Не беспокойтесь, он не мог далеко уйти.
«Пэ Соль…»
Вон Гюн — бездарный полководец, который, пока адмирал Ли Сунсин служил простым солдатом, умудрился уничтожить весь флот из 300 кораблей, с таким трудом собранный Ли Сунсином.
Пэ Соль был тем, кто дезертировал с 12 кораблями из этих 300, находившихся под командованием Вон Гюна.
Именно эти 12 кораблей, с которыми дезертировал Пэ Соль, стали последними кораблями Чосона, позволившими Ли Сунсину позже сразиться в битве при Мённян.
Хотя Пэ Соль дезертировал из страха, а не ради сохранения кораблей.
«Почему они ищут Пэ Соля?»
Меня удивило, что Ли Сунсин, который должен был служить простым солдатом, ищет Пэ Соля.
Ши-и-и.
В этот момент рамен на газовой горелке забулькал.
Я взял приготовленное яйцо, разбил его о край кастрюли и вылил в рамен.
Аппетитный аромат распространился по лавке.
Ли Сунсин и Ан Ви прекратили разговор и смотрели в мою сторону.
Было слышно только, как они сглатывают слюну. Оба молча смотрели на рамен.
Мне стало неловко, и я первым заговорил:
— Не хотите ли немного?
— Можно? — ответил Ан Ви так, словно только этого и ждал. Я усмехнулся.
— Да. Еды много, ешьте сколько хотите.
Перед лицом голода даже великие полководцы были обычными людьми.
— Поистине удивительное блюдо.
— Фух, фух, острое, но хочется еще.
Ан Ви и Ли Сунсин поглощали рамен так жадно, будто не ели несколько дней.
Мне пришлось сварить для них целых шесть пачек рамена.
«Говорили, что люди в старину много ели, и это правда».
Говорят, «кобонпап» — это когда рис накладывают горой. Глядя на этих двоих, я убедился в исторической достоверности этого факта.
— Послушай, что это за блюдо?
— Рамен.
— Рамен? Такого вкусного блюда из лапши я в жизни не пробовал, — Ан Ви искренне рассыпался в комплиментах.
Адмирал Ли Сунсин молча кивнул в знак согласия.
Это был момент доказательства того, что притягательность рамена действует и на корейцев 15-го века.
— Позвольте спросить, что это за место? — спросил адмирал Ли Сунсин, доев рамен до последней капли бульона.
— Лавка всякой всячины.
— Лавка всякой всячины… Тогда вы бессмертный мудрец?
— Что, простите?
— Говорят, некий Тонбансак был бессмертным и владел искусством магии. Слышал, что его жилище тоже было полно таких вот чудесных вещей.
— …
Попробовав рамен, приготовленный на газовой горелке, Ли Сунсин, похоже, принял меня за бессмертного мудреца, владеющего магией.
Неудивительно, что человек 15-го века, увидев газовую горелку, мог подумать именно так.
— Можно сказать и так, — уклончиво ответил я, не видя другого способа развеять его заблуждение.
В конце концов, перемещение между мирами тоже можно было считать своего рода магией.
— Так я и думал. Недаром от этого стола такое странное ощущение, будто усталость проходит.
— Какая удача. Укрыться от дождя и попасть в дом бессмертного мудреца.
Я позволил Ан Ви и Ли Сунсину оставаться в своем заблуждении.
На следующий день, как только дождь прекратился, Ли Сунсин и Ан Ви рано утром покинули лавку.
Но они уходили не навсегда.
— Прошу прощения, но не могли бы мы остаться здесь еще на некоторое время? Мы заплатим.
— Платить не нужно, оставайтесь. Мне тоже приятно, когда есть гости.
— Ха-ха, спасибо.
Отказавшись от связки монет, которую протягивал Ан Ви, я разрешил им остаться в лавке.
За пределами лавки простирались горные склоны. Утром они ушли, а вернулись только к закату.
— Возможно, его здесь нет.
— Поищем еще немного. Он может быть где-то поблизости.
Судя по разговору, они что-то искали.
«Ищут Пэ Соля?»
На следующий день Ли Сунсин снова вернулся только к вечеру после поисков, и выражение его лица было мрачным — похоже, он так ничего и не нашел.
У меня были кое-какие догадки, поэтому я подошел к отдыхавшему Ли Сунсину и спросил:
— Простите за беспокойство, но могу я узнать, что вы ищете?
— Ты не видел поблизости человека по имени Пэ Соль?
Как я и предполагал, Ли Сунсин искал Пэ Соля.
«Неужели время сдвинулось?»
Пэ Соль, адмирал чосонского флота.
Дезертировав с 12 кораблями, он передал их Ли Сунсину и тут же снова дезертировал.
В дневнике Ли Сунсина записано, что Пэ Соль страдал от сильного тревожного расстройства.
Поэтому люди предполагали, что Пэ Соль дезертировал из-за посттравматического стрессового расстройства.
Дезертировав, Пэ Соль проявил невероятную отвагу, в одиночку прорвавшись через оккупированные японцами территории до своего родного города Сонсан в провинции Кёнсандо.
Из-за этого эпизода даже ходили шутки, что на самом деле Пэ Соль был «человеком-оружием», способным в одиночку прорваться сквозь японскую армию.
Но Пэ Соль не страдал от ПТСР и не был человеком-оружием.
Как стало известно в современности, секрет того, как Пэ Соль смог прорваться через японскую армию, заключался в том, что он был… не человеком.
Пэ Соль.
Он превратился в «монстра».
Если Пэ Соль превратился в монстра раньше времени, то это объясняло, почему Ли Сунсин, находясь на службе простым солдатом, искал его.
Говорят, Ли Сунсин происходил из рода «чхагёгапса» — воинов, охотившихся на ёкаев.
— Если вы ищете Пэ Соля, вам нужно идти в темные и сырые места. Поищите в долинах, пещерах, под скалами.
— Откуда ты это знаешь?
— Потому что это места, которые любит Кысындэ.
Монстр, в которого превратился Пэ Соль, был не кем иным, как «Кысындэ» — теневым ёкаем из корейских легенд.