Ночь предательства

Олдор горел в ослепительном пламени и пытался закричать.

— '…!'

Однако пламя, пожиравшее его изнутри, сжигало и лёгкие — воздух уже не имел силы заставить голосовые связки вибрировать. Олдор потянулся рукой, пытаясь хоть как-то достать Маздари, но тому хватило одного шага назад, чтобы сделать все попытки сопротивления тщетными.

Олдор рухнул.

— 'Не волнуйся, Олдор. Это магическое пламя, оно не распространится на корабль.'

Гнилая Рука Маздари подала голос.

— "Рановато, конечно, но пора начинать."

"Всё бы закончилось так же, даже если бы я успел нарисовать круг."

Магический круг, на который наступил Олдор, был начерчен на случай, если появится жрец Бога Сковывания.

Круг Обмана. Он должен был обманывать глаза Бога, но не его жрецов.

"Похоже, смерть Олдора ещё не обнаружили."

Чтобы захватить корабль, Маздари последние несколько дней рисовал магические круги в разных местах. Ему приходилось держать Бога Сковывания и жрецов в неведении с помощью Обмана, поэтому работа заняла много времени.

— "Начнём читать заклинание?"

"Да."

Маздари вместе с Гнилой Рукой произнёс заклинание. Наступил момент, к которому он готовился с самого возвращения с острова Долтан.

Магические круги в комнате Маздари активировали остальные круги по установленным им правилам. Последний круг, который сработал, был нарисован на полу в трюме — в тёмном углу, куда редко кто заглядывал, разве что квартирмейстер за припасами. В скрытом уголке трюма круг вспыхнул красным светом, и мёртвая мышь, лежавшая на нём, начала дёргаться и шевелиться.

Живот мыши был вспорот, и при каждом движении из раны сочилась жидкость, но она всё равно с любопытством обнюхивала пространство, словно была жива, и даже казалась голодной. Мёртвая мышь принялась грызть дерево, чтобы добраться до запасов зерна. Обычно на это ушли бы часы, но теперь мышь была в несколько раз сильнее, чем при жизни, и вскоре пробралась внутрь и набросилась на зерно.

Однако мёртвой мыши зерна было мало. С дерзостью, которой у неё не было при жизни, она выбралась на палубу — туда, где днём светило солнце, в пространство, принадлежавшее матросам. Мышь забегала между спящими троллями и нашла торчащую из-под тонкого одеяла ногу тролля-матроса. Радостная, она забралась на ногу и вцепилась в мизинец.

Тролль-матрос проснулся с криком боли. Другие матросы зажгли свет. К тому времени мёртвая мышь уже убежала, а с обглоданного пальца текла кровь. Старший матрос попытался остановить кровотечение, но это было непросто. Перевязав рану куском ткани, он сказал потерявшему палец троллю, что утром его рану проверят, и заставил его выпить крепкий алкоголь.

Однако, когда остальные матросы закрыли глаза и уснули, тролль-матрос проснулся вновь. Дело было не в том, что он не мог уснуть. Его сердце остановилось. Теперь мёртвый, тролль уже не мог мыслить разумно. Мозг прекратил работу из-за недостатка крови, а бактерии и вирусы активизировались и начали пожирать клетки тела. Матрос не чувствовал ни боли от откушенного пальца, ни крепости алкоголя, который ему дали, чтобы он уснул. Он не помнил самого себя, а пустоту внутри заполнила ненасытная жажда.

Тролль-матрос заметил старшего матроса, который только что пытался остановить его кровотечение. Тот спал рядом, его шея была открыта, и в их части корабля снова поднялся шум. Старший матрос закричал от боли и начал истекать кровью, а рыцари бросились на помощь.

Несколько других матросов и рыцарей были укушены, пока пытались связать тролля-матроса. Тот выл, как зверь, но наказать его до выяснения обстоятельств никто не мог.

Пока рыцари выслушивали объяснения остальных матросов, старший матрос умер от потери крови, и было решено, что тролля-матроса следует казнить.

Один из рыцарей поднялся, чтобы найти Олдора, но того нигде не было. Поэтому новость доложили Маздари.

— 'Есть воинский устав. Почему вы решаете всё самовольно? Не надо так. Заприте тролля и следите за ним, пусть утром с ним разберётся генерал Олдор.'

Всё было сделано именно так, как он сказал.

Матросы снова были укушены, когда пытались запереть тролля. А когда ситуация вроде бы утихла, те, кого укусили, начали валиться с ног из-за высокой температуры. Вскоре ещё один тролль умер.

Напуганные внезапной эпидемией, рыцари изолировали палубу. Потом из кубрика донеслись крики — те, кто умер, восстали и начали кусать живых. Уцелевшие матросы выбрались на палубу через отверстия для пушек, но некоторые из них уже были заражены.

Через несколько часов.

Ещё до восхода солнца Китовая Кость уже была заполнена ходячими трупами, а корабль продолжал свой путь.

Используя магию, скрывающую его от ходячих мертвецов, Маздари поднялся на палубу. Заклинание, которым он пользовался, называлось Зомби-чума. Оно могло выйти из-под контроля, как и рука Таладжина, но Маздари строго следовал правилам.

"Если и использовать это заклинание, то только в замкнутом пространстве, — так ведь говорилось в описании?"

Корабль в открытом море идеально подходил под это условие.

Маздари подошёл к каждому зомби и начертил на них магические круги, чтобы они продолжали управлять кораблём. За время путешествия он внимательно наблюдал, какие приказы отдаёт капитан и какую работу выполняют матросы, поэтому воспроизвести работу экипажа было несложно.

Маздари посмотрел на навигационную карту и проверил район, где обычно стоит морской туман. После этого флагманский корабль Китовая Кость отдал приказ остальным военным кораблям изменить курс.

А спустя несколько дней плавания рядом с кораблём-призраком они исчезли в море.

**

[Пророчество: 'Маг Маздари предаст Асбестос' — исполнено]

Сун Вун указал на системное сообщение и сказал:

— 'Видишь? Я же говорил, что всё получится.'

Лунда надула губы.

— 'Это вообще пророчество? Если я скажу: "Сегодня я съем яблоко", а потом съем яблоко, это тоже будет считаться исполнением пророчества?'

— '…Ты пример-то не слишком утрируешь?'

Тогда вмешался Эльдар.

— 'Это называется самосбывающимся пророчеством. Само пророчество становится элементом, который приводит его к исполнению.'

— 'Ну да, именно так.'

Лунда кивнула.

Когда кто-то становился магом, даже Бог не мог прочитать все его мысли. Одних лишь знаний о магии было недостаточно — нужно было ещё собрать тайные знания и понять их. Процесс получения и осмысления знаний был сложным, а затем их приходилось усваивать через медитацию.

Но игроки всё равно могли видеть действия мага и замечать, когда тот делал что-то непозволительное. Позволить магу выйти из-под контроля и предать своего Бога было глупо, но игрок, имеющий мага под своим влиянием, был обязан внимательно следить за ним в долгосрочной перспективе.

"Однако Затерянный Мир — это игра, требующая многозадачности. В ней слишком много других элементов, за которыми нужно следить, поэтому постоянно наблюдать за одним магом невозможно."

Ещё одна проблема магов заключалась в том, что они сильно повышали нагрузку игрока. Другой игрок мог заставить мага предать своего Бога и вырваться из-под влияния, действуя не по его плану.

"Потому что маги изначально склонны восставать против игроков."

Оказавшись вне влияния своего Бога, маг создавал собственную школу, набирал учеников и шаг за шагом наращивал свою силу. Один маг мог сравниться с сотнями, а то и тысячами солдат. А если он выходил из-под контроля, то превращался в монстра, который пожирал все очки Веры игрока.

Именно поэтому Сун Вун поступил именно так. Он подошёл к Маздари, когда впервые созвал встречу игроков. Затем проверил историю мага и произнёс пророчество, которое ускорило процесс предательства. Подготовив почву, он дал магу шанс осуществить задуманное. На самом деле не имело значения, если бы в один день маг просто исчез без предупреждения, но было бы лучше, если бы он заодно нанёс урон другой стране. Тогда те, кто служил и следовал за магом, прониклись бы страхом перед его силой, а игроки начали бы внимательно следить за всеми магами. Поэтому нужно было защитить Маздари от внимания других Богов.

Уровень Сун Вуна, к счастью, был достаточно высоким для доступа к Блокировке Божественности, но он не полагался только на неё.

Он позвал Мудрость в ту ночь, когда Маздари распространял Зомби-чуму.

— 'Зачем ты позвал меня, Небула?'

— 'Ну, у нас сейчас перемирие, и делать особо нечего. Хотел предложить сыграть в го, чанги или шахматы. Я, конечно, не из тех, кому бывает скучно, но и время зря тратить не хочется.'

— '…Но у тебя же есть Эльдар.'

— 'Эльдар? Шутишь? Он мне не соперник.'

Сун Вун заметил, что Мудрость смотрит на него с подозрением, но это было неважно.

— 'И вообще, я уже сыграл со всеми остальными, включая Эльдара, и мне всё равно было скучно. Так что если ты не уверен в себе — не надо.'

— 'Я не говорил, что не уверен в себе.'

— 'Значит, принимаешь вызов?'

Мудрость рассмеялся.

— 'Это ты принимаешь вызов. Во что будем играть?'

— 'Давай в го?'

— 'Подожди секунду, мне нужно создать доску для го.'

На самом деле мастерство Мудрости было превосходным. Он почти не уступал Сун Вуну и в итоге победил благодаря его ошибке.

— 'На этот раз победа моя.'

— 'М-м… да. Ты теперь король го на третьем континенте.'

— 'Горжусь, что меня признал лучший игрок Затерянного Мира.'

— 'Не стоит.'

Сун Вун на самом деле не расстроился. За это время Маздари полностью захватил корабль.

Мудрость понял, что произошло, только когда корабль, на котором находился Маздари, исчез.

"Но теперь он уже наверняка догадался."

Тогда Лунда сказала:

— 'Небула, я знаю, что твоё пророчество исполнилось, но есть проблема.'

— 'Какая?'

— 'Маздари больше не единственный маг.'

Это была правда. Асбестос быстрее всех накопил магические знания, и именно поэтому Маздари стал первым магом. Но Мудрость и Асбестос были не единственными, кто интересовался магией — Золотое Око и Даниум тоже поймали проклятых, сбежавших из Башни Алхимиков, собрали знания и заручились поддержкой ещё двух магов.

Но Сун Вун с сомнением ответил:

— 'А когда я говорил, что сделаю предателем только Маздари?'

— 'Что?'

— 'Я знаю, как это сделать, и у меня есть возможность. С чего бы мне её упускать?'

Сун Вун снова открыл системные сообщения, которые появились несколько минут назад, и показал их Лунде.

[Пророчество: 'Маг Ян предаст Золотое Око' — исполнено]

[Пророчество: 'Маг Талай предаст Даниум' — исполнено]

Сун Вун сказал:

— 'Все маги третьего континента стали независимыми.'