Моб №24: «Значит, у нас будет дуэль один на один...»

Вражеский отряд перехвата открыл огонь по собственным союзникам, и это послужило сигналом к началу атаки союзного левого фланга на главный флот противника.

Главный союзный флот уже вёл бой, к нему присоединились переметнувшийся вражеский отряд перехвата, союзные части левого фланга, а также отряд поддержки правого фланга госпожи Росвайссе, разгромивший вражеский левый фланг и мятежников, — теперь проиграть мы уже никак не могли.

И всё же, пусть там и были всего лишь пираты да продажные наёмники, это не значит, что среди них не было умелых бойцов. К тому же к ним примкнули и те, кто уцелел после столкновения с госпожой Росвайссе на левом фланге, так что слишком уж расслабляться нам тоже нельзя.

Для начала я переключил на устройстве опознавания «свой-чужой» вражеский отряд перехвата в союзные.

И, как и ожидалось, та группа, что будто сорвалась с цепи, рванула вперёд, поливая всё вокруг ненормально плотным огнём. Похоже, они пытались вырваться с поля боя.

[Остановить эту группу, что идёт на прорыв! Не дайте им уйти!]

Получив такой приказ на перехват от главных сил, наш левый фланг, включая меня, пошёл на них.

Но это были отнюдь не мелкие сошки. Судя по эмблеме со шершнем, они, вероятно, из той же пиратской шайки или банды продажных наёмников, но с мастерством у них всё было более чем серьёзно.

Они не просто неслись вперёд сломя голову, словно обезумевшие, — они пытались прорвать левый фланг и ударить по союзному главному флоту!

Раз так, бить по ним с боков или с тыла всё равно безопаснее, чем пытаться остановить их в лоб.

— Был разве пиратский отряд с такой эмблемой? Что-то не припомню...

Впустую болтая сам с собой, я прибавил скорость и ударил им во фланг.

К счастью, мне удалось сбить несколько дронов и одно малое судно. Но, разумеется, тут же последовала ответка.

Если дроны ещё куда ни шло, то пилотируемые малые суда отличались просто ненормальной манёвренностью. Не хуже, а то и лучше, чем у тех перехватчиков, с которыми мы дрались раньше.

Но взамен, похоже, у них всё же чуть просела пробивная мощь, так что авангард слегка замедлился. Остальные тоже били по ним с боков и с тыла.

И всё же натиск этого [Отряда Шершней] ослаб не так уж сильно. Если бы они вместе с тем отрядом перехвата с самого начала пошли в полномасштабную лобовую атаку и ещё подгадали момент под выступление мятежников, мне кажется, мы бы проиграли.

Как бы то ни было, этот прорыв [Отряда Шершней] нужно остановить.

Когда я попытался подойти вплотную и взять на прицел один крупный боевой катер, леди Фиалка раньше всех проскользнула между дронами и малыми судами и вцепилась в тот самый крупный боевой катер.

Решив, что с леди Фиалкой всё будет в порядке, мы, несколько человек, включая меня, открыли огонь на прикрытие, поддерживая её рывок.

☆ ☆ ☆

[Сторона Фиалки Тьюрсад]

Под прикрытием союзного огня я сблизилась с вражеским крупным боевым катером.

В такие моменты заградительный огонь со средних и крупных кораблей обычно слабеет — все боятся задеть своих. Ведь если выстрел попадёт в меня, он может задеть и союзный корабль.

Кое-как сумев вцепиться в крупный боевой катер и начать атаку, я заметила, как появился малый корабль синей окраски.

Как и на остальных судах, на нём был бело обведённый знак шершня, так что, наверное, это и есть [Синий Шершень]?

Я была уверена, что после схождения в лоб меня окружат, но почему-то основные силы лишь отдалились, оставив часть машин позади и последовав за авангардом.

Ну, то для них было важнее, так что ничего странного.

А те немногие, что остались, заняли позицию, перекрывая путь к основным силам.

— Один на один, значит?.. Ну и ладно! Я принимаю!

Я могла бы попытаться уйти, но они наверняка погнались бы следом, так что лучше принять бой здесь.

Я открыла тягу, пытаясь сократить дистанцию и атаковать [Синий Шершень] сзади, но он уклонялся от всех моих атак так, будто у него были глаза на затылке.

Стоит мне только решить, что я его достала, как он тут же уходит от удара и почти сразу сам заходит мне в хвост.

Да шутки шутить! Я обязана одолеть [этого парня]!

И всё же... проиграть именно здесь...

Моей ошибкой стало нетерпение. В одно мгновение моя реакция притупилась.

— Кья-а-а!

Он не упустил эту брешь: двигатели и часть маневровых дюз были подбиты. Судно не разнесло в клочья, но после взрыва моя машина превратилась в беспомощный хлам посреди поля боя. Уже одно то, что я осталась жива, — настоящее везение...

[Юная госпожа! Скорее! Немедленно эвакуируйтесь!]

Пока Шерри торопила меня, мне и правда нужно было как можно скорее покинуть корабль, но разве мне дадут уйти...?

Переключатель аварийной капсулы ещё работал. Но выбраться было почти невозможно.

Потому что машины, которые до этого перекрывали путь к основным силам, теперь шли прямо на меня.

★ ★ ★

Я знал, что у леди Фиалки началась дуэль с кем-то один на один, но приоритетом оставалось остановить прорыв [Отряда Шершней]. К тому же противник, сумевший одолеть леди Фиалку, наверняка был очень силён, так что я сосредоточился на том, чтобы мешать их прорыву.

Благодаря тому, что нам с несколькими бойцами удалось вцепиться в несколько крупных боевых катеров и серьёзно их повредить, нам удалось заметно сбить темп прорыва [Отряда Шершней].

И как раз когда мне показалось, что мы вот-вот доберёмся и до крупного боевого катера, похожего на флагман, от кого-то пришла передача.

[Пожалуйста, помогите юной госпоже!]

На экране появилась, кажется, та самая андроид-служанка, что была с леди Фиалкой.

Даже если она просит о помощи, остановка [Отряда Шершней] сейчас важнее, а противник леди Фиалки наверняка действительно опасен.

Но почему сообщение пришло именно мне? Почему она вообще первым делом связалась именно со мной?

Спасать героинь вроде леди Фиалки — это работа главных героев с сюжетной бронёй!

Или, в таком случае, главным героем здесь выступает [Синий Шершень], которому я помешал прикончить побеждённого врага?

Пока я так думал, андроид-служанка почти с надрывом произнесла:

[Пожалуйста, помогите! Они собираются сбить аварийную капсулу юной госпожи!]

Стрелять по аварийным капсулам запрещено правилами ведения боя, так что вроде бы всё должно быть в порядке, но всегда находятся ублюдки, которые спокойно нарушают это.

— Это было где-то в районе, где вы раньше дрались с [Отрядом Шершней], верно?

[Да! Пожалуйста, спасите юную госпожу!]

— Попросите о помощи не только меня. Противник, который победил Леди Леопард, опасен и для нас тоже.

Раз уж даже Фиалка, носитель ранга епископа, проиграла, её противник должен быть по-настоящему силён. А значит, численное преимущество против него нам только на руку.

Когда я примчался на место, две вражеские машины уже заняли позиции так, чтобы не дать неподвижному кораблю леди Фиалки выпустить аварийную капсулу, а синяя машина и ещё две наблюдали за происходящим со стороны.

Понятно. Значит, они выбрали именно этот способ.

Сбивать аварийные капсулы запрещено правилами боя, но до тех пор, пока капсула не запущена, это формально не нарушение.

Во времена своего расцвета знать сперва лишала жертву хода ещё до запуска аварийной капсулы, затем окружала и перекрывала все пути к отступлению, после чего избивала до смерти. По крайней мере, именно так это описано в некоторых записях.

Как бы там ни было, я быстро сократил дистанцию и, подавляя тех двоих лучевым огнём, заставил их отойти от леди Фиалки, которая тут же запустила аварийную капсулу.

Ну, с этим теперь всё в порядке. Её служанка наверняка потом подберёт капсулу.

Но настоящая проблема начиналась после этого.

Тот, кто, скорее всего, победил леди Фиалку, — это синяя машина.

Присмотревшись, я понял, что она, похоже, была кастомизирована на базе новейшей флагманской модели [Storm Zero] от компании Thrias Guita Inc. — той самой, на которой летала госпожа Носвиль.

Я был уверен, что меня сразу начнут брать в кольцо, но почему-то союзники противника лишь отдалились и заняли позиции, перекрывая дорогу к основным силам.

— Иначе говоря, ты хочешь дуэль один на один...

Да шутки шутить! Это работа для главных героев с сюжетной бронёй!

Или в таком случае главным героем тут выступает [Синий Шершень], которому я помешал прикончить поверженного противника?

Раз уж его машина точно быстрее моей, сбежать будет трудно.

Но мне нужно выиграть время, пока леди Фиалку не подберут.

Значит, пущу в ход приманку с [ложным уничтожением]!

Перенаправив всю энергию, кроме той, что шла на маневрирование, вооружение и радар, в тягу, я отчаянно попытался зайти ему за спину.

Так, когда позже он сам окажется у меня в хвосте, бдительность у него уже притупится.

Хотя, конечно, будь он главным героем, он бы это раскусил.

Значит, нужно приготовить и второй выстрел.

Думая об этом, я продолжал закладывать боевые орбиты — виражи, перевороты, штопорные закрутки — всё ради того, чтобы зайти ему за спину.

Он отвечал тем же, временами прижимая меня лучевым огнём и одновременно стараясь занять выгодную позицию.

И всё это время ни союзники, ни враги не приближались и не вмешивались в бой.

От врагов я бы этого ещё ожидал, но почему не подошли союзники? Неужели служанка так и не сумела дозваться помощи?

Ладно. Пока никто из врагов не вмешивается, это мой шанс.

Я открыл тягу и пошёл по прямой. Противник сел мне на хвост.

Когда луч вскользь чиркает по броне, ощущения просто отвратительные.

И в тот момент, когда, как мне показалось, мы достаточно удалились от его союзников, я одновременно задрал нос, дал мгновенный полный импульс нижними маневровыми дюзами и отсёк главные ускорители.

Из-за этого моя машина, вращаясь, перескочила через вражескую, и если в этот момент выпустить луч, противник становится почти неподвижной мишенью.

Но, как и ожидалось от «главного героя», он это почуял и в последний момент увернулся влево, резко поставив корабль вертикально. Как я и думал!

Поэтому в ту сторону, куда он с наибольшей вероятностью должен был уйти, я сбросил две фотонные торпеды, будто просто избавлялся от них.

Затем, снова запустив главные ускорители и выйдя за пределы радиуса разворота [Синего Шершня], я совершил вертикальный разворот и зашёл ему в хвост.

Тогда он попытался уйти за счёт скорости. Я открыл лучевой огонь, чтобы притянуть его внимание к себе; из-за этого сброшенные фотонные торпеды заметить становилось куда труднее, а если, обнаружив их, он запаникует и дёрнет управление, то появится брешь.

Именно поэтому фотонные торпеды были окрашены в матовый чёрный цвет — для маскировки.

Даже если бы он попытался сбить их, взрыв всё равно затруднил бы управление кораблём.

Сработает это или нет — было чистой лотереей, но он очень кстати рванул уклоняться.

— Есть!

Луч ударил в его ускорители и часть двигателей, лишив машину нормальной манёвренности.

Я мог бы добить его и здесь, но важнее был основной отряд [Шершней], а бойцы, что перекрывали путь к их главным силам, уже бросились выручать [Синий Шершень]. Поэтому я небрежно выпустил фотонную торпеду как отвлекающий манёвр, подорвал её в момент, когда она задела их союзников, и покинул этот участок боя.

Когда я снова направился к основным силам [Отряда Шершней], те уже, получая урон, отходили из зоны боя под яростным перехватом союзного главного флота и преследованием левого фланга.

Всего через пятнадцать минут после того, как вражеский отряд перехвата открыл огонь по союзникам, оба фланга противника были уничтожены. А с учётом того, что даже элитный союзный, как всем казалось, отряд перехвата их предал, а затем и [Отряд Шершней], пытавшийся прорваться к главным силам, тоже начал отходить, исход боя был уже предрешён.

Более того, как я и предполагал, большую часть того, что осталось от вражеского главного флота, составлял сброд вроде продажных наёмников, пиратов и всякой шпаны, так что сторона баронессы без особого сопротивления капитулировала полностью.

И когда граф Розеро объявил:

[Я принимаю капитуляцию армии баронессы Гриент. Прекратить бой и приступить к спасению выживших и эвакуации раненых.]

А затем добавил, вновь утверждая свою решимость:

[Солдаты и наёмники. Благодаря вам моя территория была защищена, а картины будут возвращены. В этой битве были и павшие. Я вознесу молитвы за упокой их душ и продолжу править так, чтобы не посрамить их.]

С этими словами, наполненными новой решимостью, эта битва подошла к концу.