Альянсы

— Уже... совсем не слышно голоса Ирфана.

Ким Хеён, известная в реальном мире как айдол icey, молча отняла от панорамного окна бумажный стаканчик. В её глазах читалась сложная смесь эмоций — то ли сочувствие к погибшему, то ли облегчение от того, что умерла не она.

По правде говоря, жизнь Ким Хеён складывалась на редкость удачно. Её родители занимали высокие посты в правительстве Сеула, и с детства она получала элитное образование. Даже когда она из личного интереса решила стать айдолом, ей не пришлось, в отличие от некоторых стажёров из простых семей, терпеть жестокую эксплуатацию со стороны компании или становиться разменной монетой на деловых ужинах.

После того как она случайно стала игроком, на неё обратил внимание Всемирный альянс по сверхъестественному. Узнав от них правду о мире, она в итоге согласилась подписать контракт и стать их сотрудницей.

Альянс предоставлял ей все ресурсы, включая научные тренировки и снаряжение, а она продолжала поддерживать образ айдола: выпускала альбомы, участвовала в шоу, ездила в туры.

С помощью безымянного прибора, добытого на Поле Бойни, она преобразовывала «любовь» и «обожание» тысяч фанатов в материальные капли и передавала их гильдии. О том, для чего они использовались, она не знала.

«Ирфан был игроком 8-го уровня из „Лаборатории Прометей“, и вот так глупо погиб, даже тела не осталось. Если я тоже умру, и моё тело вернётся в реальный мир, по-настоящему горевать будут, наверное, только мама с папой...»

Ким Хеён опустила глаза. Зная методы Всемирного альянса, они, скорее всего, скроют её смерть, найдут кого-то, сделают пластическую операцию, и этот человек продолжит существовать под именем icey.

Ничего личного, просто эффективность.

С другой стороны, в эпоху, когда внешность, голос, тело и даже эмоциональные воспоминания можно было создавать на заказ, что вообще отличало одного человека от другого...

Цок-цок-цок.

Приближающийся стук каблуков прервал размышления Ким Хеён. В гостиную решительной походкой вошла Энни. Она переоделась в красное платье и кожаные туфли на высоком каблуке, расшитые стразами.

Смерть Ирфана её, казалось, ничуть не заботила. Она уселась на диван, грациозно достала из сумочки зеркальце и принялась подкрашивать губы.

— Кстати, тебя ведь зовут icey, так?

Энни бросила на Ким Хеён беглый взгляд и небрежно спросила:

— Как насчёт сотрудничества?

— М-м? Что за сотрудничество?

— В прошлом раунде я создала себе образ жертвы, пережившей насилие. В этом раунде я гарантированно получу много голосов сочувствия от зрителей, — сказала Энни. — Мы можем временно объединиться и придумать, как избавиться от остальных.

— Но...

Ким Хеён теребила пуговицу на воротнике. Учитывая, какую хладнокровную подлость Энни продемонстрировала в прошлом раунде, сотрудничать с ней было всё равно что играть с огнём. Но если отказаться, она, скорее всего, сама станет её следующей целью.

Поколебавшись, Ким Хеён сменила тему:

— Господин Ирфан ведь был из «Лаборатории Прометей»? Вы избавились от него с помощью клеветы. Не боитесь, что после задания «Прометей» захочет отомстить? Насколько я знаю, все члены их гильдии носят с собой «чёрные ящики».

В авиации «чёрным ящиком» называли бортовой самописец, который записывал время полёта, скорость, высоту, данные самолёта, разговоры экипажа и так далее.

На Поле Бойни некоторые игроки тоже носили с собой миниатюрные регистраторы данных, записывающие звук и видео из их окружения.

Таким образом, даже если игрок погибал на задании, и его тело возвращалось в реальный мир, его гильдия могла узнать, как он умер, и составить отчёт, чтобы другие могли учиться на его ошибках.

Поскольку каждый игрок был ценным ресурсом для человеческой цивилизации, крупные гильдии не поощряли месть между игроками на основе записей с этих устройств.

Конечно, теория — это одно, а реальность — другое, и случаи мести всё же бывали.

Из-за этого возникло неписаное правило: если кто-то убивал другого игрока в сценарном задании или «королевской битве», он должен был уничтожить тело, чтобы не нажить себе врагов.

Энни небрежно ответила:

— Во-первых, это «королевская битва». Жизнь и смерть здесь — личная ответственность, никто никого не преследует. Даже если дело дойдёт до суда, я буду права. Во-вторых, судя по звукам, после того как Ирфана выбросили, его сожрали пустошные твари. Вряд ли на его останках уцелел «чёрный ящик». В-третьих, я — член «Союза ведьм», и «Прометей» мне не страшен.

Эти три довода были довольно убедительны. Ким Хеён спросила снова:

— Почему вы не ищете союза с другими?

— Потому что ты здесь самая слабая и одинокая, — естественно ответила Энни. — С Леонардо я уже поссорилась, Красная Шапочка и Муравей, очевидно, знакомы и уже в союзе. Эту Хэлли из ФБР я не могу раскусить. А что до Уилла... хе-хе, он очень «опасен». По сравнению с ними ты и не сильна, и без союзников. Хотя ты и миленькая, в этом шоу, где все как на подбор красавцы и красавицы, внешность большой роли не играет.

Она сделала паузу, словно давая Ким Хеён время на размышление.

— Я предлагаю это только раз. Если не согласишься, я пойду искать союзников в другом месте.

— ...Я согласна.

Ким Хеён после недолгого мучительного выбора всё же кивнула.

— Второй раунд — демонстрация талантов. Кого ты хочешь устранить?

— Ну, это мы посмотрим, — Энни отложила помаду, с щелчком закрыла зеркальце и достала из сумочки тюбик с белой пастой, которую нанесла под глаза.

На глазах изумлённой Ким Хеён, глаза Энни быстро покраснели, и из них хлынули слёзы. Она выглядела как плачущая ива под дождём.

— Слезоточивый карандаш, основной компонент — ментол. Если нанести под глаза, стимулирует слёзные железы, — сказала Энни, вытирая слёзы салфеткой, но её голос оставался спокойным. — Если использовать в баре, сразу можно подцепить мужика, который подумает, что ты страдаешь после разрыва, и захочет этим воспользоваться. А потом его можно заманить в переулок, оглушить электрошокером и обобрать.

Э-э...

Ким Хеён потеряла дар речи, не зная, как на это реагировать.

До начала шоу оставалось совсем немного времени, и остальные игроки стали возвращаться в гостиную. Муравей и Красная Шапочка пришли последними. На Муравье были красно-синие 3D-очки.

— Вы где были? — спросил Леонардо, переодевшийся в смокинг.

— В частном кинотеатре виллы, кино смотрели, — небрежно ответил Ли Чэн, усаживаясь. — Почему-то там хранятся только фильмы, снятые до ядерной войны. Включая, но не ограничиваясь, «Форсаж 13: Гравитация», «Форсаж 15: Полёт на Луну», «Форсаж 21: Возвращение Пола» и «Форсаж 30: Гонки на инвалидных колясках по Солнечной системе».

В доказательство своих слов Ли Чэн достал Blu-ray диск, на обложке которого действительно был изображён дряхлый лысый старик, гоняющий на инвалидной коляске по космическому кораблю.

Э-э, так это Голливуд сдулся или серия «Форсаж» настолько прибыльная?

Остальные игроки смотрели на него со странным выражением. Многие сценарные миссии были похожи на реальную Землю, но отличались в деталях.

Например, Холодная война заканчивалась победой социалистического лагеря, у Земли было две луны, а Coca-Cola называлась не Coca-Cola, а по-старому — «Головастик, грызущий воск».

Лысый на обложке диска, который достал Ли Чэн, тоже отличался от Вина Дизеля.

— В каком-то смысле, такой мир ближайшего будущего даже крут. Можно на много лет вперёд узнать, чем закончатся произведения искусства.

Ли Чэн причмокнул губами и с сожалением добавил:

— Жаль, что в вилле нет коллекций манги вроде «Берсерка», «Охотник х Охотник», «Гайвер» или «Ван-Пис». Нечем восполнить недостаток питательных веществ. Эх, кстати, после смерти Гол Д. Роджера я почти перестал читать «Ван-Пис». Интересно, как там сейчас сюжет продвинулся?

??? Так это же почти то же самое, что и не начинать читать!

Все хотели громко возразить, но тут зазвучал голос из динамика.

— Настоящая кола, настоящее шоу. Добро пожаловать на самое горячее реалити-шоу «Конец! Я в окружении красоток/красавцев!», эксклюзивным спонсором которого является «Ядер-Кола», а производителями — телеканал «Эдем» и «Союз Нового Человечества». Мы начинаем второй раунд, в котором семь участников продемонстрируют свои таланты.

Снова из рельсов выехали механические руки с камерами и начали прямую трансляцию.

Все игроки мгновенно вернулись к своим ролям. Леонардо и Уилл сидели прямо, Энни с красными глазами вытирала слёзы, Ким Хеён обнимала её за плечи и тихо утешала, а Ли Чэн засунул диск под подушку дивана.

— Как и в прошлом раунде, я начну, — Леонардо с идеальной улыбкой посмотрел в камеру, коснулся своих часов, встал и подошёл к роялю в углу гостиной. Он открыл крышку, медленно сел, и его длинные пальцы легли на клавиши.

Десять пальцев задвигались, сначала медленно, потом всё быстрее, мелодия перешла от плавной к лёгкой и быстрой. Выражение лица Леонардо становилось всё более сосредоточенным и спокойным, на лбу выступили капельки пота.

С его физической подготовкой как игрока, игра на рояле не должна была вызывать пот, но ему было просто больно — смокинг, который он носил, непрерывно бил его током.

【Название предмета: Чудо-смокинг (прототип)】

【Тип: Броня】

【Качество: Редкое】

【Защита: Низкая】

【Эффект: Режим управления. С помощью прилагаемых часов можно управлять режимами смокинга, что позволяет носителю временно использовать базовые навыки, такие как рукопашный бой, кулинария, вождение, уборка, игра на музыкальных инструментах и т.д. Общий запас энергии — один час】

【Расход: 1% запаса сил в минуту】

【Время восстановления: 24 часа】

【Требования для использования: Телосложение ≤ 8】

【Примечание: Носите смокинг, пейте красное вино, наслаждайтесь жизнью высшего общества】

【Примечание: Во избежание конфуза на публике настоятельно рекомендуется носить подгузники】

Этот предмет явно был вдохновлён научно-фантастическим боевиком 2002 года «Смокинг» с Джеки Чаном в главной роли.

В том фильме смокинг, созданный с помощью передовых технологий, автоматически подстраивался под тело носителя, наделяя его сверхчеловеческими способностями и множеством бытовых навыков, превращая обычного человека в первоклассного спецагента.

Однако смокинг Леонардо был всего лишь прототипом. У него был не только меньший запас энергии и более узкий набор навыков, но и довольно грубый способ применения — с внутренней стороны смокинга высовывались тонкие металлические нити, которые впивались прямо в кожу и управляли мышцами с помощью микроразрядов тока.

Для зрителей эта фортепианная пьеса звучала настолько же прекрасно, насколько мучительно было Леонардо.

Неудивительно, что требование к телосложению было необычно низким — не более 8. Если бы его телосложение было выше, он бы выдержал боль от тока, и, возможно, смокинг бы не сработал.

— Remember those walls I built...

(+ — Вспомни те стены, что я построил...)

Хэлли, сидевшая на диване, внезапно встала и начала тихо петь.

Леонардо сначала удивился, но тут же незаметно подстроил мелодию рояля под её голос. У неё были превосходные вокальные данные: широкий диапазон и гладкий тембр, не уступающий профессиональным певицам.

Они уже взаимодействовали в первом раунде, и сейчас их дуэт — игра на рояле и пение — выглядел абсолютно гармонично. Их голоса неуклонно росли, а на экране телевизора посыпались комментарии.

【Как же они подходят друг другу! Обожаю это чувство идеальной гармонии, я шипперю эту пару!】

【Пожалуйста, поженитесь прямо здесь и сейчас!】

【Вот что значит элитная пара! Красивые, талантливые, со вкусом! И химии между ними столько, что аж искры летят! Шипперить их — одно удовольствие! У нас в деревне один мутант, он просто не может их не шипперить!】

«Значит, эти двое уже в союзе».

Уилл, темнокожий красавец, прищурился. Внезапно ему в голову пришла идея. Он встал, элегантно подошёл к Энни и вежливо протянул руку.

— Мисс Энни, могу я пригласить вас на танец?

Как раз кстати Леонардо и Хэлли продолжали петь, создавая фоновую музыку. Из оставшихся трёх девушек Красная Шапочка уже была в союзе с Муравьём, так что её можно было не рассматривать. Ким Хеён, как несовершеннолетняя, выглядела слишком юной и тоже не подходила.

А вот Энни, на лице которой ещё виднелись следы слёз, поддерживала образ жертвы. Пригласив её на танец как джентльмен, он мог бы получить немало голосов.

Кроме того, Уилл не особо беспокоился, что Энни снова прибегнет к грязным приёмам — один и тот же трюк дважды не сработает. Если из-за неё вылетят двое мужчин, даже самые глупые зрители заподозрят неладное.

— Д-да, хорошо.

Энни вытерла слёзы, и Уилл помог ей подняться. Они вышли на свободное место рядом с роялем и закружились в танце под звуки песни.

— Господин Муравей...

Красная Шапочка, видя, как растут голоса у других, нервно потянула Ли Чэна за рукав.

— Что нам делать?

Никакой реакции.

Она повернула голову и увидела, что Ли Чэн, неизвестно когда, уже запрокинул голову под углом в сорок пять градусов, и по его щекам текли слёзы.

— Простите, я не сдержался. Услышал эту мелодию и почему-то вспомнил нескольких старых друзей.

Ли Чэн горько усмехнулся и с грустью сказал:

— В детстве у моей семьи был механический завод. Отец был директором, а мать — начальником цеха. Она погибла у меня на глазах в результате несчастного случая на производстве. Отцу было не до меня, он отдал меня на воспитание родственникам. Позже, когда завод пришёл в упадок, он позвал меня, четырнадцатилетнего, обратно работать на заводе. Я жил в общежитии для рабочих и иногда вместе с другими детьми-рабочими брал в руки оружие, чтобы защищать завод. Рыжеволосая девушка и девушка с сине-белыми волосами, очень похожая на мою маму, обе погибли в то время. Вот их фотографии.

Игроки такого уровня, как правило, прокачивали восприятие и слышали всё вокруг. Когда они услышали первые несколько фраз Ли Чэна, им показалось, что в них есть доля правды. История про детский труд уже звучала не так правдоподобно. Но когда Ли Чэн достал фотографии, они окончательно не выдержали.

Рыжеволосая девушка — Аска, сине-беловолосая — Рей Аянами. Ну конечно, а ты у нас Синдзи Икари, да?

...