Подрыв

На экране высокой чёткости цифры поддержки Энни крутились, как счётчик Гейгера в эпицентре взрыва, в мгновение ока обогнав Леонардо.

Удар ниже пояса. Подлый, грязный, но дьявольски эффективный.

Игроки смотрели на неё с суеверным ужасом. Все понимали, откуда растут ноги у этой стратегии — дело Кэрролл против Трампа из старого мира.

25 апреля 2023 года. 79-летняя писательница Джин Кэрролл подала иск в федеральный суд Манхэттена, обвиняя бывшего президента США Дональда Трампа в том, что в середине 90-х он якобы совершил над ней насилие в примерочной универмага. Никаких вещественных доказательств, никакой точной даты — она «смутно помнила», что это было где-то в середине девяностых.

Но это был гражданский суд, а не уголовный. Присяжным хватило одних лишь слов, чтобы признать Трампа ответственным и обязать выплатить 5 миллионов долларов за домогательства и клевету. Трамп, естественно, взбесился, начал поливать её грязью в соцсетях, и через год получил ещё один штраф — на 83,3 миллиона долларов.

Глядя, как её рейтинг пробивает потолок, Энни внутренне усмехалась. Доказательства? К чёрту доказательства! Презумпция невиновности здесь не работает.

Ложь летит быстрее пули, а оправдания ползут как черепаха. Толпа всегда верит тому, кто кричит громче и жалобнее. Даже если Ирфан сейчас достанет фото с геотэгами, доказывающее, что два года назад он был на Луне, Энни просто скажет: «Ой, наверное, это было три года назад, травма затуманила мне память».

«Это не суд. Здесь не нужно доказывать вину. Здесь нужно заставить толпу почувствовать вину», — думала она, продолжая разыгрывать спектакль ужаса и отчаяния.

— Ты...

Ирфан задыхался от гнева. Он, представитель элиты, потомок индийских техномагнатов из Кремниевой долины, обладатель благородной внешности и титула 【Камасутра】, который давал ему бонусы к харизме и выносливости после йоги, оказался загнан в угол.

В этом шоу он имел все карты на руках. Но Энни перевернула стол.

Он попал в ловушку бесконечного оправдания.

Будет спорить? Скажут: «Смотрите, как он изворачивается, мерзкий лжец!»

Признает вину и попросит прощения? Скажут: «Ага! Мы знали!»

Применит силу? «Смотрите, какой агрессивный маньяк!»

— Решила поиграть грязно? Ладно. Тогда сдохнем вместе! — прорычал он.

В его руках материализовались катары — причудливые кинжалы с поперечной рукоятью. Ирфан сорвался с места, превратившись в размытое пятно. Лезвия рассекали воздух с пронзительным свистом.

— Помогите! — взвизгнула Энни, зажмурившись.

Она уже отступила на несколько шагов назад и теперь, сделав ловкий боковой шаг, спряталась за спину Леонардо.

«Сука!!!» — мысленно взвыл Леонардо.

Подстава высшего пилотажа. Если он сейчас отскочит или замешкается, зрители заклеймят его трусом и пособником насильника. Его рейтинг рухнет на дно.

«Ну, Энни, погоди...»

Сжав зубы, Леонардо выхватил из инвентаря двуручный меч и принял удар на лезвие.

При этом он умудрился сохранить на лице выражение благородного негодования и, слегка приподняв уголок губ, бросил с ледяным спокойствием:

— Мистер Ирфан, прошу вас, сохраняйте джентльменское достоинство.

— Защищаешь её? Умри и ты!

Глаза Ирфана налились кровью. Правой рукой он с силой надавил на клинок Леонардо, блокируя его, а левой, словно призрак, нанёс коварный удар в шею противника.

Леонардо и бровью не повёл. Сместив центр тяжести, он дёрнул рукоять меча вправо, используя массивное навершие как молот, метя в запястье индийца. Попади он — и кости раздробятся в пыль, обезоруживая врага.

Ирфан, понимая риск, мгновенно изменил траекторию удара, превращая укол в горизонтальный порез. Но эта доля секунды дала Леонардо шанс разорвать дистанцию и выйти на идеальное расстояние для своего длинного клинка.

Дзынь! Дзынь! Дзынь!

Искры летели снопами. Сталь звенела о сталь. Ударные волны от их столкновений разносили в щепки мебель гостиной.

Кровавая схватка мгновенно подстегнула интерес аудитории. Рейтинг трансляции пробил два миллиона и устремился к двум миллионам трёмстам тысячам.

Чат неистовствовал:

【Да! Руби его!】

【Хочу видеть кровь!】

【Справедливость торжествует!】

Хэлли, не желая попасть под раздачу, вскочила с дивана, изображая крайнюю степень шока. Ким Хеён тоже включилась в игру, заламывая руки:

— Перестаньте! Не надо драться! — в её голосе звучали такие искренние слёзы, что Станиславский уже не просто аплодировал, а рыдал от умиления.

«Один другого краше. Оскар плачет по этой компании», — восхитился Ли Чэн.

Стоять столбом было нельзя — это снизит активность. Но и влезать в мясорубку не хотелось. Оставался третий путь.

— Остановитесь!

Ли Чэн, сжимая в руке 【Прямой клинок 170】, бросился в гущу событий. Едва приблизившись к радиусу поражения, он резко дёрнул клинок назад, словно от сильного удара, побледнел и, спотыкаясь, отлетел на несколько шагов назад. Изо рта брызнула кровавая пена.

— Господин Муравей, вы в порядке?! — ахнула Красная Шапочка.

— Пустяки... — прохрипел Ли Чэн, вытирая губы (на самом деле он просто прикусил язык). — Это старые раны. Они ноют... с тех пор, как я в одиночку отбивался от стаи мутантов, защищая группу сирот-веганов, трансгендеров и эко-активистов с тяжёлым детством и депрессией, пытаясь доставить их к опекунам через радиоактивные болота...

Хэлли и Ким Хеён бросили на него быстрые, недоверчивые взгляды. Серьёзно? Веганы-эко-активисты в Пустоши? Откуда у него этот набор штампов из твиттера старого мира? Этот парень, похоже, врёт как дышит, и делает это виртуозно.

Дзинь-дзинь-дзинь!

Таймер на экране обнулился.

Потолок ощетинился десятками стволов. Манипуляторы трансформировались в пушки, и, не давая никому опомниться, выстрелили длинными металлическими штырями.

Система наведения была безупречной. Четыре штыря прошили Ирфана насквозь — плечи и бёдра — пригвоздив его к полу, как жука в коллекции энтомолога.

Игнорируя его дикие вопли, дымящиеся манипуляторы грубо схватили его и поволокли к выходу.

Бах!

Парадная дверь распахнулась. Механические руки швырнули Ирфана в темноту ночи.

Его крики удалялись, затем послышался глухой удар о землю, рычание каких-то тварей, чавканье... и тишина.

Дверь медленно, с шипением пневматики, закрылась.

Манипуляторы тут же сменили гнев на милость. Появились щётки, пылесосы, швабры. Механические уборщики принялись деловито устранять следы погрома, заделывать дыры в полу и склеивать разбитые вазы.

Из динамиков снова полился бархатный голос:

— О-хо-хо! Похоже, наше шоу 【Конец! Я в окружении красавиц/красавчиков】 лишилось первого участника! Мистер Ирфан не набрал нужное количество голосов и, к сожалению, покинул нас. Оставшимся участникам даётся два часа на отдых в своих комнатах. Подготовьтесь, приведите себя в порядок! Через два часа — конкурс талантов! А сейчас — реклама!

Трансляция прервалась. Аватарка Ирфана на экране стала серой, поперёк неё появилась жирная красная печать: 【ПОТРАЧЕНО】.

Следующая планка рейтинга — три миллиона.

«Что-то здесь не так...» — Уилл сузил глаза.

Каждый раунд выбывает один человек, но требования к рейтингу растут. Это нелогично. Меньше людей — меньше конфликтов, меньше шоу. Если только... организаторы не рассчитывают, что игроки сами начнут создавать ад на земле ради просмотров.

— Энни, так? — Леонардо, убирая меч, повернулся к девушке. Его взгляд был холоднее жидкого азота. — Я тебя запомнил.

— Ну зачем же так грубо, красавчик? — Энни захлопала ресницами, изображая невинность. — Я же о нас всех думала. Не набрали бы рейтинг — казнили бы всех. К тому же, посмотри на свой счётчик, я подняла тебе популярность! В следующем раунде мы можем снова работать вместе.

— Пф, — фыркнул Леонардо и, не желая больше тратить на неё воздух, направился к выходу. Остальные тоже поспешили разойтись, стараясь держаться подальше от «чёрной вдовы».

Вилла была огромной: бассейн, спортзал, кинотеатр, игровые комнаты. Но за окнами — лишь тьма.

Зайдя в одну из спален, Леонардо закрыл дверь, размял ноющее плечо и вдруг беззвучно рассмеялся, скаля зубы.

Глупая, самонадеянная баба. Она думает, что устранила конкурента, а на самом деле вырыла себе могилу.

— Глупая? — в другой части дома Красная Шапочка с удивлением посмотрела на Ли Чэна. Они вместе осматривали коридоры. — Почему вы так назвали Энни, господин Муравей?

— Потому что она идиотка, — Ли Чэн щёлкнул крышкой 【Атомной зажигалки】, глядя на пламя. — Она обвинила Ирфана, устранила его и создала себе образ «жертвы». Теперь нападать на неё — значит нападать на «слабую пострадавшую женщину», зрители её защитят. На первый взгляд — гениально. Но она забыла, что цель шоу, согласно брифингу, — возрождение цивилизации.

— И что?

— Оставим за скобками западную повесточку. Для продолжения рода, чисто биологически, нужны мужчины и женщины. В этом мире нет инкубаторов и клонирования. Значит, в финале должна остаться пара. Или гарем. В такой ситуации, какой расклад выгоднее всего для индивида?

— Самый выгодный... — девочка задумалась. — Чтобы представителей твоего пола не осталось!

— Бинго, — усмехнулся Ли Чэн. — Чем меньше конкурентов твоего пола и чем больше представителей противоположного, тем выше твоя ценность. Если ты единственная женщина среди мужчин — ты королева, ты выиграла автоматически. Суть этого шоу не в войне полов, а во внутривидовой конкуренции. Энни, убрав мужчину, уменьшила выборку для женщин и повысила конкуренцию среди них же. Она выстрелила себе в ногу.

Он запрыгнул на стол и попытался открутить крепление камеры на потолке.

Вжух!

Механическая рука тут же выехала из паза, ткнув ему в лицо табличкой с красным крестом.

— Внимание! — гаркнул динамик. — Запрещено портить оборудование! Последствия будут фатальными!

— Прошу прощения, профессиональная деформация. Больше не повторится, — Ли Чэн поднял руки в примирительном жесте.

Робот пожужжал приводами и убрался восвояси.

«Следите внимательно... Боитесь, что мы поймём, как вы работаете?»

Прищурившись, Ли Чэн достал из инвентаря несколько жестяных банок, похожих на банки из-под краски, из которых торчали разноцветные провода. Он начал деловито приматывать их изолентой к несущим стенам виллы, одним глазом следя за камерами.

— Э-э... — глаза Красной Шапочки округлились. — Это что, бомбы?..

— Ага. Самодельные взрывные устройства, СВУ, — буднично ответил Ли Чэн.

Он начитался книг, купил компоненты на Захудалой улице и собственноручно собрал эти адские машинки в Голографической галерее костей. Зачем самому? Потому что на форуме ходили слухи: Система считает купленное снаряжение «внешней помощью» и задирает сложность, а вот созданное своими руками — это «честная сила». Чтобы не повышать сложность, лучше не набивать инвентарь покупными «Джавелинами».

За последнее время Ли Чэн проштудировал теоретическую механику, сопромат, химию взрывчатых веществ и сапёрное дело. Эти СВУ управлялись по радиоканалу, и он лепил их прямо на несущие конструкции.

Если его вышвырнут из шоу, он не прочь подорвать этот кукольный домик к чертям собачьим. Просто чтобы посмотреть на реакцию продюсеров.

В конце концов, мир меняется быстро. В середине XX века в США была сегрегация (+ политика принудительного отделения белого населения от «цветного» в школах, транспорте и общественных местах), а в 2020-м уже BLM (Black Lives Matter / «Жизни чёрных важны» — современное движение против расизма и полицейского насилия в отношении афроамериканцев). Прошло всего 60 лет. Судя по комментариям, за окном XXII век, была ядерная война, но зрители всё ещё ведутся на дешёвые трюки Энни.

Что-то здесь нечисто...