Потомки

Как профессиональный наёмник с высокими моральными принципами, Ли Чэн прекрасно понимал важность пунктуальности.

С рюкзаком за плечами он как ни в чём не бывало покинул свой жилой комплекс, нашёл общественный туалет в парке и в одной из кабинок достал из рюкзака реквизит для маскировки, начав привычную процедуру.

Гены червя изменили черты лица, коронки — форму зубов, контактные линзы скрыли радужку. Затем он надел парик, очки, сменил одежду, принял лекарство для учащения сердцебиения, наклеил на пальцы силиконовые накладки с чужими отпечатками и сбрызнул всё тело нейтрализатором запаха. Напоследок, чтобы изменить походку, он подложил в ботинки маленькие камешки.

После столь сложной процедуры Ли Чэн, изменившийся до неузнаваемости, вышел из туалета. Сменив несколько видов транспорта — междугородний автобус, такси, а затем и собственный мотоцикл, — он к вечеру прибыл в городок Удунь.

Адрес, который дал заказчик, находился немного в стороне от города. Проехав по тенистой аллее, Ли Чэн увидел утопающую в зелени виллу в китайском стиле.

Снаружи вилла была отделана традиционной белой штукатуркой и чёрной черепицей, а внутри располагались сад, внутренний дворик, искусственные горы и пруд с рыбами — было видно, что дизайнер вложил в проект немало сил.

Перед виллой стояла железная ограда. Ли Чэн убрал мотоцикл, нажал кнопку вызова на домофоне и представился: — Я от госпожи Чжансун.

— Кхм-кхм, прошу, входите! Синлан, встреть гостя.

Из динамика донёсся кашель. Ворота автоматически открылись, и к Ли Чэну подбежал круглолицый молодой человек в форме дворецкого. Он проводил его в главный корпус виллы.

В холле на диване уже сидели трое.

Одна — девочка-подросток в худи с капюшоном, с белыми, как снег, волосами и бровями, словно альбинос.

Второй — серьёзный, мускулистый и загорелый крепыш.

Третий — молодой человек в длинном халате, шляпе и тёмных очках, поразительно похожий на слепого музыканта А-Бина. Это был Всё-ещё-сжимаю-меч из «Мирового Ядерного Дома».

— Добрый вечер.

Поскольку они уже встречались на Захудалой улице, и Ли Чэн пришёл по рекомендации Чжансун Яо, Всё-ещё-сжимаю-меч дружелюбно помахал ему рукой, снял шляпу и с улыбкой поздоровался.

Двое других тоже представились. Девочку-альбиноса звали 【Бай Чжи】, а загорелого крепыша — 【Ван Бэйпо】.

Все они были случайными знакомыми, даже не товарищами по заданию, поэтому никто не стал хвастаться своим уровнем или титулами.

«Остерегайся огня, воров и товарищей по команде». За последние дни Ли Чэн просмотрел немало топовых тем на форуме, и в одной из них упоминалось, что некоторые игроки в команде тайно подслушивают и собирают информацию о своих напарниках, составляют досье, а затем продают его заинтересованным организациям и лицам.

Крупные гильдии, включая Бюро по особым делам, на словах осуждали такое поведение, подрывающее доверие между Избранными, но втихую всё равно покупали разведданные.

И, конечно же, заставляли своих оперативников во время совместных заданий особенно внимательно присматриваться к известным игрокам, собирая о них информацию.

(Это была одна из причин, почему Ли Чэн менял свой образ на каждом задании, а не только из-за личных причуд.)

Пока Ли Чэн изучал троицу, они, в свою очередь, разглядывали его.

Поскольку миссия проходила в реальном мире, да ещё и в компании знакомых, Ли Чэн не стал надевать что-то экстравагантное или косплеить. Он был одет просто: джинсы и клетчатая рубашка.

Типичный программист. Такой легко бы затерялся в толпе на станции метро «Чжунгуаньцунь». Идеально вписывался в тематику Всемирной интернет-конференции, которая должна была состояться в городке завтра-послезавтра.

— Большое спасибо, что вы четверо согласились помочь.

Из правого коридора холла медленно вышел высокий мужчина. Ему было под пятьдесят, одет он был в свободную домашнюю одежду. Уверенный вид и внушительная осанка выдавали в нём успешного человека.

Это и был заказчик, сорокасемилетний Фэн Ююнь, основатель известной мебельной компании.

За ним следовали его сын и невестка.

Сыну, Фэн Чэнвану, на вид было чуть больше двадцати — возраст, когда многие его ровесники ещё учатся в университете. Он унаследовал привлекательную внешность отца, но, будучи баловнем судьбы, выглядел несколько изнеженным и не отличался крепким здоровьем.

Жена Фэн Чэнвана, Фу Цзижун, была его ровесницей. Не сказать, чтобы красавица, но миловидная, как нефритовая статуэтка. На руках она держала младенца, которому не было и года, — сына Фэн Чэнвана и внука Фэн Ююня.

Вся эта информация содержалась в отчёте, присланном Чжансун Яо.

Состояние Фэн Ююня приближалось к миллиарду, и его сын с невесткой так или иначе слышали о сверхъестественных явлениях, смутно догадываясь о существовании Бюро по особым делам и иных существ.

Поэтому появление в их холле четырёх незнакомцев не вызвало у них особого удивления, скорее — нервозность от соприкосновения с другим миром.

— Синлан, можешь идти отдыхать.

Господин Фэн жестом отпустил круглолицего дворецкого, затем махнул рукой невестке, чтобы та поднесла младенца, и показал игрокам кожу на его руках и спине.

На нежной детской коже виднелись большие синяки, смутно напоминавшие отпечатки ладоней или искажённые злобные лица.

Всё-ещё-сжимаю-меч поднялся с дивана, подошёл и, взмахнув рукой, достал прибор, похожий на те, что использовали в Бюро. Он провёл им над спиной младенца. — Аномальных колебаний не обнаружено.

«Мировой Ядерный Дом» поддерживал хорошие отношения с отделением Бюро по особым делам в городе Инь, поэтому у них был доступ к оружию и снаряжению мобильных оперативных групп.

Бай Чжи тоже подошла, закрыла глаза и легонько коснулась синяков на теле ребёнка. Через мгновение она открыла глаза и покачала головой: — Я тоже не чувствую следов «злой воли» или «проклятия».

«Способна определять аномальные колебания на ощупь? Какой-то навык обнаружения? И что значит "злая воля" и "проклятие"? Она медиум или ведьма?»

Ли Чэн, подумав, тоже встал, подошёл к Бай Чжи, взял у неё из рук младенца и покачал его. Внезапно его глаза расширились, словно он что-то почувствовал.

Затем, под полными удивления и надежды взглядами, он поднял голову и произнёс: — Девять килограммов триста пятьдесят граммов.

???

Все на мгновение замерли, а потом поняли, что речь идёт о весе младенца, и с трудом подавили желание закатить глаза.

«Ты что, решил весами поработать? Увидел, что напарники проявили профессионализм, и тоже решил блеснуть?»

Ли Чэн, не обращая внимания на их реакцию, вернул ребёнка матери, сел обратно на диван и принял серьёзный вид, мол, «я сделал всё, что мог».

Из-за этой выходки господин Фэн чуть не забыл, что хотел сказать. Лишь через некоторое время он отправил сына с невесткой отдыхать, а сам остался в холле, чтобы объяснить ситуацию четырём Избранным.

— Синяки у моего внука начали появляться месяц назад. Но корень зла был посажен ещё десять лет назад.

Господин Фэн глубоко вздохнул и мрачно произнёс: — Десять лет назад на меня наложили проклятие бесплодия. И теперь оно вернулось.

...