Интерлюдия: Жизнь глазами Нэнэ — 1
Государственная старшая школа Амагаминэ пользуется заслуженной славой престижного учебного заведения, чей проходной балл считается одним из самых высоких в Японии. Несмотря на статус государственного учреждения, школа славится своим свободным духом и атмосферой, где во главу угла ставится самостоятельность учеников, отчего поток желающих поступить сюда не иссякает.
В час обеденного перерыва школьные коридоры и двор наполняются оживлённым гулом голосов. Ученики разбредаются кто куда: одни, устроившись на скамьях, увлечённо болтают с друзьями и одноклассниками, другие же предпочитают активный отдых и гоняют мяч на футбольном поле. Однако стоит лишь одинокой девичьей фигуре показаться в воротах, как окружающая атмосфера мгновенно преображается, и взгляды присутствующих, точно по команде, устремляются в одну точку.
— Ух ты, это же Фудзисаки-сэмпай! Ну нельзя же быть настолько ослепительной?!
— Сколько ни смотрю, а всё поверить не могу, какое у неё крошечное и изящное личико.
— Как девушка просто теряю всякую уверенность в себе, глядя на неё. Волосы у неё всегда так сияют, просто загляденье... Интересно, в чём её секрет?
— Да это же врождённое. Глянь, издалека она кажется воплощением кротости и благопристойности, но этот ярко-алый цвет на внутренней стороне волос... Просто с ума сойти можно!
— О да, понимаю! Как там это называют? «Благопристойная гяру»? На таком правильном и благородном лице — целая россыпь пирсинга. Данный контраст просто божественен, во мне сейчас что-то пробудится...
При каждом шаге из-под иссиня-чёрных прядей плавно и дерзко проглядывает алый подтон, а сама обладательница сей причёски, отличающаяся довольно высоким для девушки ростом, точеной фигуркой и крошечным личиком, шествует лёгкой походкой, воплощая собой идеал, о котором грезят все ученицы. Эта особа, в мгновение ока ставшая главной темой всех пересудов — местная знаменитость Фудзисаки Нэнэ.
Один из старшеклассников, игравших в футбол, настолько засматривается на пришедшую, что запинается о собственные ноги и летит на землю, однако девушке до этого нет никакого дела. Быть в центре внимания для неё — обыденность, поэтому она даже не ведёт бровью. Стоит Нэнэ переступить порог кабинета, как взгляды одноклассников вновь приковываются к ней, и среди общей тишины раздаётся звонкий девичий голос:
— Нэнэ, добренькое утречко!
— Утро, Химари.
Приветствие, прозвучавшее на весь класс, принадлежит Накамуре Химари — девушке с невероятно лучезарным характером. Её облик притягивает взор: искусно завитые золотистые локоны обрамляют яркое, миловидное лицо с безупречным макияжем, короткая юбка дерзко обнажает стройные ноги, а из-под трёх расстёгнутых пуговиц блузки виднеется пышная ложбинка, что прикрывает скрытой под одеждой белье. Химари — идеальное воплощение стиля «гяру».
Нэнэ отвечает ей в своей обычной манере человека с вечно низким давлением, однако едва заметный взмах руки выдаёт их тёплые дружеские отношения.
— Ну сколько можно, ты же опоздала! Я так за тебя переживала! — восклицает другая девушка, подбегая и крепко обнимая виновницу переполоха.
Это Ёкояма Миу, представительница стиля «дзирай-кэй{Дзирай-кэй (Jirai-kei) — дословно «стиль-мина». Модный стиль, сочетающий в себе элементы готической лолиты и милой девичьей эстетики, часто ассоциирующийся с психологической нестабильностью (отсюда и название).}». Розовые волосы, завязанные в два высоких хвоста, огромные, точно кукольные, глаза на очаровательном лице, сияющая полоска кожи между чёрными гольфами выше колен и краем юбки, а также чёрный маникюр и обувь на массивной платформе создают неповторимый образ.
— Прости, что заставила волноваться, Миу. Но на улице жара, так что отцепись уже, пожалуйста. — Нэнэ мягко упирается ладонью в голову подруги, отстраняя её от себя.
— О-о-о, Нэнэ-тин опять включила свой «солёный{«Солёный» режим (Shio-taio) — японский сленг, означающий холодное, безучастное или резкое отношение к собеседнику.}» режим! — картинно сокрушается Миу, хотя по её веселому виду понятно, что такая перепалка для них — привычное дело.
Эта троица известна среди третьекурсников как «три главные красавицы» школы.
— Всё-таки, когда они собираются вместе, это мощное зрелище.
— Эх, везёт же, Миу-тян её обнимает... Наверное, она такая мягкая...
— А я бы хотел, чтобы Фудзисаки-сан и со мной была такой холодной, этот её пронзительный взгляд просто нечто.
— Не, я за Накамуру-сан. Говорят, при такой внешности она обожает аниме.
— А я хочу просто вечно на них любоваться со стороны.
Среди старшеклассников не утихают споры об сей троице: у каждой есть свой фан-клуб, и между фракциями порой вспыхивают нешуточные баталии, хотя находятся и те, кто придерживается нейтралитета.
— Слушай, Нэнэ, ты ведь, кажется, впервые в жизни опоздала? — спрашивает Химари, на что та лишь озадаченно склоняет голову, словно спрашивая: «Разве?».
— Именно так! Нэнэ-тин, ну правда, что стряслось-то?! — Миу округляет и без того огромные глаза, выражая крайнюю степень изумления.
— Я же написала вам в мессенджере.
— Что приболела? Врёшь, врёшь, нагло врёшь! Ты же сама себе готовишь, следишь за рационом и вообще помешана на здоровье!
— Всякое бывает.
— Эх, а ведь шла на золотую медаль за идеальную посещаемость...
— Ну ладно тебе, главное, что она пришла в школу бодрячком, остальное неважно! — вмешивается Химари, обрывая расспросы Мивы.
Из-за этого вмешательства тихий шёпот Нэнэ: «Вообще-то приболела не я...» — остаётся незамеченным.
— Стоп, обед уже заканчивается, серьёзно?! А-а-а, без вкусняшек из контейнера Нэнэ у меня вообще нет настроения на учёбу!
— Вот-вот, та же история! — Химари и Миу недовольно надувают губы, выражая свой протест.
— Вы же вечно говорите «только кусочек», а в итоге съедаете половину.
— Но оно ведь такое вкусное, тут уж ничего не поделаешь!
— Это была просто божественная еда.
— Хе-хе, спасибо. — Нэнэ мягко улыбается.
Эту улыбку, предназначенную только для близких друзей, редко можно увидеть на её обычно беспристрастном лице. Парни вокруг моментально оказываются сражены наповал этим редким зрелищем, но та, как и прежде, не обращает на это никакого внимания.
После уроков...
— Итак, ребята, возвращайтесь домой осторожно! — напутствует классный руководитель.
— И вы тоже берегите себя, Комината-сэнсэй!
— Я... я-то уж справлюсь! — раздаётся дружный смех, когда ученики начинают по-доброму подшучивать над своей миниатюрной учительницей.
В классе, наполнившемся шумом освободившихся от занятий подростков, подруги ведут привычный разговор:
— Эй, Нэнэ, Миу, чем займёмся? Рванём в караоке?
— Прости, у меня сегодня подработка.
— Сорян, Химари-тин, у Мивы свидание с её парнем!
— Ну вот, у обеих планы?! — получив отказ от обеих подруг, Химари застывает в картинном шоке. — А я так настроилась попеть! Эх, ладно, тогда позову Отаку-куна и устроим марафон песен из аниме.
Обменявшись прощаниями, девушки расходятся каждая своим путём.
* * *
— С возвращением, Нэнэ.
— Я дома.
Мать девушки, Томоко, ласково встречает дочь, вернувшуюся с подработки. Слуга тут же пытается подхватить сумку Нэнэ, но та останавливает его жестом руки, отчего мужчина покорно отступает.
— Устала, наверное, до поздна работала. Я ведь говорила, что могу давать тебе больше карманных денег, не обязательно трудиться самой.
— Мы уже обсуждали это: хочу сама зарабатывать на свои нужды.
— Какая ты молодец. Но если что-то потребуется — только скажи, хорошо?
— ... Спасибо.
Семья Фудзисаки владеет одной из крупнейших корпораций Японии, и хотя они обладают колоссальным богатством, Нэнэ считает неправильным пользоваться им как само собой разумеющимся благом.
— Кстати, сегодня ты ушла из дома раньше обычного. Что-то случилось?
— Да, возникли дела по школьному комитету, пришлось поторопиться.
— Ой, надо же, моей Нэнэ поручили обязанности в комитете! И за что же ты отвечаешь?
— ... За уход за живым существом? — отвечает Нэнэ, слегка засомневавшись в формулировке.
— Ой, и что же это за существо?! Расскажи маме скорее! — у Томоко загораются глаза, ведь она просто обожает животных.
— Ну... с виду огромный и пугающий, но на деле — чувствительный и милый черный пес крупной породы. — в этот момент Нэнэ невольно вспоминает одного мужчину, который, ссутулившись, извинялся перед ней, выглядя при этом совсем крошечным при своём внушительном росте.
— Большой черный пес? Неужели бельгийская овчарка грюнендаль?! Как завидно, я бы тоже хотела за ней ухаживать!
— Мам, у тебя же аллергия на собак, забудь.
Томоко и впрямь души не чает в животных, но из-за сильной аллергии почти на все их виды не может держать питомцев дома.
— И то верно... Слушай, сделай тогда хоть фотографию!
— Мм, как-нибудь потом.
— Ну ты и вредина, Нэнэ! — маьушка обиженно надувает щёки, и в этот миг выглядит настолько очаровательно, что её возраст совершенно не чувствуется. Нэнэ лишь снисходительно улыбается в ответ на это ребячество. — Завтра тоже рано уйдёшь?
— Да, примерно в то же время. А где папа?
— Сэйдзи-сан... Ну, после того случая ему приходится улаживать массу дел, сегодня задержится.
— Ясно.
— О Химено до сих пор ничего не слышно. Почти уверена, что она в доме того парня, который её увёл, но...
— Пожалуйста, не говори о ней. — в словах Нэнэ, перебившей мать, сквозит холодное и решительное неприятие. — Я никогда не прощу того, кто так жестоко поступил с моим названым братом. — бросив эту фразу, девушка направляется в свою комнату.
«Эта женщина ранит людей, даже не задумываясь об сделанном. Она всегда желала чужого и не могла успокоиться, пока не получала то же самое. — Нэнэ до сих пор помнит, как когда-то её любимая мягкая игрушка исчезла без спроса, а спустя время вернулась ободранной и грязной. «Она мне больше не нужна, забирай» — сказала тогда та особа, хотя девочка и не думала давать её взаймы. — При этом сестра как ни в чём не бывало принималась играть с новой игрушкой.»
Нэнэ глубоко презирает сего непостоянного и эгоистичного человека.
* * *
Уже в своей комнате, приготовившись ко сну, она забирается на огромную кровать с балдахином, утыкается лицом в одежду, которую одолжила у Араты и «забыла» вернуть, и в порыве чувств начинает сучить ногами от переполняющего её восторга.
«Ах, как же трудно было сдерживать радость, когда забирала эти вещи! А ведь мне хотелось сразу же зарыться в них лицом, вот как сейчас. И ещё... он ведь не заметил, что я гладила его по голове, пока он спал у меня на коленях? Он вроде бы помнил всё только до того момента, как отключился... Значит, всё в порядке, да?»
Нэнэ поднимает голову и кончиками пальцев касается своих пылающих щёк.
Когда он спросонья ущипнул её за щёку, сердце едва не выпрыгнуло из груди. Она и представить не могла, что мужские руки могут быть такими большими и крепкими. Из-за высокого роста и правильных черт лица его часто принимают за холодного человека, но на самом деле он — чуткий и даже немного пугливый скромняга. Он общался с ней, несмотря на разницу в возрасте, как с равной, а когда извинялся, заглядывая в глаза, то был похож на побитого пса — такой милый, что его хотелось немедленно обнять.
«И всё же, неужели в мужских комнатах всегда так мало вещей? Можно назвать это минимализмом, но комната казалась такой одинокой... Словно её хозяин готов исчезнуть в любой момент...»
— Арата-сан, Арата-сан... — Нэнэ мотает головой, отгоняя тревожные мысли, и крепче прижимает к себе толстовку Араты, шепча сладостным голосом. — Теперь моя очередь. Завтра снова тебя утешу, хорошо?