Синяя Борода (4)
Имя Короля Убийц никогда не произносят легкомысленно. Для убийц он — легенда, а для тех, кто жил в ту же эпоху, — фигура, внушающая ужас. Как алхимику из того же поколения, бояться его было неудивительно.
Но не слишком ли?
— Пожалуйста, пощадите меня!
Граф Синяя Борода, Джилдр. Ещё мгновение назад вёл себя уверенно, но теперь, словно всё было ложью, склонил голову, умоляя о пощаде. И всё из-за одного письма!
«Серьёзно, что я вообще сделал?»
Эван внезапно почувствовал несправедливость. «Если бы знал, что так выйдет, не показывал бы письмо! Даже если сейчас скажу, что это недоразумение, он не поверит. Если бы я был на его месте, тоже не поверил бы».
— Я пришёл не причинять вам вред. Только за материалами.
— Я-я отдам всё!
«Видите? Не сработало... Уф, забудь! Просто получи, что нужно, и уходи быстро».
— У вас случайно нет Призрачной Травы Полной Луны?
— Да! Конечно! Я проведу вас прямо сейчас!
Джилдр вскочил и начал показывать путь. Эван последовал за ним.
— Хм.
Ляпис осторожно дёрнула за рукав:
— Эван, Эван.
— ?
Она наклонилась и тихо прошептала на ухо:
— Этот мужчина… от него разит злом.
— …Разит?
— Мои инстинкты подсказывают. Вероятно… — она помедлила. — Такое чувство, будто он планирует тебя предать.
Холод пробежал по телу Эвана. Вместо ответа он уставился на спину Джилдра.
[Граф Синяя Борода. Настоящее имя: Джилдр. Алхимик, проживший более века].
Поднимаясь по лестнице, он ненадолго погрузился в воспоминания. Долгая жизнь. Бессчётные встречи и расставания. Среди них — прощание с учителем.
« — Учитель...»
« — Хо-хо, ты мог бы называть меня Отцом».
Отец и учитель Джилдра. В традиции, где только один преемник наследует всё, он передал ему знания — единственный проводник в жизни. И всё же, несмотря на продление жизни через кровь, учитель в конце концов встретил смерть.
« — Подавляй свою жестокую натуру и живи. Ты не должен следовать своей истинной сущности... Никогда не пытайся воскресить меня… Жди, пока придёт благородный человек…»
Но дети часто идут против воли родителей. Единственный человек, который понимал Джилдра, и который, из-за цены продления жизни, стал почти бесплодным. Всё, что осталось, — отец и учитель. Он продолжил исследования по продлению жизни, сосредоточившись на воскрешении мёртвых.
[Воскрешение]. Запретный акт, который нельзя совершать. Пока он был связан с Башней Алхимиков, это было то, чего он никогда не мог нарушить. Так что он обратил внимание на другое — гомункулов, искусственные формы жизни, живых големов. Хотя информация о них была утрачена, он как-то сумел добиться прогресса.
« — Хо. Не воскрешение, говоришь? Возрождение путём помещения души в искусственное тело… Интригующе.»
Король Убийц, встреченный на пути, проникся симпатией.
« — Мне нравится. Когда придёт время, я дам тебе кое-что полезное».
Джилдр терпеливо ждал, собирая материалы. Самым важным ингредиентом была «человеческая жизнь». Обычные не подходили. Нужна была женщина с сильной жизненной силой, способная передать её крепкому ребёнку. Так что он брал жён.
Скрывать действия было нетрудно. Дворянки умирали часто. Особенно жёны такого графа, как он. В конце концов, разве они не были простолюдинками? Без семьи, чтобы защищать, или власти, которой можно распоряжаться, их смерти были ожидаемы. Притворяясь, что это несчастные случаи, он убивал жён одну за другой.
Затем услышал слух. Самый молодой алхимик — Эван Алкарт. Негодник, рождённый в герцогской семье.
«Его мать умерла, так что он начал изучать алхимию для воскрешения? Жалко. Это невозможно».
Предел для воскрешения — двадцать лет. Если душа не возрождена в течение этого времени, она полностью покидает мир. Даже пятидесяти лет мастерства не хватило бы. Члены Башни Алхимиков потеряли интерес, но Джилдр был другим.
«Это возможно».
Но ему всё ещё не хватало. Тело, которое должно было служить основой для гомункула, было недостаточным. Был только один способ восполнить — тело с исключительным талантом в алхимии. И как раз тогда пришли новости, что Эван показывает абсурдный рост. Создание высококачественного зелья всего за полгода? Обычно требуются десятилетия.
Его талант был доказан. Всё, что оставалось — заманить его на свою территорию. Так что, даже когда распространялись странные слухи, Джилдр позволял им расти и даже поощрял их — чтобы заставить Эвана прийти.
И сегодня Король Убийц наконец выполнил обещание.
Тук.
— Мы прибыли, Мастер Эван.
Шестой этаж. Самый верхний, комната, полностью перестроенная. Джилдр отошёл от двери.
— Внутри вы найдёте всё, что я собрал. Надеюсь, вам понравится…
Знания, предметы и сущность, накопленные алхимиком. Ни один не мог устоять. Более того, там были предметы, полученные через сделки с еретиками, бежавшими от Артура. Он обязательно клюнет.
Остался всего один шаг. До того дня, когда он снова сможет увидеть учителя.
Эван посмотрел на затылок Джилдра.
«Что он пытался сделать? Простыми словами — воскрешение. Возможно, началось с продления жизни, но закончилось попыткой бросить вызов закону смерти».
В оригинальном сюжете попытка закончилась провалом. Первая причина: знаний и навыков не хватало, чтобы создать гомункула — искусственную форму жизни, разновидность голема. Нужно уметь общаться с ними. Вторая: поскольку это почти запретное действие, требовался равноценный обмен. Пяти женщин недостаточно. Даже десяти не хватило. Даже принесение в жертву собственной жизни могло не гарантировать успех.
— Граф.
— Да, молодой господин.
— Как насчёт того, чтобы убрать руку из кармана?
Его поймали. Джилдр инстинктивно осознал. Глаза засверкали решимостью. Для алхимика, чья цель раскрыта, оставалось только одно — принудительное исполнение. Продвигаться вперёд несмотря ни на что!
Тук! Он коснулся стены, активируя трансмутацию. [Понимание], затем [Разложение]. Дверь, которая никогда не должна была открыться, распалась, обнажив содержимое комнаты.
В тот же миг их атаковал зловонный смрад. Пять трупов, разбросанных по комнате, засохшая кровь на полу, вонь от насекомых, пожирающих гниющую плоть. И одновременно дым из пустого черепа — проклятый артефакт, извергающий парализующее проклятие. Дым, смешанный с запахом, окутал их.
— Угх?!
— !
Дольф закричал, закрывая нос. Тело замерло, глаза быстро моргали. Эван был тих — казалось, подействовало и на него.
— Попался, щенок.
Джилдр холодно усмехнулся. Он полез в карман. Там лежал стеклянный камень — не слишком прочный, но достаточно острый, чтобы перерезать горло. С помощью трансмутации он заострил его и метнул в ноги Эвана.
В тот же миг… Лязг!
— …Лязг?
Что-то заблокировало удар. Ошеломлённый Джилдр только теперь заметил кожаные доспехи на Эване. Каким-то образом они защитили ноги.
«Не может быть… Это голем? Эти доспехи?»
Вжик! Живой голем мгновенно преобразился. Тело Эвана покрыли латные доспехи. Видимыми остались лишь глаза.
Бум!
— Противоядие, сейчас же!
Стена особняка рухнула, внутрь протянулась длинная рука голема. Пробив стену, он бросил противоядие — и проклятие мгновенно рассеялось.
— !
«Противоядие высшего качества! Против «проклятия»! Зачем носить с собой такое? Неужели с самого начала ожидал предательства?»
По спине Джилдра пробежал холодок.
Дёрг!
— !
Он инстинктивно пригнулся. Что-то зловещее зашевелилось в тенях. Не успел среагировать… Шлёп! Из теней вырвался голем и ударил в челюсть. Голем, похожий на жидкость. Номер Два — скрывающийся в тенях, чьё единственное предназначение — защита хозяина.
— Урк…
Тук! Джилдр рухнул, закатив глаза.
Ляпис смотрела на него сверху вниз. Парализующее проклятие на неё не подействовало — тело, скованное куда более мощным проклятием судьбы, даже не дрогнуло.
«Но… он ведь не слишком зол, правда?»
Даже Ляпис, рождённая под титулом Греха Гнева, научилась сдерживать ярость благодаря одному человеку. Сейчас её волновало лишь состояние Эвана. Пока она осторожно оценивала его настроение…
«Фух… Я жив!»
Трусливый парень, ставящий безопасность превыше всего, чувствовал лишь облегчение.
«Я думал, сердце выпрыгнет от страха! Хорошо, что подготовился. Иначе здесь бы и конец. Хорошо, что знал заранее.
В оригинальном сюжете Джилдр охотился за телами женщин — они были нужны ему как материалы. Мужчины, по его словам, не годились. Но причина была в другом: возможно, он пытался создать «гомункула»? И потому не опровергал слухи… чтобы скрыть это? Что нужно для создания гомункула? Невероятно красивая внешность? Была ли внешность критерием?»
Эван задумался, но тут же спохватился. Слишком уж легко всё вышло, он почти забыл о главном.
— Ляпис, Дольф, вы в порядке?
— Кхм-кхм! Да, я в порядке!
— Я тоже, Эван. Эм-м…
Ляпис робко взглянула:
— Ты ведь… не сердишься?
«Я? С чего бы мне сердиться? Бесило, конечно. Но видеть его таким жалким… даже злости не возникало».
— Я не сержусь.
— Правда?.. Прости, что не справилась быстрее…
«Куда страшнее, если разозлится Ляпис. Если её гнев пробудится сейчас… вся территория будет стёрта».
— Того, что ты предупредила меня заранее, достаточно. — Эван погладил Ляпис по голове. — Я просто рад, что ты не пострадала. Молодец.
— Хе-хе.
Почувствовала ли она что-то в его прикосновении? Наконец успокоившись, ярко улыбнулась.
— Так что теперь? Убить его?
— Не говори таких жестоких вещей, Ляпис. Звучит ужасно.
«Мороз по коже, лучше так не говорить».
— Что будем делать?
— Хм…
«Что делать? Ждать, пока очнётся? Эх, зачем?»
Эван был просто осторожным парнем, а не тряпкой. Получить нож в спину вот так? Он возьмёт своё.
— Заберём всё, что сможем. Мы заслужили компенсацию.
— Мне пойти собрать?
— Останься здесь, опасно.
Тук-тук. Эван постучал посохом, который осыпался, разделившись на несколько маленьких големов, когда ударил им о пол.
Големы собрались вокруг, уставившись на него. Эван указал на комнату:
— Забирайте всё.
Големы ринулись внутрь.
Ляпис с интересом разглядывала незнакомую форму:
— Что это?
— Маленькие големы. Разделил, чтобы переносить вещи.
— Они умеют так делать?
— Да, конечно.
Големов, использованных против Джилдра, было всего двое. Это далеко не вся его сила.
Топ-топ! Щёлк-щёлк! Маленькие големы принялись сортировать и складывать полезные предметы.
Эван повернулся и встретился взглядом с женой графа.
— А, точно.
— И-ик!
Она выглядела совершенно перепуганной.
«Хм, не слишком ли он её напугал?»
Эван посмотрел на неё, затем приложил палец к губам — знак молчать и жить спокойно.
Тем временем маленькие големы потащили графа Джилдра прочь. Разбираться с ним во время переноски вещей было слишком хлопотно. Зрелище напоминало зачистку места преступления.
Кив-кив-кив! Жена, дрожа от страха, непрерывно кивала.
«Почему она так напугана?»
Озадаченный, Эван принялся собирать всё, что стоило взять.