Нищий (4)

— Я приготовил чёрный чай…

Тишина окутала гостиную.

Теодор сверлил взглядом Короля Теней, когда тот безмолвно улыбался. В руке у него перекатывались чёрные камешки.

Тук. Дольф осторожно покосился и поставил чай.

Эван кивнул:

— Спасибо, Дольф.

— Ах, нет!.. Молодой господин!

Эван невозмутимо потягивал чёрный чай. Спокойствие, в которое трудно поверить в такой атмосфере.

Дольф мысленно восхвалял Эвана: «Как и ожидалось от молодого господина! Сохраняет хладнокровие даже в такой атмосфере!.. Неужели Теодор больше даже не ровня?» Лёгкое уважение поселилось в глазах Дольфа.

«Пожалуйста, не смотри такими глазами... Всё не так». Эван почувствовал это всем телом. Поставив самодельный чёрный чай без кофеина, сжал сердце. Казалось, сердце вот-вот разорвётся от напряжения.

«Напряжённая ситуация. Если Теодор допустит одну грубость, ему перережут горло! Одним ударом. Я и так не мог уснуть! Не повезло во многих отношениях».

Теодор, ушедший в затворничество после инцидента с побегом, вышел из него именно сегодня. По совпадению, Король Теней посетил особняк в этот момент.

— Что, этот нищий ублюдок? Кто впустил этого нищего?

— Это… Э, гость молодого господина Эвана…

«Что? Брата?»

Вообще, гости, посещающие особняк — не редкость. Для дворян это способ похвастаться связями. Не часто, но стабильно приглашали гостей. Конечно, не Эван. У него не было ни друзей, ни невесты. Безумный результат сочетания безразличия лорда и одержимых наклонностей Эвана до вселения.

То, что Эван зовёт гостя, естественно, вызывало агрессию. Он ожидал этого, так что планировал закончить быстро.

«Ух, яростный взгляд...»

Теодор сверлил Эвана очень горячим взглядом.

«Понял. Гости довольно важны. Репутация семьи зависит от того, кто пришёл. Семья, которая пригласила наследного принца, и семья, которая пригласила серийного убийцу-нищего. Результат очевиден. Герцогская Семья Алкартов — высокопоставленная историческая семья. Такая пригласила нищего? Если этот бедный на самом деле не предсказывающий будущее оракул, или бог одержимый предсказанием судьбы, то это действие унижает достоинство семьи... К счастью, нет слов? К счастью, в беде мы можем только проклинать судьбу».

Эван мысленно молился: «Пожалуйста, не выкидывай фокусы. Ты умрёшь! Ясно, что с Королём Теней риск небольшой. Но только при условии вежливости. Ведешь себя грубо? Тогда немедленно запускается рулетка смерти. Рулетка — те чёрные камешки. Не бах как в русской рулетке, а вжик! — и умрёшь. Другие не знают этого. Нужно быстро закончить эту встречу».

Эван твёрдо решил и открыл рот, не показывая дрожь насколько возможно. Не потому что напуган, а напряжён.

— Благодарю Вас за визит в мой особняк сегодня.

— Кхе-кхе! Этот старик благодарен за щедрость молодого господина, пригласившего этого старика.

Король Теней выразил благодарность, чрезмерно двигая телом — как ведущий на сцене.

— Нормально ли впускать этого старика в такой роскошный особняк?

— ...Приглашать гостей — это моё дело. Никто не может ничего сказать. Также, поскольку это для обмена тем, что у нас есть, есть оправдание.

Эван спокойно продолжал:

— Кажется, нужно только, чтобы старейшина уделил достаточно времени!..

— Насколько я слышал, не могу пройти мимо. Обмен?

Теодор заговорил с яростно сверлящими глазами:

— Значит ли это, что наша семья настолько низка, чтобы обмениваться с таким стариком, брат?

«Ах, пожалуйста! Ты умрёшь!»

Эта неделя была худшими днями для Теодора.

— Раскайся.

— Что? Что… сделать?

Похитили, потребовали покаяния. Раскаяние — значит признать грех, исповедаться богу и искупить. Какой грех он совершил? Абсурдно для атеиста Теодора, не сделавшего ничего.

— Я не совершал никакого греха.

Несмотря на возражения Теодора, похититель остался невозмутим. Бросил в место без солнца, использовал дорогой артефакт, чтобы целый день играть гимны. Без физических пыток, только ментально.

Он страдал и глубоко размышлял: «Что же я сделал не так? Неправильно? Ничего не делал. Упорно учился, стремился выполнить долг дворянина».

Что он делал — игнорировал некомпетентного брата. Брата, живущего как негодяй, сидящего на положении старшего, получающего внимание отца. Субъекта, внешне похожего на герцога, но поведением совсем нет, позорного кровного родственника. Негодяя, бесчинствующего, чтобы воскресить мать-наложницу. Заперся в комнате, не выходит, так что в социальных кругах даже зовут его «затворником». Учитывая, что репутация меняется в зависимости от прозвища или связей, довольно позорный титул.

Игнорировать такого парня — неправильно? Да. Не просто слова, использовал немного насилия. После этого был избит ещё несколько раз големом.

Не мог понять совсем. Так что отказывался каяться, но Теодор — младший, избалованный, ментально не настолько силён. В конце концов:

— Каюсь, я каюсь! Этот грёбаный ублюдок! Я каюсь!

— Наконец-то каешься. Не забывай. К нему тебе точно не стоит прикасаться.

После этого сомнения не разрешились, даже после спасения странным големом, который пришёл совершенно случайно.

«Что это за никчёмный парень! Похититель, герцог — все хотят его!»

— Боже…

Каждую ночь в своей затворнической комнате Теодор возносил молитвы. «Пожалуйста, умертви Эвана Алкарта… Зачем ниспослал мне такое испытание… Если бы он просто исчез, я смог бы подняться выше, что отец в нём находит!..»

Накопившиеся жалобы и недовольства, смешанные с ревностью. Всё это по поводу таланта, которым обладает Эван.

Алхимик должен быть избранным. Подобно магии — магия не просто создание зелий, требуется врождённый талант. Алхимия не ограничивается лишь созданием зелий. Она позволяет по своей воле изменять материю через три процесса: [понимание], [разложение] и [воссоздание].

Эван был рождён с такой силой. За год изучения алхимии он успел прославиться в преступном мире. И это при том, что действовал нечасто — всего дважды. Получил известность всего за два «случая». Достижение, которого не смог добиться даже старший сын герцога.

«Ненавидел его так сильно, завидовал. Сидит в своей комнате, трус, не может даже в глаза смотреть — и такой великий?»

Перемена не заставила себя ждать. Он изменился за одну ночь. Стал использовать странную вежливую речь, смотреть в глаза. После этого начал по-настоящему осваивать алхимию. Такими темпами он может действительно совершить табу и воскресить мёртвых. И от этого рождалось новое чувство — лёгкий страх, затмевающий ревность.

Поэтому он планировал сегодня вести себя тихо…

«Но что это за нищий старик, ради которого он так унижается? Не могу понять. Если бы этот нищий действительно был «важной шишкой», отец бы уже вмешался. Но нет. Ничтожный старик. Именно такой, каким кажется. Тогда зачем склонять перед ним голову? Позорить репутацию семьи?»

Теодор всё ещё молод. Ему трудно сдерживать порывы. И вот слова вырвались сами собой.

Но Теодор мгновенно пожалел.

Взгляд, которым Эван смотрел на него. Чувство, будто всё тело замирает. Глаза, в которых нет ни капли эмоций. Если бы в них был гнев или презрение, он бы понял. Но их не было вовсе.

— Я никогда не говорил, что наша семья низка.

Ровный тон. Сухой голос, не выдающий эмоций.

— Гость, которого я пригласил по своей воле. Я не ставил на кон ни имя семьи, ни её репутацию. Это просто обмен с этим человеком. Я получаю технику, которую он может передать, и даю взамен компенсацию.

— Не понимаю. Какую технику может иметь этот старик.

— Опыт и история, подобные вещи. Даже если они не грандиозны, будучи накопленными, они обретают вес и силу.

Эван продолжал голосом, словно успокаивая ребёнка:

— То, как ты себя ведёшь сейчас, довольно грубо. Теодор.

— !..

«Впервые назвал по имени». Мурашки пробежали по всему телу. Словно предупреждение: переступишь «черту» ещё раз — и пожалеешь.

— Понял?

— Понял, брат.

— Кажется, я погорячился... Отдохни как следует.

Он смог перевести дух.

Запоздало взгляд Теодора уловил детали одежды Эвана. Кожаные доспехи, шевелящиеся словно живые. Из-за материала он не догадался, что это тоже голем. Тот посох на стуле — знакомый. Тоже голем. Всё вокруг — големы. С самого начала эта гостиная была наполнена ими.

«Э-этот…»

Взгляд, пристально устремлённый на Теодора. Золотистый цвет, в точности как у герцога. Давление сильнее, чем во время тех ментальных пыток, когда его заставляли каяться. Он уже хотел было уйти.

Тук-тук!

— Эван. Можно войти на минутку?

— Входи.

Дверь открылась. В комнату вбежала девочка с белыми волосами, красными глазами и загадочной аурой. Она сказала энергичным голосом:

— Эван! Я наконец-то попробовала тот улучшенный картофель!

— Улучшенный картофель?

— Да! Он намного больше и содержит ману, такой вкусный!.. Особенно если приготовить на пару!..

Её звонкий голос приятно изменил атмосферу. Суровый взгляд Эвана обратился к ребёнку. Теодор вздохнул с облегчением.

«С-спасён».

— Хорошо, Ляпис. Поздоровайся.

— А! Человек, которого видела вчера!.. Здравствуйте!

— Кхе-кхе. Приятно познакомиться, маленькая мисс.

«Ляпис? Имя знакомо. Новая рабыня Эвана. Но она больше чем рабыня… Любимая младшая сестра… разве нет?»

— Ляпис. Что ты ела сегодня?

— Морковку… картошку… и салат!

— А мясо?

— Пока не хочу…

«Рабыня перечит?» Вид того, как рабыня отказывается от приказа хозяина, заставил дворянскую кровь вскипеть. «Стоит ли сейчас вмешаться?»

Тут Ляпис сложила вместе руки. Шук-шук. Из них появились нити и сами сплелись в красивую форму.

— Навык плетения нитями улучшился. Молодец.

— Э-хе-хе.

Теодор мужественно подавил недовольство.

Тем временем Король Теней, наблюдавший за ним с интересом, открыл рот.

— Когда этому старику следует начать учить? Хо-хо. Поскольку у меня осталось мало времени, задерживаться надолго не стоит.

— Не могли бы вы заранее объяснить, чему именно собираетесь учить?

— Ничего особенного. Небольшие техники движения тела.

— Тогда, не мне, а…

Хвик. Эван осторожно взял Ляпис за плечи и выдвинул её вперёд.

— Не могли бы вы обучить этому ребёнка?

— ?!

— ?!

«Такой шанс — и делегировать простой рабыне?» Их глаза округлились от изумления.

Наблюдая за ними, Эван подумал про себя: «Нет, как я вообще могу изучать боевые техники? То, что есть у Короля Теней, — это техники. Естественно, убийства или передвижения. Но. Если я попробую их изучить, моё тело развалится. Очень слабое. Повезёт, если я просто не подверну ногу. Не удивлюсь, если у меня всё хрустнет и вывалится. Делегировать Ляпис немного беспокоит, но… Если бы я был тем неудачником Хан Олем Ли, может, иначе, но это выбор, который может сделать только мужчина Эван, продержавшийся в этом мире целый год! Пусть вместо меня и письма доставляет, и сражается. Убить двух зайцев одним выстрелом!»

— Кхе-кхе! Не жалко отдавать такую возможность рабыне?

Тон, словно дающий последний шанс передумать. Эван кивнул.

— Да. Всё в порядке. Ей это больше подходит, чем мне.

— Кхе-кхе! Хорошо. Мудрый правитель.

«Кажется, он доволен. Камешки по-прежнему послушны».

Король Теней подошёл к Ляпис, присел, чтобы оказаться с ней на одном уровне.

— Малышка. Поболтаешь немного с этим дедушкой?

— Да!

— Дай-ка посмотреть… Талант?.. Вегетарианка?.. Хм, хо-хо… Эта «Небесная Звезда Убийства»? Присутствует. Очень выдающаяся. «Уровень «Небесной Звезды Убийства». Тогда хорошо. В истории не было ничего подобного…

«Может, получится?»