Объектоголовый (5)

Младший коп, только заступивший на смену, ввалился в участок. Вид у него был такой, будто он всю ночь сражался с подушкой и проиграл: глаза заспанные, челюсть едва не вывихнулась от богатырского зевка.

— Доброе утречко... — пробормотал он вместо нормального приветствия.

— Ага, приперся? Живо сюда. Тут у нас уже вовсю полыхает, — старший напарник, не отрывая взгляда от монитора, привычно инспектировал местные интернет-помойки.

Младший, даже не успев сбросить куртку, навис над плечом коллеги.

— Чего там? Опять кто-то кота на дерево загнал?

— Если бы. Помнишь тех дегенератов-ютуберов, что ошивались тут недавно?

— «Hunting Ghost»? Эти охотники за лайками?

— Они самые. Ролик, который они выложили, сейчас насилует все соцсети и форумы.

Это была нарезка, которую уже успели по-крысиному перезалить во все паблики. «Воруют просмотры, уроды», — лениво подумал младший, вглядываясь в пиксельное месиво. Кадр трясся, камера висела где-то в районе паха, картинка была темной и зернистой. Короче, полный хаос, но именно из-за этого дерьмового качества всё выглядело пугающе натурально.

И тут в кадре появилось оно. Шокирующее зрелище, от которого сон как рукой сняло.

Объектоголовый. Существо с синим костром вместо башки.

Младший выдал классическое заключение любого скептика:

— Да ладно, старшой. Это же чистый графон. Или нейросетями бахнули, они сейчас и не такое рисуют.

— Хайпожоры так пересрали, что на кон свой канал поставили. Клянутся, что всё по-настоящему. Даже исходники без склеек в полицию как вещдок притащили.

— Мать твою... А если они и вещдоки подделали?

— Да там уже другие блогеры-стервятники вызвали экспертов по спецэффектам, чтобы вывести их на чистую воду. И прикинь — ни следов монтажа, ни наложений. Грешат на какой-то нереально крутой грим, но пока доказательств ноль.

— Постойте... — младший замер. — Это же точь-в-точь как в тех показаниях?

— Именно. Наше синепламенное чучело. Один в один, как тот заявитель описывал.

— Глядите, он еще и в шмотках, — подметил младший.

— Ага, прикинь? Даже костюмчик надел. Стиляга, блять.

— Постановка... или всё-таки нет?

— Хрен его знает.

Младший свалил в раздевалку, нацепил форму и вернулся к своему столу. Но шило в заднице не давало покоя, и он снова докопался до старшего:

— Они хоть место не спалили?

— К счастью, нет. Так что паломничества идиотов пока не предвидится.

— Не радуйтесь раньше времени. Скоро всё всплывет.

— Это еще почему?

Младший нервно забарабанил пальцами по столу, изображая на лице вселенскую скорбь.

— Эти ютуберы — просто тупые исполнители. Они работают по наводкам. Адрес им «слил» кто-то со стороны. А значит, этот «доброжелатель» с огромной вероятностью вывалит координаты в сеть, чтобы потешить свое эго.

— Пиздец... Нам что, теперь всю гору колючей проволокой обносить?

— Можно попробовать, но этим хайпожорам закон не писан. Если на горизонте маячит «миллион просмотров», они и через минные поля полезут.

Если адрес утечет, сюда слетятся все блоггеры страны. А на той горе парковки — кот наплакал. Забьют всё своими колымагами, перегрызутся за место, а учитывая, что в лесу курить любят — еще и пожар устроят. Короче, сельская идиллия закончится быстро.

«Надо было сразу им камеры об колено ломать», — подумал младший. — «Слишком мягко мы с ними».

— Может, связаться с этими ютуберами? Попросить, чтобы фильтровали базар? — спросил старший.

— Да что они сделают... Ладно, накатаю им письмо на почту.

— Давай. Ой... Ой, блядь! СЛИЛИ! СУКА, СЛИЛИ-И-И!

Старший полицейский схватился за лицо и взвыл так, будто ему прищемили самое дорогое. На форуме уже висел пост с подробной картой, обведенной кружочком зоной и кратчайшим маршрутом.

*****

3 марта. 

Небо было цвета старой половой тряпки. Моросила мерзкая изморось.

Становилось всё холоднее, туман лениво выползал из оврагов — верный признак того, что скоро небеса разверзнутся. И точно, вскоре ливануло так, будто там, наверху, прорвало канализацию. Судя по тучам, это приключение затянулось бы на пару часов.

«Интересно, а моя башка от такого не зашипит?»

Ведомый чисто научным интересом, жилец заброшки вышел на крыльцо под дождь.

Ту-дух... Ту-дух...

Капли пролетали сквозь пламя, не встречая сопротивления, как нож сквозь масло. Огонь не дымил, не гас и вообще плевать хотел на законы физики. Похоже, внешние факторы ему были до лампочки.

«Правда, фокусироваться стало сложнее».

Если он хотел что-то поджечь осознанно, теперь приходилось напрягать извилины вдвое сильнее.

«Да и "радар" барахлит».

Из-за стены дождя его чувства, обычно охватывающие всю гору, словно окунули в кисель. Чтобы что-то учуять, нужно было впадать в глубокую медитацию, а это утомляет.

«Хрен с ним, буду сидеть дома».

Влажность была такая, что хоть жабры отращивай. Одежда начала вонять мокрой собакой, и это бесило больше всего. А постираться в этом гадюшнике — задача из разряда фантастики.

«Прикипел я к этой халупе... но жить тут — это особый вид мазохизма».

Стало предельно ясно, почему дом забросили. Ни воды, ни электричества, дырявая крыша и пыль толщиной в палец. Просто тесная коробка для хранения пауков.

«Если сваливать, то куда?»

Раньше он бы даже не парился — рванул бы в город, не оборачиваясь.

Он взял со старого, пожелтевшего столика зеркальце и посмотрел на себя. Синее пламя дрожало, отражая его паршивое настроение.

«Если я появлюсь в таком виде среди людей, кирпичный завод откроется в каждом квартале».

Он больше не человек. Как ни старайся в это верить, он — Инве. Нелюдь.

И только он собрался окончательно погрузиться в депрессию, как со стороны дороги донесся шум.

«Опять копы?»

Патрульные изредка забредали сюда, но обычно топтались на месте, делали вид, что работают, и сваливали. От них было легко спрятаться в чаще. Но сейчас ситуация явно вышла из-под контроля.

Их было не двое. Там копошилось минимум человек десять, и толпа только росла.

«Это еще что за делегация?»

Может, они решили, что он опасный террорист, и вызвали спецназ? Хотя для штурма ведут они себя больно суетливо. Пришлось выйти на разведку.

— Соблюдайте очередь, уроды!

— Какая очередь? Кто первый объектив сунул, того и хайп!

— Эй, колымагу убери! Ты где права купил, олень?!

— Всем привет, дорогие подписчики! Мы ведем репортаж с той самой горы, где засняли Объектоголового. Погода — говно, но ради вас мы готовы на всё!

— Да завали ты ебальник! Ты мне звук перекрываешь!

Он стоял в полном ахере. Это была не одна банда. Там собрались солянка из всех регионов — судя по говору, приперлись даже из самой глухомани.

«Я же камеру разбил. Как?!»

Видимо, информация просочилась через какую-то другую дыру.

«Надо ныкаться».

Когда людей так много, договориться с ними не получится. Человек по отдельности — существо социальное и пугливое. Но когда их толпа, у каждого вырастают яйца стальные, а мозг отключается. Коллективный разум, мать его. Страх притупляется, просыпается азарт.

Если они его найдут, они не убегут в ужасе — они затыкают его селфи-палками до смерти.

Пришлось петлять лесом на другую сторону горы. Но не успел он пройти и пары сотен метров, как замер.

Они были везде. Десятки охотников за привидениями с камерами наперевес брали гору в клещи.

В доме не спрячешься — выкурят. Закопаться — времени нет.

Он поднял голову к небу.

«Ладно. Раз вы пришли за жуткими историями — я вам устрою настоящий ужас».

*****

Криииик!

Полицейская тачка замерла у обочины. Ну точно, всё, как они и боялись.

Дорога забита в хламину. Стримеры мечутся, как укушенные в задницу: орут в свои микрофоны, срутся друг с другом, пихаются локтями. Полный хаос на пятачке земли. Копам пришлось бросить машину прямо на дороге — парковки тут не было предусмотрено со времен динозавров.

— Да чтоб вас! — старший выскочил из машины, едва не брызгая слюной от злости. — Дождь фигачит, а им хоть бы хны! Вот ведь стахановцы хреновы!

Младший вышел следом, чувствуя, как перед глазами темнеет от масштаба катастрофы.

— Это дохлый номер. Мы их тут не удержим.

— Шокер при себе? Похоже, сегодня кто-то получит разряд бодрости.

— Не вздумайте! Их тут тьма, если начнете палить — они нас просто затопчут.

Младший нервно грыз заусенец, озираясь по сторонам.

— Для этих ютуберов закон не писан, они на нас как на декорации смотрят. Если бы у них были хоть зачатки мозгов, они бы уже смылись.

— Но никто и не чешется.

— В том-то и жопа.

Ни капли уважения. Только горящие глаза и жажда донатов.

— Ладно, не стоять же столбом. Пошли.

— Эх, не для того я в полицию шел, чтобы блогеров пасти...

Копы синхронно выхватили телескопические дубинки и с характерным звоном разложили их. Видимо, стальной аргумент подействовал — толпа чуть притихла.

— А ну стоять! Назад! Всем вниз! — гаркнул старший.

— Опа, легавые...

— Слышь, кто-то опять донос накатал.

— Да какой донос, когда нас тут как селедок в бочке, дебил?

Адекватные начали потихоньку сдавать назад, но самые «умные» решили, что это отличный шанс проскочить в тишине, и рванули вверх по склону.

— СТОЯТЬ, СУКА! А ну назад! — взревел старший.

— Я за ними! — младший бросился вдогонку.

Шлеп-шлеп-шлеп.

— Твою ж... ну и грязища.

Ливень превратил землю в склизкое болото. Ноги тяжелели с каждым шагом, но офицер не сдавался.

— Задрали. Придется включать «орало».

Он достал мегафон. Прибор отозвался противным писком и хрипом.

— ГОВОРИТ ПОЛИЦИЯ! НЕМЕДЛЕННО ПОКИНЬТЕ ГОРУ! ТЕРРИТОРИЯ ЗАКРЫТА, ВЕДУТСЯ СЛЕДСТВЕННЫЕ ДЕЙСТВИЯ!

Голос эхом пошел по лесу. На мгновение ему показалось, что из глубины чащи донесся тяжкий, обреченный вздох.

— КТО НЕ ПОДЧИНИТСЯ — ПОЕДЕТ В ОТДЕЛ! ЖИВО ВНИЗ!

Мегафон — вещь. Видно было, как в кустах зашевелились «партизаны» и понуро побрели к выходу. Младший выдохнул, уже мечтая о суши и теплом пледе, но решил дойти до конца, чтобы выкурить последних упрямцев.

— Спускайтесь, я вас вижу!

— Да идем мы, идем...

К нему подбежали две девчонки с камерой. Носы красные, глаза слезятся от холода.

— Офицер, а это правда... что здесь Объектоголовый? Мы за ним приехали. Вы его видели?

Младший посмотрел на этих детей. На что они надеялись? Сказать им правду? Нет, нахер надо.

— Нет тут никого, девчат. Это всё фейк и замануха для дураков. Кто-то вбросил инфу, а вы повелись. Идите грейтесь.

Девчонки расстроенно поплелись вниз.

— Вроде всё? — пробормотал он.

Злость и влажность разбудили в нем спортивный азарт — он решил проверить каждый чертов куст.

— Ну, посмотрим, кто тут самый хитрый.

И тут воздух изменился.

Ш-ш-ш-ш-ш-ш...

Странный звук, будто где-то под землей закипает гигантский чайник. Он шел отовсюду сразу.

— Что за фигня?

— А-а-а! Что это?!

С разных сторон горы раздались вопли перепуганных стримеров. Туман, который до этого просто мешался, вдруг стал густым, как клей. Видимость упала до 5 метров.

— Какого... почему так жарко?

Влажный зной ударил в лицо, как в парилке. Офицер сорвал дождевик, но легче не стало — пот моментально пропитал форму.

— Помогите! Где дорога?!

— Эй! Кто-нибудь! Я ничего не вижу!

Младший инстинктивно нащупал шокер. Копское чутье орало: «Вали отсюда, парень! Это не просто туман!»

— Всем спокойно! Медленно идем вниз на голос! — прокричал он, пытаясь скрыть дрожь.

Пш-ш-ш-ш...

Помехи. Офицер резко развернулся, целясь в молочную пустоту. Никого.

— Черт... аж мурашки по коже.

В голове сами собой всплыли городские легенды. Про города в тумане, кишащие монстрами...

— Так, отставить панику! — он тряхнул головой и собрался уходить, как вдруг мегафон на поясе снова ожил.

Пш-ш-ш...

— Я что, его не выключил? — он поднял трубку. Питание было включено, но он не нажимал на кнопку вызова. Трубка вообще болталась сама по себе.

И тут из динамика донеслось:

— Пш-ш... У... хо... ди...

Холодная волна страха прошла от затылка до пяток. Офицер рефлекторно отшвырнул мегафон в грязь. Прибор шмякнулся в жижу, но не заткнулся. Наоборот, звук стал четче и громче. Искаженный, нечеловеческий голос теперь орал на всю гору, перекрывая шум ливня:

— У-ХО-ДИ!

— Да что за... ЧТО ЭТО, БЛЯДЬ?! — заорал в пустоту офицер.

— ВАЛИТЕ ОТСЮДА! ПОШЛИ ВОН!

Это был предел. Первобытный ужас выбил все остатки профессионализма. Забыв про долг, честь и ютуберов, полицейский рванул вниз так, что только брызги грязи летели выше деревьев. Все остальные стримеры, сидевшие в засаде, тоже сорвались с мест в едином порыве спасти свои шкуры.

Внизу старший напарник пытался привести в чувство бледных как смерть людей. Когда к машине вылетел младший, старший едва не выронил дубинку:

— Ты чего? Будто живого мертвеца увидел.

— Уезжаем... — младший дрожащим пальцем ткнул в сторону горы. — Сюда нельзя соваться. Вообще никогда.

— Да что ты там услышал?! Сирены?

— Голос...

Старший, видя, что напарника сейчас инфаркт хватит, рявкнул оставшейся толпе:

— Живо по машинам! Кто останется — я не виноват!

Уговаривать никого не пришлось. Моторы зарычали, колеса забуксовали в грязи.

Старший запрыгнул в машину и врубил печку. Младшего колотило, зубы выбивали чечетку.

— Тот видос... — выдохнул он. — Это была не графика. Это была правда.

Когда УАЗик разворачивался, старший мельком глянул в зеркало заднего вида. И чуть не выкрутил руль в кювет.

На скалистом выступе, прямо над дорогой, стояла фигура. Мужчина в строгом костюме. С головой из ледяного синего пламени. Он не шевелился. Он просто провожал последнюю машину.

— Валим, — тихо сказал старший, чувствуя, как волосы на затылке встают дыбом. Он не стал говорить об увиденном младшему, чтобы тот окончательно не сошел с ума.

Тачка рванула по шоссе. Объектоголовый постоял еще немного и медленно растворился в тумане.

Дождь стих.