Объектоголовый (3)

1 марта.

Это камера.

Сперва я подумал, что мне померещилось. Но нет, штуковина, нагло сверкающая линзой, при ближайшем рассмотрении оказалась именно камерой.

'Вчера её здесь не было'.

И дело не в том, что я мог её не заметить. Я отчетливо помню: ночью здесь было пусто.

Небольшой пятачок перед зданием. Камера на штативе направлена прямо на дом; её даже не пытались спрятать или замаскировать.

'Следят за мной?'

Так сразу и не скажешь. Осмотрев аппарат, я понял, что, кроме внешнего аккумулятора, он ни к чему не подключен. Обычная запись на флешку. И всё.

'Ничего не понимаю'.

Я снял камеру со штатива и выключил запись. Решил проверить отснятый материал.

'Начали снимать еще ночью'.

С глубоких сумерек и до сего момента. Видео тянулось больше десяти часов. Я прокрутил запись на ускоренной перемотке: ничего особенного, если не считать момента, где я выхожу из здания.

'Так вот как я выгляжу'.

Наконец-то я смог увидеть себя со стороны.

Строгий костюм. Сухопарое, вытянутое тело. Ноги непривычно длинные. В целом — просто очень высокий мужчина, если бы не одна деталь. Голова. Вернее, её отсутствие. Над ровным срезом шеи одиноко парило ярко-синее пламя.

Объектоголовый.

Типичный образ из медиа, разве что вместо предмета — огонь. Но суть та же, придираться к терминам не буду.

'Интересно, есть ли тут владелец?'

Я отмотал видео к самому началу. Установка камеры попала в кадр, но лица людей были скрыты масками. Трое: двое мужчин и женщина. Последняя даже помахала в объектив и кокетливо попозировала.

'Какие-то они легкомысленные'.

Значит, у этой затеи нет серьезной или опасной цели. Поставили ради забавы.

'Есть еще видео?'

Да. Еще один ролик, тоже на добрую дюжину часов, но с другой датой. Судя по ракурсу, они снимали заброшенные руины в другом месте. Картинка была статичной, как с камер наблюдения. Ничего, кроме пейзажа.

'А-а… Кажется, я понял'.

Стала ясна и природа видео, и причина съемки. Это фанаты оккультизма, которые рыщут по «местам силы» в надежде заснять призрака. Скорее всего, владельцы — ютуберы или создатели дешевых документалок про паранормальное.

Остается вопрос: на кого они охотились здесь? На меня? Или просто выбрали «проклятое место», а я случайно попал в кадр?

'Надеюсь, у них нет дурных намерений'.

Люди, которые сначала действуют, а потом думают (или говорят), часто бывают опасны. Из-за масок их лиц не разобрать, но сам факт тайной съемки уже не внушает симпатии.

'Видео придется удалить'.

Я стер последнюю запись. Я хочу нормального общения с людьми, а не участи в сомнительном реалити-шоу без моего согласия. Если им так любопытно, кто я такой — пусть приходят и спрашивают лично. Хотя в этом и кроется ирония: ответить-то я всё равно не смогу.

Я установил камеру обратно на штатив и ушел.

*****

Канал на YouTube назывался «Hunting Ghost» (Охота на призраков). Около 70 тысяч подписчиков и стабильные просмотры за сотню тысяч — вполне крепкий проект для такой нишевой темы.

Контент незамысловатый: поездки по жутким местам. Получают наводку от зрителей, едут туда, включают камеры. Если удается заснять что-то, отдаленно похожее на привидение — монтируют ролик и собирают лайки. За время работы они набили немало шишек, но так крупно, как в этот раз, еще не лажали.

— Записи нет.

Джин Хо, бледный и растерянный, тупо пялился в пустую карту памяти. Кроме старых исходников, на ней ничего не было. Он сглотнул и затравленно оглянулся.

Позади, скрестив руки на груди, стоял О Хён Тэ. Вид у него был свирепый. Хён Тэ — лицо канала и по совместительству босс, нанявший Джин Хо в качестве оператора и монтажера.

— Ты че, бля, издеваешься?

Грубая брань вылетела мгновенно. Хён Тэ не был бандитом, хотя забитая татуировками рука и внушительные габариты качка создавали именно такое впечатление. Джин Хо знал, что криминалом тот не занимается, но легче от этого не становилось. Хён Тэ в гневе был страшен.

— Ты отвечаешь за технику! Какого хрена запись не шла?!

— Я не оправдываюсь, честно, я всё включал!

— Заткнись!

Хён Тэ, задыхаясь от ярости, со злостью пнул ближайшее дерево. Посыпались сухие ветки и листья.

— Срань господня, день впустую! Для ютубера каждый день — это бабки, а ты просадил смену!

— Я… я точно видел, что запись идет…

Джин Хо, будучи человеком ранимым, не выдержал и шмыгнул носом. У него всегда так: если накрывает чувство несправедливости, глаза сами наливаются слезами. Хён Тэ же терпеть не мог плачущих мужиков.

— Не ной! Накосячил — еще и ревешь?

— Брат! Твои крики аж на трассе слышно!

Из машины вернулась Со Ён — она отходила в туалет. В роликах она была просто участницей команды, но на деле — девушка Хён Тэ. Пирсинг, яркий макияж, парочка тату — образ типичной «плохой девчонки».

— Со Ён, прикинь, мы приплыли. Этот придурок ничего не снял.

— Э? Серьезно?

— …

— Но я сама вчера видела, как на камере горел красный огонек.

Со Ён приняла свою фирменную «милую» позу, которую обычно делала перед объективом.

— Я еще вот так ручкой помахала.

— И что с того? Видео-то нет.

— Да точно тебе говорю! Красная лампочка светилась. Я видела.

Если словам Джин Хо Хён Тэ не верил, то к мнению своей девушки прислушался. Он подозрительно прищурился на оператора.

— Слышь. Ты реально всё включил?

— Д-да. Я не мог так ошибиться.

— Тогда где файлы?

— …

В этом и была проблема. Джин Хо схватился за голову. Спустя минуту он неуверенно пробормотал:

— Когда я забирал камеру, она была выключена. Думаю… кто-то намеренно подошел, выключил её и удалил ролик.

— Кто? Бля, кто посмеет трогать нашу технику?

— Не знаю…

Хён Тэ мучительно соображал, а Со Ён вдруг весело подняла указательный палец:

— Это призрак удалил!

— Че ты несешь.

— Ну а кто еще? Кто попрется ночью в лес, чтобы просто выключить камеру и убежать? Это был призрак! Ему не понравилось, что его снимают, вот он и подсуетился.

— Да замолчи ты. Какие еще призраки?

Странные слова для владельца канала «Hunting Ghost». Делать видео о паранормальном и при этом не верить в него? В роликах он рассуждал о духах как эксперт, знал все легенды и термины. Зрители бы сильно разочаровались, услышь они его сейчас.

— Весь этот контент в инете — лажа. Не мели чепухи.

— Э-э? Но в прошлом видео мы же показали доказательства!

— Ха, так это ж постановка! Ты реально веришь? Всё, что мы снимали — дело моих рук. Правда, Джин Хо?

Оператор, всё еще копавшийся в настройках флешки, бросил на него косой взгляд. Обиженно выпятив губу, он отвернулся.

— Угу.

— Че за рожа? Обиделся, что я наорал? Ладно, сорян.

— Я не из-за этого. Просто… ты совсем в них не веришь.

Атмосфера вокруг Хён Тэ мгновенно похолодала. Он замолчал и уставился на Джин Хо тяжелым взглядом. Тот аж одеревенел.

— И че? Если я веду канал про мистику и не верю в неё — это что, обман зрителей?

— Ну… вообще-то да, обман.

— Ишь ты, смелый какой стал. Трус трусом, а огрызается.

Щелк!

Хён Тэ отвесил напарнику легкий подзатыльник и уставился на огни города, видневшиеся вдали за лесом.

— Что с записью? — спросил Джин Хо. — Снимаем заново?

— Днем не страшно. Вернемся, когда стемнеет.

— Ладно…

— А Джин Хо у нас прямо фанат чертовщины.

Со Ён вклинилась в разговор, пытаясь разрядить обстановку. Джин Хо немного оттаял.

— Н-ну да. Только я не призраков люблю, а Квейдамы (городские легенды).

— А какая разница? Призраки — это же и есть легенды.

— Не совсем. Легенда — это история, слух. Например, про Объектоголовых или отель в загробном мире. Но больше всего мне нравятся истории про Бюро управления…

— Ой, ну и отаку.

— Хм…

— А что такое Объектоголовый? Расскажи! Мне такое нравится.

— Э-э, ну, это такие нелюди (Инве), у которых вместо головы какой-то предмет…

Он уже приготовился увлеченно вещать, как вдруг Хён Тэ заметил движение на тропе.

— Шухер. Кто-то идет.

— Ой, кто? Зрители?

— Говорили же, что сюда никто не заходит.

Троица выстроилась в ряд, ожидая гостя. Скрываться смысла не было — они не делали ничего противозаконного. Однако, увидев полицейскую форму, они невольно почувствовали себя преступниками, хоть и были чисты перед законом.

— Эй! Вы там!

Двое полицейских, завидев группу, ускорили шаг, будто боялись, что те сбегут. Хён Тэ сразу нацепил вежливую маску и сделал шаг вперед.

— Добрый день, офицеры.

— День добрый. Внизу ваш фургон стоит?

— Да-да, наш. Мы тут съемки для YouTube проводим. Канал «Hunting Ghost», я — О Хён Тэ. У нас семьдесят тысяч подписчиков и…

Хён Тэ вывалил информацию раньше, чем начался допрос. Младший полицейский озадаченно кивнул.

— А, ясно. Слышь, напарник, это ютуберы.

— Уф, запыхался. Как канал-то?

— «Ghost Hunting», кажись.

— «Hunting Ghost». Слова местами перепутали.

— А, ну да. «Хантинг»? Это вы типа призраков снимаете, чтобы телефончик у них взять?

Со Ён и Джин Хо прыснули, а Хён Тэ мрачно насупился. Старший полицейский, не заботясь о чувствах окружающих, расстегнул верхнюю пуговицу формы.

— Разрешение на съемку есть?

— …Нет.

— Плохо. Место-то, вообще-то, опасное.

Полицейский указал вглубь леса, за дом.

— Слухов про призраков полно, да и мрут тут часто — самоубийцы так и липнут. Заброшено всё, зверья дикого навалом, змеи ползают.

— Вот это мы и снимаем.

— Да? И как, сняли что?

Поскольку хвастаться было нечем, Хён Тэ снова злобно зыркнул на Джин Хо. Тот лишь выпятил губу. Полицейский, поняв ситуацию, буднично спросил:

— Значит, пусто. А призрака с горящей башкой не видели?

— Чего? Какого призрака?

Джин Хо отреагировал так бурно, что полицейский даже немного опешил.

— Ну, с огнем вместо головы. Синее такое пламя.

— Голова горит?! Это правда?!

— Ага. Недавно заявление было, мол, видели тут такого типа. Вот мы и патрулируем.

Затем он подозрительно прищурился:

— Вы, часом, не разыгрываете тут никого? Это дело подсудное.

— Это же Объектоголовый! — Джин Хо уже несло. — Синее пламя! Это же известная легенда! Тот самый «Инве», который пожирает своим огнем другие проклятия!

— Че-че? Че ты мелешь?

— Но я первый раз слышу, чтобы его видели здесь! Кто заявил? Как он выглядел? Какая одежда?

Хён Тэ прижал ладонь ко лбу, а Со Ён тихонько хихикала в кулак. Старший полицейский с выражением «опять сумасшедший» посмотрел на напарника.

— Гляди, еще один такой же, как ты.

— Я не настолько двинутый, — огрызнулся младший.

— Короче, мы просто мимо проезжали. Это точно не ваши шуточки?

Хён Тэ отодвинул восторженного Джин Хо в сторону и заискивающе улыбнулся:

— Конечно, нет! Мы сами только вчера приехали, камеру поставили — и всё. Мы видео снимаем, а не клоунадой занимаемся.

— Ладно, верю. Только не задерживайтесь тут.

— Можно мы ночью еще поснимаем? А то сегодня всё сорвалось.

Разрешение у полиции спрашивать было странно, но раз гора заброшена, всем было плевать. Тем более, они назвали канал — вряд ли будут творить дичь на камеру.

— Валяйте. Если увидите кого подозрительного — сразу звоните.

Когда полицейские ушли, Хён Тэ облегченно выдохнул.

— Ну, плюс два подписчика в кармане.

— Они обещали подписаться?

— Нет. Но когда встречаешь ютубера вживую, всегда потом из любопытства заходишь глянуть. Ладно, идем поедим, а как стемнеет — вернемся. Джин Хо, хватай манатки.

*****

Вечер. Снова гора, снова установка камеры.

— А если кто-то опять её выключит? — спросила Со Ён.

Этот вопрос не на шутку встревожил Джин Хо и Хён Тэ.

— Ну, если этот гад сунется снова — получит по шее. Если есть мозги, не полезет.

Хён Тэ храбрился, но ему и самому было чертовски интересно, кто это сделал. С одной стороны, хотелось спокойной смены, с другой — поймать вредителя и проучить как следует.

— …Может, заночуем здесь?

— Че?!

— Х-хён Тэ, ты серьезно?

Со Ён и Джин Хо были в ужасе. Но Хён Тэ, учуявший запах хайпового контента, уже закусил удила.

— А че? Вдруг он снова придет? Время — деньги, я не хочу терять еще один день.

— Брат, я пас! Тут холодно и грязно.

— Тогда спи в машине. А мы с Джин Хо останемся.

— Э-э-э?!

Оператор отчаянно затряс головой.

— Ты че, против? — Хён Тэ сузил глаза.

— Н-нет… просто… а можно мне тоже в машине?

— Че-е? Ты щас реально сказал, что хочешь спать в одной тачке с моей девушкой?

— Нет! Я не то имел в виду!

— Будешь нести чушь — оставим тебя тут одного, а сами уедем.

В итоге Со Ён ушла к фургону, а Джин Хо и Хён Тэ пристроили свои пятые точки в местечке потише, защищенном от ветра.

Тишина. Зима, насекомых нет, лишь изредка вдалеке лаяла собака. Ветер завывал как-то особенно тоскливо. Двое парней, прижавшись плечами друг к другу от холода, следили за камерой, направленной на заброшенный дом.

Спустя время Джин Хо прошептал:

— П-первый раз ночую на улице после армии.

— Мы же на прошлых съемках кемпинговали.

— Так тогда палатка была! Почему нам нельзя палатку?

— Потому что в палатке мы бы уснули. А мы тут в засаде. Преступника ловим.

Джин Хо, которого колотила крупная дрожь, вдруг спросил:

— Ветер усиливается… Можно я в машину сбегаю?

— Ты че-то борзый стал. Прямо в лицо говоришь, что хочешь смыться?

— Да нет, я вспомнил, что грелки в салоне оставил. Принесу хоть.

— …

Идея с грелками была здравой. Хён Тэ приподнялся, и радостный Джин Хо тут же вскочил, отряхивая штаны от листьев.

— Я быстро!

— Слышь… ты же не знаешь, где они.

— Да найду как-нибудь! Не оставлять же тебя тут одного…

— А… а я?

Хён Тэ уже хотел было задавить напарника авторитетом, но, глядя на его несчастное лицо, притормозил. Весь день он его шпынял — если еще и сейчас не уступит, парень может и уволиться. А Джин Хо, при всей своей трусости, генерировал идеи для роликов как никто другой. Без него канал бы не вырос.

— Ладно. Цу-е-фа.

— Д-давай.

— Камень, ножницы, бумага!

— Бумага! Ура-а-а!

— Ай, бля… Ладно. Иди.

— Я мигом!

Джин Хо убежал за грелками, а Хён Тэ снова уселся на корточки. То ли от страха, то ли ужин попросился наружу, но ему приспичило.

— Сука… Нахрена я выпендривался.

Если преступник не придет — это будет просто эпичный провал и пустая трата времени.

Оглядевшись, Хён Тэ чуть поднялся выше по склону. Отойдя подальше, начал возиться с ширинкой. Пальцы от холода не слушались, перчатки были слишком толстыми, молния заедала.

Пока он боролся с джинсами, из темноты донеслось:

Шорх.

Он замер, вглядываясь в заросли. Зверь? Полицейский же говорил про диких животных. Впереди была непроглядная темень.

— Блин, стремновато.

Призраков он не боялся, а вот получить клыками в бок — вполне. Он продолжал сверлить глазами тьму.

— Это что, свет?

Сквозь переплетение ветвей пробивалось нечто яркое. В такое время в лесу нормальные люди не гуляют. Значит — это тот самый гад, который испортил им съемку. Хён Тэ почувствовал, как в нем закипает праведный гнев.

— Опять пришел гадить? Ну всё, ты попал.

Нужду пришлось отложить. Он спрятался за дерево и замер. Свет приближался. Странный какой-то. Не похож на фонарик. Фонарь дает луч, а тут — ровное сияние. Словно лампа или… факел?

— Кто в наше время с факелом…

Слова застряли в горле. Существо вышло на открытое место.

Это был огонь.

— А-а-а…

Никто не держал факел. Пламя полыхало прямо на плечах человека. Вместо головы.

И тут в памяти всплыли слова полицейского.

«Призрак с горящей башкой. Синее пламя».

Всё сошлось. Точь-в-точь как в ориентировке. Даже одежда и рост.

— Б-ля… бля… сука, бля…

Всю жизнь О Хён Тэ верил, что чертовщины не существует. Сейчас эта вера рассыпалась в прах, сменившись животным ужасом перед Неведомым. Пот градом покатился по спине, тело онемело, язык прирос к нёбу.

Запредельный страх разнес его психику в щепки. В голове помутилось.

— …Джин Хо? Д-джин Хо… Джин Хо… — позвал он шепотом, захлебываясь слезами.

Но напарник был слишком далеко, чтобы услышать этот детский плач.

Пш-ш-ш…

Сфинктер подвел — штаны внезапно стали горячими. Но стыд был последним, о чем он думал. Страх вытеснил всё.

Шшш!

Синее пламя на голове существа вдруг взметнулось вверх с новой силой. Огненный человек, не скрываясь, в упор смотрел прямо туда, где прятался Хён Тэ. От этого взгляда почудилось, будто земля уходит из-под ног.

Оно существовало.

Квейдам, призрак, аномалия.

Всё, над чем он смеялся, всё, что Джин Хо расписывал часами — оказалось правдой. И эта правда стояла прямо перед ним.

Космический ужас.

Самое древнее чувство человека — страх.

И самый глубокий, самый древний вид этого чувства — страх перед неведомым.