Сайренхед (1)

10 апреля.

Последнее время меня очень интересует такая вещь, как еда.

…….

Хотя, не было такого времени, чтобы она меня не интересовала. Но я понял, какую атмосферу она пыталась создать.

Ресторан в небоскребе. Место у окна. Стол, накрытый белой скатертью. При свете свечи на чистой тарелке я разглядывал идеально прожаренный стейк. Из него слегка проступала кровь, но пах он просто потрясающе.

Как ни жарь мясо, в итоге запах все равно будет умопомрачительным. С противоположной стороны стола ко мне приблизился бокал, наполненный красным вином.

— Как тебе—?

Женщина бокал протянула фужер, который выглядел почти один в один как ее собственная голова, и спросила мое впечатление.

— Что именно—?

— Атмосфера сейчас—.

— Хорошая—.

Я ответил честно. Вполне неплохо, атмосфера что надо. Вкусная еда, ароматное вино. И полночный небоскреб с видом на раскинувшийся внизу город.

Всё это создавало отличную обстановку. Но на этом, собственно, и всё.

Лично мне было бы гораздо уютнее и приятнее сидеть у себя в комнате на диване и смотреть телевизор.

— Я— специально сняла это место.

— А мы можем— снимать такие места?

— Раз уж родился гвои—, надо же уметь хотя бы внушать мысли?

И как ты это делаешь? Женщина бокал как раз принялась резать стейк.

Изящно, правильно дозируя усилия, она отрезала кусочек мяса, затем приблизила к нему свою голову-бокал и сделала вид, будто вдыхает аромат. При этом само мясо она есть не стала.

«Значит, резать надо вот так».

Я попробовал разрезать мясо похожим образом.

Странно. Мясо не резалось, а скорее превращалось в месиво.

— Не так—, нужно поставить лезвие вот под таким углом и резать.

Следуя совету Женщины бокала, я наклонил лезвие, и только тогда почувствовал, как нож пошел сквозь волокна. Насадив отрезанный кусок на вилку, я...

Поднес его к срезу шеи——.

— —Погоди. Не туда—.

Из-за того, что Женщина-бокал поспешно меня остановила, мне пришлось с досадой опустить мясо обратно.

— А куда тогда—?

— Мы, объектоголовые—, не можем есть пищу. Вместо этого мы наслаждаемся ароматом. Вот так—.

Женщина-бокал помахала рукой над блюдом, увлекая запах к себе. Я повторил за ней и тоже вдохнул аромат, но это совершенно не было похоже на процесс насыщения, так что я остался глубоко разочарован.

«Если всё так, то зачем вообще было городить всю эту атмосферу?»

Неужели это и есть инстинкт созданий, зовущихся женщинами? Когда они что-то едят или пробуют, им обязательно нужно, чтобы сопутствующая обстановка соответствовала моменту. Помнится, Со Ён Ын была как раз из таких.

Поскольку я не мог отправить еду в срез шеи, мне оставалось только уныло постукивать ложкой и вилкой. Заметив это, Женщина-бокал спросила:

— Не нравится—?

Не то чтобы не нравится. Просто когда всё ограничивается одной лишь атмосферой, остается ощущение пустой обертки.

— Ты так зациклен на самой еде—, но почему тебе плевать на атмосферу?

— Я— хочу есть. А не разыгрывать сцены—.

На мой угрюмый ответ из динамика Женщины-бокала донесся слабый, ритмично повторяющийся звук. Лишь спустя мгновение я понял, что это был смех.

— Ты никогда не думал, что это странно—?

— ……?

— Почему ты так— зациклен на человеческих повадках.

Подозрения у меня возникали, но я никогда не исследовал этот вопрос, чтобы докопаться до причин. Потому что хочется быть человеком, или потому что хочется затесаться в человеческое общество. Я просто списывал всё на это и не забивал себе голову.

— Все объектоголовые— по-своему зациклены на людях.

Я — на человеческой еде. Женщина-бокал — на человеческой атмосфере. Клинкоголовый зациклен на самих людях. Рычагоголовый, должно быть, зациклен на метро, где эти люди толпятся.

Каждый из нас в той или иной форме проявляет эту черту — зацикленность на человеке. Похоже, это общее свойство, возникающее у любого иного.

Тогда какова причина этой зацикленности——.

— —Всё из-за человечности.

Человечность. Это слово. Я его уже слышал. Помнится, Карманные Часы как-то вскользь упоминал об этом.

— Я не знаю, что такое человечность—.

— Вот сейчас я тебе и объясню

—. Как ты думаешь, в чем единственном может зародиться душа

—?

Само понятие души берет начало от людей, так что ответ тут очевиден.

— В человеке—.

— А в вещах

—?

— В вещах

—?

— Я имею в виду вот это—.

Женщина-бокал легонько постучала пальцем по собственной голове. Голова-бокал, в которой плескалось вино. Я всё еще не понимал, к чему она клонит, поэтому никак не отреагировал и продолжил буравить взглядом мясо.

— Может ли в неодушевленной вещи зародиться человечность

—?

Я хотел было предпринять еще одну попытку водрузить кусок стейка на срез шеи, но передумал. Этот разговор перестал быть обычной болтовней ради того, чтобы скоротать время, — от него повеяло чем-то, что затрагивало сами основы нашего происхождения.

— Существуют же аномалии-предметы

—.

— Это совсем другой случай

—.

Давай сейчас говорить исключительно с позиции объектоголовых

—.

— …… .

В таком случае в вещах никак не может быть души. Бывают, конечно, случаи, когда к предметам привязываются злые духи, но это происходит тогда, когда чья-то душа, скованная обидой или злобой, цепляется за объект. Я считаю, что это не то же самое, что зарождение внутри.

— Попробуй догадаться, почему наши головы — это вещи

—.

Ведь объектоголовым становится предмет, который существовал изначально. Тогда откуда берется человечность

—?

— Перенимается от людей

—?

— Именно

—. Сразу всё понял.

Перенимать человечность от людей?

— Знаешь, что такое транскрибирование

—?

Это когда ты вручную, слово в слово, переписываешь чужой текст

—.

Женщина-бокал перевела взгляд за окно. Огни города, ярко горевшие даже глубокой ночью. Она указала на бесчисленное множество людей там, внизу.

— Мы — существа, созданные по образу и подобию одного из тех бесчисленных людей внизу

—.

— Значит, природа, скопированная с человека, — это и есть то, что ты называешь человечностью

—.

— Верно

—.

— И пусть даже мы лишь копии—, раз наша природа человеческая, мы— зацикливаемся на человеческом образе жизни?

— В самую точку.

Значит, всему этому есть логическое объяснение. И тому, почему объектоголовые зациклены на людях, и тому, почему они сосредоточены на их имитации, и тому, почему они искренне верят, будто сами являются людьми.

Но если следовать этой логике, у нас есть один огромный, фундаментальный изъян.

— Но ведь у нас— нет души.

— … На данный момент всё именно так.

Прямо как роботы. Что будет, если в робота, у которого нет души, загрузить программное обеспечение с человеческим характером? Он останется машиной, но начнет имитировать человека.

— И что должен сделать предмет—, чтобы обрести человечность?

— А вот это нам еще только предстоит узнать, докопавшись до первоисточника. Мало кто из объектоголовых знает даже то, о чем мы сейчас говорим.

— Тогда позволь мне задать парадоксальный вопрос.

— Спрашивай что угодно.

— Если для того, чтобы стать такими как мы, в предмете должна зародиться человечность

—… может ли случиться так, что она не зародится?

На этот вопрос ответа не последовало. Она не знала? Или по какой-то причине предпочла промолчать? Из-за отсутствия лица невозможно было прочесть ее эмоции.

Спустя некоторое время она ответила со вздохом:

— Когда-то давно я видела нечто подобное.

— И как оно было?

— Жалкое зрелище.

Жалкое? Вино в ее голове-бокале заметно потемнело.

— Увидишь — сам поймешь.

Не такой атмосферы я хотел от этой встречи. Как раз в тот момент, когда я начал подумывать, что пора закругляться и расходиться, мой телефон звякнул, оповещая о входящем сообщении.

— У нас вообще-то свидание, ты почему не поставил беззвучный режим?

Так это было свидание? Я-то думал, мы просто решили вместе поужинать.

Извинившись, я включил экран. Обычные бытовые сообщения мне приходить не могли. Спам от страховых компаний — тем более. А значит, дело было важное.

[Экстренный вызов. Срочно ознакомься с содержимым]

[Видеозапись]

[Это доктор Чон Вон Чжун. Помнишь того доктора с шоколадками? На видео, которое я тебе скинул... это ведь один из ваших, из объектоголовых?]

Еще один объектоголовый? Это первый раз, когда доктор Чон Вон Чжун связался со мной напрямую, а не через Кан Тхэ Чжуна.

[Как ознакомишься, скину координаты. Район противовоздушных позиций к югу от гражданской линии контроля. Бюро подготовит вертолет. Жду тебя завтра.]

Ничего не понимая, я взглянул на Женщину-бокал. Обидевшись, она заставила вино отливать оранжевым оттенком. Однако то, что она замерла и не произносила ни слова, говорило о том, что она тоже сфокусировала зрение и читала текст в моем телефоне. Впрочем, пускай смотрит, какая разница. Все равно я бы не смог ей помешать.

«Если из-за этого возникнут проблемы, просто зачислим ее в следственный отдел по делам аномалий».

Не придавая этому особого значения, я нажал кнопку воспроизведения.

*****

— Кхм-кхм. Внимание по канцелярии. Внимание по канцелярии. В настоящее время запланирован визит командира батальона, в связи с чем всему личному составу срочно приступить к уборке казарменных помещений и закрепленных территорий. Повторяю...

В тихой и мирной части ни с того ни с сего объявили тревогу. Будто началась реальная боевая тревога, бойцы, до этого спокойно отдыхавшие в выходной день, с криками и шумом повскакали со своих мест и бросились врассыпную. Заправлявший в казарме сержант, который до этого мирно спал после обеда, прямо в шлепках прибежал в канцелярию и с порога спросил:

— Верность! Товарищ дежурный по части. Это правда, что командир батальона едет?

Дежурный офицер, обычно известный среди солдат своим мягким характером и ангельским терпением, сейчас наорал на него с дьявольским выражением лица:

— Ах ты щегол! Командир батальона едет, а ты в каком виде выперся!

— Виноват... Товарищ дежурный. Но зачем командиру батальона приспичило ехать сюда в выходной?

— А я откуда знаю?! Тут командир роты уже экстренно на службу мчится, у всех задница в мыле! Живо переоденься и марш на уборку!

Дежурный офицер хоть и суетился, но на самом деле лично ему делать было особо нечего. Закончив наводить порядок в канцелярии, он уставился в монитор камер наблюдения у КПП и принялся грызть ногти.

— Вот черт. Неужели это из-за вчерашнего рапорта командира второго взвода? Можно же было просто списать на то, что ему показалось... Зачем нужно было обязательно строчить рапорт наверх и устраивать этот дурдом?

Вскоре один за другим в часть примчались командир роты, старшина и главный сержант батальона. Похоже, выходной застал их в постели — волосы у всех были растрепаны, они на ходу поправляли форму и взволнованно ждали. И вот командир батальона прибыл.

— Эй! Командир зенитно-ракетной роты!

Вид у комбата был немногим лучше, чем у остальных. От его привычной вальяжности не осталось и следа, он был на взводе точно так же, как и командир роты.

— Майор Ким Чжон Ман!

— К черту звания! То, о чем вы вчера доложили! Где конкретно это место!

У ротного забегали глаза. Он оглянулся на старшину, а тот, у кого точно так же задрожали зрачки, уставился на дежурного по части. Дежурный с трясущейся челюстью поспешно бросился к монитору CCTV.

— Э-это... В общем, тогда видеозапись зафиксировала объект в районе внешних позиций...

— Твою ж налево!.. Нам что, придется тащиться прямо туда?

— Запись можно посмотреть и отсюда.

— Нет. Нужно осмотреть само место. Сука, делать нечего. Погнали! Командир роты, за мной.

— Есть!

В итоге командиру роты, которого в выходной день погнали за собой, пришлось подчиниться неизбежному. Сидя в армейском автомобиле, он осторожно спросил:

— Т-товарищ командир батальона. Если позволительно спросить, в чем причина такой спешки?

— Тот рапорт, что вы вчера накатали. Сказали, что наверху его увидели. Сказали, что сами лично приедут осмотреть место, поэтому я и примчался как ошпаренный.

— Н-наверху — это где?.. Неужели командир бригады?..

— …… .

Комбат на секунду потерял дар речи и свирепо уставился на ротного. Пошевелив губами в нерешительности, он покачал головой.

— Есть другое «наверх».

— А... Понял.

— Ха-а, блин. С той стороны еще ни разу никто так не дергался. Как мне их вообще встречать? Я сам их впервые в жизни увижу...

Переполненные тревогой и мрачными предчувствиями, они добрались до позиций.

Временная вертолетная площадка на окраине позиций, расположенная к югу от гражданской линии контроля. Срочно расчистив под нее небольшой плац, люди со вполне солидными армейскими званиями в сильном волнении ожидали прибытия гостя. Вскоре в чистом небе бесшумно показался военный вертолет. Когда машина плавно коснулась земли, из нее вышел человек, на котором не было ни генеральских звезд, ни строгого костюма чиновника — это был мужчина средних лет в самом обычном лабораторном халате.

— Что за... ?

Пока командир роты тихо бормотал слова недоумения, комбат уже шагнул вперед и пожал доку руку.

— Добро пожаловать, доктор Чон.

— И вам не хворать в выходной день, товарищ командир батальона.

Доктор Чон Вон Чжун. Сотрудник 1-го ранга Бюро по управлению сверхъестественным (SMB). Человек, обладающий весом не только внутри Бюро, но и имеющий определенное влияние в военных кругах. Он окинул взглядом растерянных военных и спросил:

— Я же, кажется, просил не собирать здесь толпу.

— Ах, ну всё-таки к нам прибывает гражданский специалист, мы не могли...

— Прошу вас сократить число присутствующих на месте до минимума, а личный состав на позициях взять под жесткий контроль.

— Слушаюсь. Для начала, вот здесь.

Пост наблюдения на позициях. Отсюда, под порывами пронизывающего до костей горного ветра, вся долина открывалась как на ладони.

Проволочное заграждение, натянутое вдоль ущелья, чтобы никто не мог перебраться на ту сторону или проникнуть извне. Чистая, широкая долина. Небольшой луг позади нее. Даже сейчас там бродили водяные олени и дикие кабаны — со стороны это место казалось вполне живописным пейзажем.

— Примерно вот в этой точке.

Комбат в сопровождении всего пары человек подошел к забору чуть ниже поста. Прямо перед ними с журчанием протекала горная речка.

— Лично я считаю, что бойцы просто обознались и приняли за монстра крупного кабана.

Комбат попытался вставить свое веское слово, но Чон Вон Чжун даже ухом не повел. Пристально осматривая окрестности, он достал телефон и запустил сохраненную запись с камер видеонаблюдения.

— …… .

Одновременно с этим он вытащил из кармана шоколадный батончик и отправил его в рот. В его глазах на мгновение вспыхнул яростный блеск — можно было подумать, что он жует не сладость, а какой-то мощный психостимулятор.

— Кабан, значит...

Экран записи CCTV показывал пространство за колючей проволокой. Однако из-за того, что камера была сфокусирована в основном на самом посте, а не на низине под склоном, разглядеть то, что требовалось, было крайне трудно.

— С нашей точки зрения было бы лучше, если бы всё так и оказалось.

На долю секунды в кадре CCTV то и дело мелькало что-то странное. Оно напоминало сирену, но его туловище выглядело неестественно массивным и неуклюжим.

На видео было снято, как дежуривший на посту рядовой спускается по склону. Спустя некоторое время он пулей взлетает обратно, хватает своего напарника, и они вдвоем снова спускаются вниз, после чего в ужасе, спотыкаясь, несутся назад на пост. Затем в кадре появляется фигура, похожая на командира взвода. Офицер спускается вместе с ними уже втроем, но в итоге возвращается, раздавая подчиненным затрещины. На этом запись обрывалась.

— Если это действительно «оно», то его, должно быть, унесло течением вниз по реке?

— Высокая вероятность, что так и есть.

На вопрос Чон Вон Чжуна ответил стоящий рядом с ним ассистент из исследовательской группы. Они двинулись вдоль русла, прикидывая, как далеко объект могло утащить водой.

— Нам докладывали, что у него нет ног и оно формой напоминает слайм. В таком случае оно было совершенно беспомощно перед течением.

— Чтобы идти вдоль реки, придется перелезть через заграждение.

— Где здесь проход в заборе?

Отыскав ворота в колючей проволоке, которыми обычно никто не пользовался, и перейдя на ту сторону, Чон Вон Чжун повернулся к комбату и отдал распоряжение. Гражданский доктор — целому командиру батальона.

— С текущего момента запретите всем бойцам любые патрулирования в этом районе.

— Что? Ну, при всем уважении, заходить так далеко...

— На этом мои любезности закончены.

Положив руку на плечо пытавшегося возразить комбата, Чон Вон Чжун свирепо уставился на него снизу вверх. Человек, который только что легкомысленно уплетал шоколадный батончик, сейчас казался абсолютно другой личностью.

— Если ваше звание не позволяет вам принимать приказы от гражданских, я могу организовать звонок от того, чьи приказы вы обсуждать не станете. Ну так что?

— … Я отдам приказ ограничить передвижение всех подразделений в округе за пределами их непосредственных постов. Что-то еще требуется?

— Больше ничего. Спасибо за содействие.

Улыбнувшись, Чон Вон Чжун сел в подготовленный внедорожник и машина помчалась вдоль ущелья. Спустя короткое время к поискам подключились вертолеты. Чон Вон Чжун нажал кнопку рации:

— Не сгоняйте сюда слишком много бортов. Еще немного вперед — и начнется демилитаризованная зона, северокорейцы могут занервничать.

— Надо же было неопознанному объекту объявиться именно в расположении воинской части.

— Если придется оглядываться на Северную Корею, с подавлением могут возникнуть проблемы.

Машина неслась уже приличное время, когда по рации с патрульного вертолета пришел экстренный доклад:

— Орлиный Глаз-6. Наблюдаю неопознанный объект.

— Координаты?

Если двигаться прямо отсюда вниз по течению ущелья, его можно обнаружить. Выжав газ до отказа, внедорожник вскоре затормозил у извилистого русла в низовьях реки, где оперативники наконец наткнулись на аномальное существо.

Предмет, который можно было принять за голову, представлял собой громкоговоритель сирены. А вот ниже спикера шло человеческое тело. По крайней мере, оно было бы человеческим, будь оно нормальным.

— Вы ведь говорили, что оно похоже на объектоголового?

— ⋯⋯ .

То, что только что выползло из реки на берег, «для начала» действительно состояло из человеческой плоти.

Ниже шеи располагался пупок. Ниже пупка сформировалась грудная клетка. По бокам торчали две руки, но из локтевых суставов росли новые ладони, а из пальцев этих ладоней зловеще свисали дополнительные предплечья. Там, где должны были быть ноги, от таза ответвлялись три конечности, причем одна из них безжизненно болталась, не выполняя никакой функции. Две оставшиеся ноги оканчивались сросшимися вместе ступнями и ладонями, на которые существо с трудом опиралось при ходьбе. Тварь пыталась идти, но постоянно заваливалась и ползла, а в районе, похожем на поясницу, у нее прямо на глазах пробивалась еще одна талия, формируя дополнительную ногу. Несмотря на попытки двигаться на трех конечностях, чудовище спустя пару шагов снова рухнуло на землю.

— Выглядит так, словно человека слепили наполовину.

— А по мне — так вылитый манекен, который собрали через задницу.

Этот монстр определенно был тем самым гвои, о котором говорилось в рапорте. Судя по сирене вместо головы, это была одна из разновидностей аномалий, но чтобы объект выглядел настолько хаотично и уродливо — такое они видели впервые.

— Хорошо, что я заранее вызвал Синее пламя. Сможем взять его живьем?

— Мы попробуем!

Оперативники начали быстро высаживаться прямо перед Сиреноголовым — такое временное имя получил объект. Наведя на него оружие, они открыли огонь.

Ту-ду-ду-ду-ду—

В то же мгновение, как резиновые пули впились в плоть Сиреноголового...

Из него, словно из пробитого водяного шара, фонтаном хлынула кровь. Пораженный этим Чон Вон Чжун тут же скомандовал прекратить огонь:

— Отставить стрельбу! Прекратить огонь! Вы что, боевыми палите?

— Никак нет! Это точно резиновые пули!

— У него запредельно мягкие ткани. Придется использовать сети.

Однако времени на смену оружия у них не осталось. Из рваных ран на теле Сиреноголового с жутким хрустом полезли сотни новых предплечий, которые в мгновение ока рванулись во все стороны, подобно взрыву.

Хруст! Треск!

— Ложись! — Укрыться за камнями!

К счастью, каменистый рельеф предоставлял массу естественных укрытий. Тем не менее, были и те, кого зацепило или утащило волной конечностей.

Двоих бойцов тварь схватила за головы и безжалостно затащила прямо внутрь своего уродливого туловища.

— А-а-а-а-аж! Кх-а-а-а-а-ах! — Спасите!

Человеческие тела на глазах плавились и впитывались в плоть Сиреноголового. И тут же начались метаморфозы.

У Сиреноголового начал прорастать нормальный позвоночник (правда, он не был покрыт кожей), а из нижней части вырвались многочисленные ноги, на которые он уверенно встал. Пусть вместо ступней у него всё еще росли ладони, а вместо пальцев торчали чужие предплечья, превращая его в порождение безумного хаоса, но теперь он твердо стоял на земле.

— О боже⋯

Ошарашенно пробормотав это, Чон Вон Чжун уставился на затылок сущности, который вытянулся уже до пяти метров в высоту.

— Электромагнитный излучатель готов?

— Да. Всё настроено.

— Врубай.

Динамики, установленные на каждом вертолете, одновременно сгенерировали направленный электромагнитный импульс высокой частоты прямо в сторону Сиреноголового.

Зв-в-в-в-в-ук—

В тот момент, когда высокочастотная волна накрыла Сиреноголового, из его динамиков лавиной посыпались полные боли человеческие вопли.

— А-а-а-а-ах

— Кх-а-а-а-а-ах—

— Спасите!

Это были голоса тех самых бойцов, которых только что поглотила тварь. Лица наблюдавших за этим оперативников потемнели от ярости, когда они услышали знакомые интонации.

— Ах ты сучий потрох… Как ты смеешь имитировать их голоса?

Среди выживших бойцов нарастала глухая, яростная волна ненависти к монстру.

У-у-у-у-у-у-у

— Пи-и-и

— Пи-и-и

Из репродукторов Сиреноголового раздался сигнал воздушной тревоги. Но его громкость была просто разрушительной——.

— Кх-х-х!

— А-а-а… Кх-а-а-ах……!

— Уши… Мои уши… Уши-и-и-и—!

Оглушительный грохот сотряс воздух, заставив его вибрировать. Тварь испускала тончайший высокочастотный ультразвук, губительный для человеческого организма. Находившиеся поблизости оперативники зажимали уши руками, полностью теряя боеспособность.

Сигнал тревоги, который играючи подавил излучаемые вертолетами волны, в один миг вывел из строя всю радиосвязь и электронику в округе, превратив приборы в бесполезный хлам.

Успешно отразив атаку, Сиреноголовый неторопливо зашагал прочь. Пошатываясь, он целенаправленно двинулся на юг.

Бойцы, укрывшиеся за валунами, харкали кровью, у многих она текла из ушей и носа. Они не могли даже подняться на ноги и просто ждали помощи.

Находившийся чуть дальше от эпицентра Чон Вон Чжун похлопал себя по ушам, пытаясь вернуть слух, и хрипло обратился к исследовательской группе:

— Второе подразделение… полностью деморализовано и выведено из строя. Захват провален.

Дрожащий от страха ассистент спешно вытащил блокнот и принялся фиксировать текущее время и детали произошедшего. Чон Вон Чжун проводил Сиреноголового налитыми кровью глазами.

— С этого момента всем выжившим оперативникам сосредоточиться на анализе траектории движения объекта под временным кодовым именем Сайренхед и поиске его уязвимостей. Подавление и ликвидация будут произведены только после прибытия Синего пламени. Конец связи.