Объектоголовый (4)

Ночь 1 марта.

Они приперлись снова. Словно заевшая пластинка: опять та же камера, нацеленная на руины заброшенного дома.

Но сегодня был нюанс — за объективом прятались двое. Я знал их имена, потому что с самого утра подслушивал их болтовню.

Здоровяк с лицом потомственного дегенерата — О Хён Тэ.

И щуплый, дерганый тип с видом вечной жертвы школьного буллинга — Джин Хо.

Видать, блогерство — это неизлечимый диагноз. Нужно обладать завидным упрямством или полным отсутствием инстинкта самосохранения, чтобы после вчерашнего снова лезть на рожон.

‘Ну почему вы такие приставучие? Сдохнуть не терпится?’

Хорошо, что я не стал ждать их внутри, а засел в засаде снаружи. Иначе опять оказался бы заперт в четырех стенах, гадая, когда этим клоунам надоест играть в охотников за привидениями.

‘Раз нам не о чем говорить, просто катитесь к черту.’

Единственное, чего я хотел — это нормального человеческого общения. Но вместо этого получил слежку и объектив в лицо. Когда в тебе с порога видят лишь экспонат из Кунсткамеры — это, знаете ли, утомляет.

‘Хотя эти дебилы, скорее всего, даже не понимают, на кого охотятся.’

Возвращаться в дом под их прицелом не хотелось. Нужно было что-то предпринять. Как заставить их убраться подобру-поздорову?

‘Напугать?’

Классика. Самый эффективный метод. Но как именно?

Я осмотрелся в поисках «реквизита». Мое восприятие засекло змею — она забилась в расщелину между камнями неподалеку. Видимо, еще не отошла от зимней спячки.

‘Нет, совесть не позволяет.’

Даже если это всего лишь чешуйчатый гад, прерывать его сладкий сон ради этих двоих — это уже за гранью моей морали. Я сам страдаю от того, что в мою жизнь бесцеремонно вторглись, так зачем мне уподобляться этим типам и тревожить покой змеи? В конце концов, змея полезнее блогера: она хотя бы не снимает вертикальные видео.

‘Тогда просто кину камень. Пусть пошумит.’

Старый добрый метод. Я уже потянулся за подходящим булыжником, как вдруг...

Гр-р-р-р...

Воздух стал липким. Потянуло могильным холодом.

Вшу-у-у-ух!

Ветер резко переменился. Атмосфера в лесу исказилась в одно мгновение. Вместе с порывами воздуха сюда неслись они. Злые духи.

‘Опять? Сегодня у них что, акция «приведи четырех друзей»?’

Вчера был всего один, но сейчас я чувствовал пятерых. С чего бы такой ажиотаж? Самоубийц поблизости не наблюдалось.

‘А, дело в нем.’

Один из съемочной группы. О Хён Тэ. От него буквально несло духовной помойкой.

Черная аура окутывает не только тех, кто решил примерить пеньковый галстук. Она липнет к людям с гнилой душой. Знаете таких? Рядом с ними физически неприятно находиться, будто стоишь рядом с открытым мусорным контейнером в тридцатиградусную жару.

Такие люди — идеальный шведский стол для нечисти.

‘Будут проблемы.’

Над головой Хён Тэ уже кружили твари, принимая жуткие очертания. Свободного места на его энергетической туше почти не осталось — духи облепили его, как жирные мухи кусок несвежего мяса.

— Хи-хи-хи...

— Сдохни, сдохни, сдохни...

— Мама-а-а-а! Мамочка!

— Спаси меня, спаси...

Вокруг Хён Тэ стоял невыносимый гул. Стенания и проклятия сливались в безумный хор. Если оставить его в таком состоянии, завтра он разве что в некрологе снимется.

‘И надо же было с такой «свитой» переться по заброшкам. Слабоумие и отвага в одном флаконе.’

Я уже хотел было мысленно сплюнуть от отвращения, как вдруг...

— А-а-а-а-а!

— Беги! Беги!

— Оно идет! Оно здесь!

Мелкие духи заволновались. Те, что кружили над Хён Тэ, в ужасе бросились врассыпную.

Я не успел осознать перемену, как мимо меня проскользнуло нечто огромное. Гигантская хрень, похожая на ожившее болото. Тело из вязкой, гнилостной жижи медленно волочилось по земле, источая такое амбре, будто в этом лесу сдохло всё живое одновременно.

‘Это уже не просто мелкая пакость.’

Этот экземпляр явно перерос стадию обычного духа. Древняя тварь, веками впитывавшая эманации смерти и дерьма. Она раздулась от накопленной скверны, превратившись в бесформенное чудовище.

‘Уродство.’

Гнилая тварь, пошатываясь и размахивая студенистыми отростками, направилась вниз по склону.

Съемочная группа пришла в движение. Похоже, они сыграли в «камень-ножницы-бумага» на право остаться в живых: Джин Хо пошел вниз, а Хён Тэ внезапно начал подниматься прямо навстречу чудовищу.

‘Идиот! Куда ты прешь? Оно идет прямо на тебя! Смерть пахнет как сточная канава, а ты даже носом не поведешь?’

Я мог орать сколько угодно — он меня не слышал. И уж тем более он не видел того, что видел я.

Тварь ускорилась. Несмотря на свою неуклюжесть, она настигнет Хён Тэ, если тот не бросится наутек. Но как бежать от того, чего не видишь?

‘Если эта дрянь в него вцепится, от парня останутся только воспоминания и пара грязных носков.’

Он мне не нравился, но смотреть, как его пожирают заживо, я не собирался. Эстетика не та.

Я двинулся наперерез.

Топ... топ...

Я специально пошел тяжелее. О Хён Тэ вздрогнул и замер. Он щурился, пытаясь разобрать мой силуэт в темноте. Чтобы облегчить ему задачу, я заставил пламя на месте головы вспыхнуть ярче.

— А... а-а-а...

Реакция была предсказуемой. Хён Тэ побледнел так, что стал похож на лист офисной бумаги. Страх парализовал его, выжигая остатки серого вещества.

— ...Джин Хо? Джин Хо! Помоги!

Он отчаянно звал напарника, но голос сорвался на хрип. Я приближался, нагнетая жуть, но внезапно понял: мой план — дерьмо.

‘Почему ты не бежишь, кретин?!’

Я хотел спугнуть его, но он просто оцепенел. Запредельный ужас выбил пробки в его голове.

‘Черт возьми.’

Присмотревшись, я понял причину. Лодыжки Хён Тэ были опутаны вязкой субстанцией. Гнилая тварь выпустила свои щупальца, намертво пригвоздив жертву к месту.

‘Еще и со способностями? Прямо босс из дешевой РПГ.’

Пришлось менять тактику. Я прошел мимо медлительного чудовища и вплотную приблизился к Хён Тэ. Тот смотрел на меня снизу вверх с выражением лица человека, который только что осознал, что умрет.

Синий свет моего пламени озарил его физиономию. Челюсть парня дрожала, из глаз катились слезы, а по подбородку текла слюна. Психика блогера приказала долго жить.

‘Если я надавлю еще немного, он просто превратится в овощ. А у меня нет желания за ним ухаживать.’

Неужели люди такие хрупкие? Жалкое зрелище. Неудивительно, что всякая дрянь липнет к ним, как к бесплатному вай-фаю.

‘Уходи.’

Я произнес это, но звука не было. Моя воля не достигала его ушей. Как мне достучаться до этого куска перепуганного мяса?

‘Вон отсюда!’

Я вложил в этот приказ всю свою ярость, и пламя на голове взвилось яростным столбом.

— Хы-ы-ык! — икнул Хён Тэ, но ноги его по-прежнему были припаркованы в гнилой жиже.

Пришлось прибегнуть к международному языку жестов. Я вытянул руку, указывая вниз, к подножию горы.

— А... а-а?

Словно лишившись дара речи, он проследил за моим жестом. Посмотрел в сторону спуска, потом снова на меня.

— П-простите... Пожалуйста, простите! Я больше не приду! Клянусь, я больше никогда не буду нести чушь про то, что мистики нет!

Он зарыдал в голос, как ребенок, размазывая сопли по лицу.

— Пожалуйста... просто оставьте меня в живых...

Я едва не усмехнулся.

‘Так я и пытаюсь тебя спасти, гений. Проваливай уже, пока из тебя не сделали пюре.’

Неужели мне придется тащить его на себе до самой трассы? Бесплатный трансфер в мои обязанности не входит. И тут...

— У-а-а-а-а!

Кто-то с диким криком бежал вверх по тропе. Как и ожидалось — Джин Хо.

— Хён Тэ!

— Сюда! Иди ко мне! Скорее!

Присутствие друга подействовало на Хён Тэ как удар током. Он рванулся с места, с характерным звуком выдирая ноги из липких пут гнилой твари.

Но радоваться было рано. Вместо того чтобы бежать без оглядки, эти двое замерли передо мной. Джин Хо трясся не меньше напарника, но оказался чуть более вменяемым. Он вдруг выставил что-то передо мной.

— П-пожалуйста..! Если ты тот самый Объектоголовый из легенд... прошу!

Зеркало. Обычное маленькое зеркальце.

В его отражении я увидел себя: одинокий синий костер в пустоте между плеч. Я невольно протянул руку и взял подарок.

— А-а-а! Он дотронулся!

— Мамочки-и-и!

Оба повалились на землю, будто у них подкосились сваи. Но мне было не до них. Я смотрел в зеркало.

‘Я уже видел себя на записи...’

Но вживую все ощущалось иначе.

Лица не было. На месте головы — лишь танцующий сгусток энергии. Шея обрывалась ровным, хирургическим срезом.

‘Я — не человек. Официально.’

В глубине души я еще надеялся, что это просто неудачный грим. Но зеркало не лгало. Кто я? Продукт секретной лаборатории или результат чьей-то больной фантазии?

— С-слышь, Джин Хо... Т-ты зачем зеркало отдал? Это же зеркальце Со Ён! Она нас прибьет!

— П-подожди... В легендах... в городских легендах говорят, что Объектоголовые считают себя людьми... Зеркало должно... должно показать им истину. Чтобы они осознали себя.

— А если он от этой истины нам головы оторвет?!

— В историях сказано... что адекватные Объектоголовые... помогают... Поможет же, да? Ну пожалуйста!

— Твою мать, ты и твой окультный фетишизм!

— Но в интернете так написано!

Я опустил зеркало. Эти двое икали от страха, а я кожей чувствовал приближение гнилого чудовища. Время вышло.

‘Вон.’

Я властно указал на спуск. Парни переглянулись.

— Он опять это делает. Ч-что это значит?

— Не знаю... Наверное, посылает нас на хер... то есть, просит уйти?

Я раздраженно повторил жест.

— Да! Точно! Он нас выгоняет!

— Пошли... Пошли быстрее, Хён Тэ, вставай, мешок с костями!

Они неуклюже поднялись и начали пятиться. Наконец-то дошло. Джин Хо оказался куда сообразительнее своего жирного друга.

‘Хотелось бы поболтать, но...’

Обстоятельства не располагали к светской беседе за чашкой чая.

Хрясь!

— Кх-а!

— Хён Тэ!

Здоровяк снова шлепнулся на землю.

— Да что с тобой, корова ты неповоротливая?! Мы же почти ушли!

— М-меня кто-то схватил за ногу... реально...

— Вставай быстро! Бежим!

— Эй!

Хён Тэ вцепился в куртку Джин Хо. Его лицо снова превратилось в маску первобытного ужаса.

— Нога! Нога! Нога!

— Что с ней?! Там только грязь!

— Оно меня тащит! Оно меня жрет!

Тащит?

Я увидел, как гнилая тварь пошла в ва-банк. Ее вязкая масса плотным кольцом обвила лодыжку Хён Тэ.

Бульк...

С отвратительным звуком, похожим на работу вантуза, тварь потянула добычу на себя.

С-с-с-кр...

Тяжелая туша Хён Тэ поползла по земле, оставляя борозды. Джин Хо вцепился в него мертвой хваткой, но его веса не хватало. Их обоих затягивало в темноту.

— А-а-а-а-а!

— Не отпускай! Не бросай меня! Спаси!

Джин Хо пытался зацепиться за дерево, но тщетно. Тварь была сильнее. В отчаянии он закричал, глядя на меня:

— Помогите!

Этот крик... в нем было что-то, что заставило меня содрогнуться.

— Помогите-е-е! Пожалуйста! Я же дал тебе зеркало! Считай это предоплатой!

‘Раз ты так просишь...’

Я рванулся с места. Не к людям, а прямо к чудовищу. Пламя на моей голове взревело, заливая лес ядовито-синим светом.

Шшш!

Тварь содрогнулась. Она попыталась ударить меня своими отростками, но я сам бросился в гущу этой липкой массы.

Ф-ф-ф-ы-ы-ы!

Огонь перекинулся на него мгновенно. Синее пламя пожирало гниль с аппетитом голодного студента.

— Кх-у-у-у-о-о-о!

Раздался глухой, утробный рев. Блогеры завороженно наблюдали за тем, как пылает невидимый для них кошмар.

Х-р-р-р-р...

Я начал втягивать в себя гнилого духа. Он был огромным, и процесс затянулся. Но как только пламя касалось его — он становился моей пищей.

Вкус был... специфический. Словно я жую протухшую селедку, вымоченную в бензине. Меня едва не вывернуло, хотя тошнить было нечем — чисто физиологический казус.

‘Какая же дрянь. В следующий раз спасаю только веганов.’

Зато внутри разлилось приятное чувство сытости. Придя в себя, я снова посмотрел на парочку, которая все еще хлопала глазами.

‘Вон!’

Это было последнее китайское предупреждение. Я указал на дорогу так красноречиво, что они кубарем покатились вниз по склону.

Убедившись, что они скрылись, я вернулся к заброшенному дому. На земле лежала их камера.

‘Мне она ни к чему. Я не фотогеничен.’

Стоило мне захотеть, и пластик вспыхнул. Камера зашипела, заискрилась и превратилась в бесформенную лужицу.

Я зашел в дом, прислонился к стене и вытащил из кармана зеркальце.

Синее пламя. Пустота вместо лица.

‘Кто же я такой?’

В голове всплыли слова Джин Хо:

«Если ты тот самый Объектоголовый... В интернете так написано!»

‘Значит, я не один? Есть и другие такие же... ошибки природы?’

— А-а-а-а-а!

— У-у-а-а-а!

Хён Тэ и Джин Хо буквально всосались в машину. Со Ён, которая мирно дремала на заднем сиденье, подскочила так, что чуть не пробила крышу.

— Господи! Вы чего?! Вас там насиловали, что ли?

— Погнали! Жми на все педали! Быстрее!

Джин Хо рванул с места так, что машина со стоном зацепила ограждение. Раздался скрежет металла, но парням было абсолютно плевать на страховку.

— Да что с вами? Будто призрака увидели!

— «Будто»?! Да мы его и видели! Он нам чуть задницы не поджарил!

О Хён Тэ орал так, что у него вздулись жилы на шее. Со Ён притихла, испуганно глядя на них.

— Что там было на самом деле?

— Объектоголовый! — выпалил Джин Хо. — Настоящий мутант из тех городских легенд!

Со Ён нахмурилась. Звучало как бред сумасшедшего. Уж лучше бы сказали, что видели обычного призрака.

— И как он выглядел?

— Высокий! Без головы! А вместо нее — синий огонь! Прямо как конфорка, только страшнее!

— Прямо сказки какие-то. А ну, разворачивайся, я тоже хочу глянуть. Может, селфи сделаю.

— Нет!

— Даже не думай!

Оба рявкнули в унисон. Джин Хо немного пришел в себя только через пару километров.

— Черт! Камеру там оставили! Пятьдесят штук как корова языком слизнула...

— Плевать. Жизнь дороже. Хотя за камеру обидно, — буркнул Хён Тэ.

Он забился в угол сиденья, подтянув колени к подбородку.

— Брат? Ты что, плачешь?

— Оставь его, Со Ён. Честно говоря, я бы тоже порыдал, если бы руки от руля не тряслись.

— Понятно... Но почему в машине пахнет так, будто здесь открыли общественный туалет? Братишка, ты что, обделался?

— ...

Хён Тэ молча перелез на задний ряд, чтобы сменить штаны в тишине. В салоне повисла неловкая пауза.

— Не верится, что городские легенды реальны... — вздохнул он.

— Я сам впервые увидел такую чертовщину вживую, — поддержал его Джин Хо.

Блогерская жилка, однако, оказалась живучее здравого смысла.

— Слушай, Джин Хо... Надо взять отпуск. Но если бы мы это сняли... Миллион просмотров? Да какой миллион, это же мировой эксклюзив!

— Хм...

— Эй, Хён Тэ.

— Чего тебе, штаны помогать застегивать?

— Загляни ко мне в карман. Аккуратно.

— В карман?

Хён Тэ вытащил телефон Джин Хо, который едва не вывалился из его широких штанов.

— Смени брюки, потеряешь же... — начал он и вдруг осекся. — Твою мать! Джин Хо, ты гениальный ублюдок!

— Что там? — оживилась Со Ён.

— Этот псих... он всё это время записывал! Телефон торчал камерой наружу из кармана! Офигеть... Джин Хо, ну ты и маньяк!

— Ха... ха-ха...

Джин Хо смущенно улыбнулся, направляя машину к огням города.

— Ну-ка, посмотрим. Это же просто золотая жила!

— Какое золото? Это сенсация! За это нас либо расстреляют, либо озолотят!

Они открыли видео. Картинка дергалась, заваливалась, периодически в кадр попадали чьи-то ботинки и грязь, но главное было там.

Объектоголовый. Существо из иного мира во всей своей жуткой красе. Синее пламя горело так отчетливо, что казалось качественным CGI.

— Невероятно... Смотри, Со Ён!

— Это... это правда? Не нейросеть? Вы меня не разыгрываете, чтобы я потом в ролике дурой выглядела?

— Какой разыгрываем! Я чуть концы не отдал! Ты мои штаны видела?! Это тебе не спецэффекты!

Со Ён вглядывалась в экран. Фигура с огнем вместо головы выглядела настолько реально, что в машине стало физически холоднее.

— И это... правда существует? Прямо здесь, у нас под боком?

— Со Ён. Городские легенды — это не просто сказки для детей. Это предупреждение.

Слышать такое от скептика Хён Тэ было пугающе. Джин Хо довольно улыбнулся.

— Как вернемся — сразу в монтаж. Нет, выложим без склеек, одним куском. Чтобы никто не вякнул про монтаж.

— Хён Тэ, но там же видно, как ты рыдаешь и просишь пощады у монстра. Тебе норм? Репутация крутого парня — всё?

— Плевать! За десять миллионов просмотров я готов хоть в прямом эфире... кхм. Это будет бомба! Заголовок бахнем такой: «ШОК! ПЕРВОЕ В МИРЕ ВИДЕО ОБЪЕКТГОЛОВОГО! МЫ ЧУТЬ НЕ СДОХЛИ!»

— И на превью его рожу... то есть, пламя. На весь экран.

— Да! Ох, подписки взлетят до небес! Не зря я чуть инфаркт не схватил.

Пять минут назад он рыдал от ужаса, а теперь сиял, как начищенный грош. Хён Тэ откинулся на спинку сиденья и прикрыл глаза.

— Мир — это большая помойка с кучей секретов, Джин Хо.

— Точно. Похоже, все эти истории в интернете про аномалии — чистая правда.

Джин Хо радовался, но в глубине души зашевелилось беспокойство. Если все легенды правдивы...

Значит, байки о Бюро по управлению сверхъестественным тоже не выдумка? И если такая контора существует, вряд ли им понравится, что парочка идиотов выложит их главный секрет на YouTube.