Аномалии (3)

10 марта, ночь.

Машина скорой помощи прорезает ночную тишину города.

Она несется так, словно спешит на экстренный вызов, но на ней подозрительно не включены сирены. Превышая скорость в абсолютном безмолвии, автомобиль плавно припарковался у обочины.

Водитель и санитары замерли. Они сидят неподвижно, словно восковые манекены.

Но дело не только в этом.

Их лица неестественно бледны, будто густо покрыты белилами. Рты растянуты в чудовищных оскалах до самых скул, а огромные, нечеловеческие глаза смотрят только прямо перед собой.

Спустя мгновение задняя дверь открылась.

Двое санитаров — существа с искаженными чертами — вышли из машины и направились в ближайшее здание.

Прошло около десяти минут.

Они вышли, неся на носилках женщину. Та лежала неподвижно, с закрытыми глазами — то ли в обмороке, то ли в глубоком сне. Носилки задвинули в машину, двери захлопнулись.

Двигатель взревел. Развернувшись, скорая направилась в сторону больницы.

Я вышел из переулка и проводил взглядом удаляющиеся огни.

«Мало того что вломились в чужой дом, так еще и похитили человека».

В Корее двадцать первого века — и такое дерзкое, наглое похищение. И совершили его не работорговцы, а нечисть.

«Точнее, не совсем нечисть».

Скорее, низшие формы жизни. Ни люди, ни души — лишь осколки аномалии, отколовшиеся от основного тела. Марионетки, которыми злые духи помыкают по своему усмотрению.

«По какому критерию они выбирают жертв?»

Что ими движет? Внешне я не заметил никаких особых условий.

Они проверяют историю болезни? Психиатрические записи? Или ищут тех, чье физическое состояние требует медицинского вмешательства?

«А может, условий и вовсе нет».

Никакой логики. Просто кому-то не повезло стать целью.

Впрочем, сейчас это не то, на чем мне стоит сосредотачиваться.

«В погоню».

Я сорвался с места. На скорости, которую человеческий глаз не способен осознать, я пристроился за скорой, ни в чем не уступая ей в темпе.

Машина вошла в поворот и направилась к въезду в больницу. Перевалив через «лежачего полицейского», она уткнулась носом в главные ворота.

Гр-р-р-у-у-у...

Темная энергия, исходящая от здания, окутала автомобиль, словно в объятиях. Машина исчезла, свернув не к приемному покою, а к задней парковке.

«Оно и понятно».

Это не пациент, а похищенный человек. Зачем им парадный вход? Проще завезти со двора и приступить к своим целям.

Я уже собирался последовать за ними, как вдруг...

Гр-р-р-у-у-у-у...

Мрак больницы пришел в движение. Яростная реакция — словно попытка отвергнуть мое присутствие.

«Мы же одной крови. Чего ты так? Боишься меня?»

Аномалия, которая боится другую Аномалию. Не знаю, что за сущность затаилась в этой больнице, но она определенно меня опасается. Однако физической силы у нее, похоже, нет. Помешать мне войти она не в состоянии.

«Давай поговорим по-хорошему. У меня к тебе слишком много вопросов».

Я обогнул лобби и вышел к задней парковке. Она была перекрыта рольставнями, но одна из них была поднята. Внутри стояла та самая скорая. Водитель наблюдал, как двое санитаров снимают носилки. Я подошел к ним со спины.

Трое санитаров не проронили ни слова за все время. Само понятие «диалог» для них отсутствовало. С застывшими масками на лицах они начали спускаться в подвал.

Обычно в подвалах располагаются хозблоки или лаборатории. Иногда — морги. В этом здании, похоже, было нечто иное.

«Мерзкое ощущение».

Хорошо, что я не человек. Будь я им, эта липкая, гнилая атмосфера уже отравила бы мой разум. Галлюцинации, психоз и полная потеря сознания в финале.

«Словно в пасть к монстру лезу».

Подземный переход — это глотка. Зловоние аномалии — запах из пасти.

Пройдя вглубь, я обнаружил дверь, похожую на вход в морг. Санитары скрылись за ней.

«Почему здесь так шумно внутри?»

Там что-то есть. Много чего. Из-за густой ауры больницы чувства притупляются, я не могу четко просканировать помещение.

Щелк.

Стоило мне открыть дверь, как резкий запах химикатов едва не парализовал обоняние. Перед глазами предстала жуткая картина.

Просторная зала. Вдоль стен ровными рядами стоят металлические столы. На них — обнаженные мужчины и женщины. В обмороке они или мертвы — не разобрать, все лежат неподвижно в идеально ровных позах.

«Неужели все эти люди — пропавшие без вести?»

В одном городе не может быть столько исчезновений разом. Полиция бы уже подняла все силы и начала масштабную зачистку. Значит, их похищали по всей стране, по крупицам.

Лязг.

Звук столкновения. В глубине комнаты на меня уставились те самые санитары. Они смотрели на меня с застывшими лицами, но воли к бою в них не было.

Они в ужасе. Инстинктивно поняли, что я — угроза.

«Нам нужно поговорить».

Я передал это жестом. Не знаю, поняли ли они, но они начали медленно пятиться.

«Иначе я вас поглощу».

Не успел я закончить мысль, как один из санитаров бросился бежать. Я уже считал его намерения и просто пожелал ему сгореть.

Вспышка!

— А-а-а-а-гх!

Не успев сделать и нескольких шагов, он забился в агонии, охваченный пламенем. Затем я распылил искры своего огня по всей комнате. Синее пламя окружило оставшихся санитаров, не давая им пошевелиться, при этом не задевая столы с людьми.

— А-а-а! Гх-а-а-а!

Еще один санитар в панике дернулся и был мгновенно сожран огнем. Последний оставшийся внезапно преобразился: его «масочное» лицо исказилось в гримасе ярости.

«Надеюсь, ты не будешь делать глупостей».

Тщетно. Он и не думал сотрудничать. Не имея ни капли привязанности к жизни, санитар просто шагнул в огонь. От него не было даже крика. Он лишь мгновенно превратился в обугленный остов и рухнул.

«Надо же, какая верность для марионетки без самосознания».

Трогательная преданность делу для существа, созданного из ошметков аномалии.

Вшу-у-ух...

Вместе с пламенем я впитал и их останки. Удивительно, но на вкус они были не как помои, а как едкий коктейль из химии и дурмана. Не то чтобы это было вкусно — скорее, новый уровень отвратительного вкуса.

«Люди...»

Я подошел к ближайшему столу. Проверил пульс, дыхание.

Они живы. Похоже, их накачали препаратами.

Однако были и те, кто не дышал. Те, кто уже остыл.

«Этот совсем старый».

Среди мертвых процент пожилых был выше. Этого мало для доказательства, но интуиция подсказывала: их не похищали, они были пациентами этой больницы.

«Значит, нечисть не брезгует и пациентами».

Но была одна странность. У большинства мертвецов я обнаружил одинаковый след.

Длинный хирургический надрез от центра груди вниз по ребрам и животу. Зашито умело, но сам рубец выглядит зловеще. Я положил руку на один из животов.

«Органы на месте. Но они либо растворены, либо иссушены».

Химия сделала свое дело. Это не медицина, это вскрытие для экспериментов.

«Безумец».

Место для хранения мертвецов и тех, кому суждено умереть. Вот что такое этот подвал. Выйдя наружу, я нашел эвакуационную лестницу и начал подниматься.

Кем бы ни был этот дух, судя по его следам, он не руководствуется здравым смыслом. Он опасен. Предельно. Разговоры в сторону — его нужно сжигать сразу при встрече.

Топ-топ-топ.

Сверху послышались торопливые шаги. Врач? Я почувствовал мужчину в белом халате.

«Врач в больнице — что тут удивительного?»

Но стоило мне подняться выше...

Гр-р-р-у-у-у...

Больница снова выдохнула мрак. Энергия поглощала людей внутри, скрывая их. Лишь вокруг меня стояла тишина. Кажется, меня одного эта аура пытается не проглотить, а выплюнуть.

«Меня игнорировать — только расстраивать».

Игнорируя попытки пространства вытолкнуть меня, я буквально вклинился в него. Та же больница, но совершенно иное измерение. Призрачный мир, созданный местной аномалией.

«Так вот где ты прятался».

Та самая пустота, которую я не мог прощупать снаружи. Здесь скрывался не только хозяин, но и несколько выживших людей. Поднявшись на шестой этаж, я замер. Тот «врач» застрял в этом же пространстве.

«...?»

Я открыл дверь шестого этажа и пошел по коридору. Полумрак. Лишь у дверей палат тускло мерцают ночники, да ярко горит пост дежурной медсестры. Там, помимо «врача», была еще одна сущность. Стоило мне приблизиться, как медсестра с таким же «белым» лицом преградила мне путь.

— Вам сюда нельзя! Вы представляете угрозу для пациентов! Немедленно уходите!

Какая наглость со стороны тех, кто запирает и убивает этих самых пациентов. Не видя смысла слушать дальше, я пустил в ход огонь.

Вспышка!

— А-а-а-а-а!

Обугленный труп рухнул на пол. Я поглотил и его.

Цок-цок.

Я подошел к посту и взглянул на мужчину, который застыл в нерешительности.

Небритый, с темными кругами под глазами. Выглядит жалко, но халат на нем идеально чистый.

«Он не врач».

При ближайшем рассмотрении — подделка. Слишком измученный вид для доктора.

«Надеюсь, он не будет путаться под ногами».

Судя по упрямому выражению лица, сидеть на месте он не станет. Собеседник из него тоже вряд ли выйдет. Я решил его проигнорировать.

Оставив мужчину позади, я пошел дальше по коридору, но внезапно...

«...Хм?»

Снаружи, на границе этого мира, что-то создавало трещины. Пока небольшие, но через них пробивались следы реальности.

Там, в ночи, было много сущностей. И они что-то затевали.

*****

[Глазами Пак Чжон Со]

Стеклянным взглядом он уставился в монитор на посту. В нем еще жила крохотная надежда увидеть имя жены в списке пациентов. Но чем дольше он смотрел, тем бледнее становилось его лицо.

— Твою мать... сука, сука. Все пропавшие — они все здесь.

Как бывший репортер, он помнил имена нескольких разыскиваемых, чьи дела изучал, пока искал жену. Все они были в этом списке. К горлу подкатила тошнота. Его трясло. Он вытер пот со лба, но во рту стоял кислый привкус желудочного сока.

— Я был прав. Черт возьми, эти аномалии — правда.

Разве это не детские страшилки? Конечно, он пробрался сюда именно из-за слухов, но столкновение с фактами выбило почву из-под ног. Мир, который он знал, оказался ложью. Здравый смысл рассыпался, нанося мощнейший удар по психике.

— Нет времени на это.

Жена. Нужно найти её. Ли Йе Ын. Он вгрызся глазами в строчки, проверяя палату за палатой.

И тут он наткнулся на странную пометку. Рядом с некоторыми именами значилось дополнение:

— «Запланирована операция» — это понятно. Но что значит «Запланировано сожжение»?

Сожжение? В смысле — кремация заживо?

— Сожжение?..

Пак Чжон Со, чувствуя, как кровь отливает от лица, начал просматривать список с удесятеренной энергией. Спустя вечность...

— Эй, извините...

— А-а-а-а!

— Ува-а-а!

— Ох!

От внезапного голоса он повалился на пол. Двое парней перед стойкой тоже отлетели в сторону. Пак Чжон Со вскочил и, убедившись, что у этих двоих нет белого грима и жутких лиц, с облегчением выдохнул. А следом пришло раздражение.

— Ах вы ублюдки! Вы кто такие?!

— Зачем... зачем вы ругаетесь?

— Напугали до смерти! Хоть бы шаги издавали!

— Мы боялись, что та странная медсестра еще где-то рядом, вот и тихарились...

Они тоже ее видели? Видимо, чудом спаслись. Пак Чжон Со, немного успокоившись, понял, что он на грани срыва. Нужно взять себя в руки. Он вытер пот и извинился.

— Простите. Я сам не свой сейчас.

— Да ничего... А что вы делаете?

— Я?

Он мельком глянул на монитор, затем на парней. Лица знакомые. Где-то он их видел.

— Ищу человека.

— Понятно...

— Вы пациенты?

— Нет.

— А, нет! Да, мы пациенты!

Один ляпнул «нет», другой тут же поправил. Начали перешептываться между собой: «Зачем врешь? Нельзя ему доверять». Пак Чжон Со вспомнил, где их видел — они заходили в больницу еще днем.

— Хватит врать, я вас видел. Как вы сюда попали?

Парни переглянулись и, вздохнув, признались:

— Мы из оккультного клуба. Ходим по местам из легенд, делаем снимки призраков.

— Есть и такие? Впервые слышу.

— Группа маленькая... Хотя сайт у нас довольно популярный.

Почесывая нос, один из них продолжил:

— Слышали, что про эту больницу ходят слухи, пришли за контентом, и вот... застряли.

— Почти как я.

— Да? А! Вы говорили, ищете кого-то. Семья пропавшего?..

— Да. Вы знаете кого-нибудь по имени Ли Йе Ын?

Оба синхронно мотнули головами. Пак Чжон Со тяжело вздохнул и представился:

— Меня зовут Пак Чжон Со. Я репортер. Пробрался сюда за женой и попал в эту чертовщину.

— Я Ким Хён Су, а это Ким Чжон Хён. Мы просто студенты. Хоть и в клубе, но только теорию знаем.

— Ясно.

Пак Чжон Со отвечал невпопад, пока его взгляд не приковало к строчке.

Есть! Палата 602. Ли Йе Ын.

Проблема в одном. Рядом значилось: «Запланирована операция».

— Какая еще, к черту, операция?! — он ударил кулаком по монитору, но радость от находки была сильнее. Палата на этом же этаже.

Он выскочил из-за стойки и помчался к 602-й. Она была в самом конце коридора.

Палата 602.

Глубокий вдох. Он толкнул дверь.

Скрип.

Лунный свет заливал подоконник. Каждая кровать была отгорожена шторкой. Там, куда падал свет, виднелись лишь неясные тени.

— ...

На кровати в лунном свете сидел силуэт. Глубокая ночь, а человек не спит. Пак Чжон Со показалось, что голова тени повернута прямо на него.

— И-извините. Я хотел спросить... Вы не знаете Ли Йе Ын? Это моя жена, она должна быть в этой палате.

Тишина. Силуэт не шелохнулся. Пак Чжон Со сглотнул и протянул руку к шторке, как вдруг...

— Нет, не надо!

Ким Хён Су подлетел и дернул его за руку назад. Пак Чжон Со от неожиданности чуть не ударил парня, но сдержался.

— Ты что творишь?! Это опасно!

— Согласно легенде о больнице... все, кто сидит на кроватях — мертвецы.

— Что?

— Это мертвые люди. Их нельзя трогать.

Подоспевший Ким Чжон Хён побледнел, осматривая комнату. Хён Су твердо добавил:

— Если вы ошибетесь... вы сами станете пациентом.

— А как же моя жена?

— Ваша жена...

— Твою мать! Ты хочешь сказать, что Йе Ын мертва?!

Оттолкнув парня, Пак Чжон Со встал перед нужной кроватью. Резким движением он сорвал шторку.

Пусто. Кровать заправлена, никого нет.

Что за черт? В списке четко указано это место.

— Пусто? Но в списке была она!

— Чжон Со?

— Что?

— А что именно было написано в списке?

Ли Йе Ын. И еще кое-что.

— «Запланирована операция».

— Значит, шанс, что она жива, велик.

Пак Чжон Со шумно выдохнул. Он не знал, откуда у этого пацана такая уверенность, но сейчас ему жизненно необходимо было в это верить.

— Раз операция, я в ужасе, но...

— Куда мне идти?

— Если операция... наверное, в операционную?

Четвертый этаж. Если память не изменяет. Всего два этажа вниз.

— Понял. Четвертый этаж. Спасибо вам, парни. А теперь уходите отсюда, здесь слишком опасно.

— Мы... мы не можем выйти.

Голос Чжон Хёна звучал безжизненно. Пак Чжон Со, решив, что те просто упрямятся, прикрикнул на них:

— Сейчас не до ваших оккультных игрушек! Тут все серьезно, валите отсюда!

— Нет. Мы заперты в этой больнице. Мы буквально не можем выйти.

— О чем ты шепчешь?

Чжон Хён указал на окно. Пак Чжон Со подошел к стеклу и посмотрел вниз. Видны главные ворота. Точнее, то, что за ними... Ничего.

— ...А?

За воротами не было города. Там зияла черная бездна, словно край рухнувшего утеса. И из этой пустоты, откуда-то снизу, поднималось едва заметное красное свечение.

— Твою мать... это что такое?

Ничего нет. Мир исчез, осталась лишь пустота, в которой одиноко парит здание больницы.

— Как... как это возможно... это...

В небе над больницей что-то двигалось, напоминая живое существо. Нечто огромное и длинное. Но во мраке невозможно было разобрать очертания.

— Ха-а... ха-а...

Шок от отрицания реальности. Он заперт в мире, которого не существует. Рассудок начал давать трещину под давлением этой жути. На грани паники...

Хлысть!

Ким Хён Су влепил ему пощечину.

— Придите в себя. Способ выйти есть.

Пак Чжон Со тряхнул головой, отгоняя морок.

— Д-да. Прости. Какой способ?

— Согласно легенде, есть путь назад в наш мир. Его нужно найти.

— И где он?

— Я точно не знаю. Но еще бывают трещины, которые возникают, когда кто-то входит сюда извне. Через них можно проскочить.

Трещины? Вход извне? Для обычного репортера, живущего дедлайнами, это звучало как бред. Голова раскалывалась, но сейчас этот пацан — его единственный шанс.

— И где эти трещины?

— Они появляются только в момент перехода, так что сейчас... Либо ждать, либо искать путь.

— И кто сюда может войти?

— В легендах обычно упоминается Управление (SMB)... Но их тут нет, так что не знаю.

Какое еще Управление? Ох уж эти фанаты оккультизма, вечно несут ахинею на своем языке. Чжон Хён робко вставил:

— А трещина от внешней аномалии?

— Бывает и такое, но где ты тут видел внешнюю аномалию?

— Тогда мы в заднице. Где искать выход?

— Эх...

— Вы сказали — «внешняя аномалия»?

Судя по контексту, аномалии — это те существа вроде бледной медсестры. И тут Пак Чжон Со вспомнил того человека с синим пламенем. Он ведь совсем не походил на местный персонал.

— Тот парень?..

— А? Чжон Со! Вы видели другую аномалию?

— Я не уверен, что понимаю ваши термины, но я видел кое-кого очень странного.

Парни подались вперед. Пак Чжон Со схватился за голову.

— У него вместо головы было синее пламя. Он пришел и... Эй, ты чего? Эй! Ким Хён Су!

Ким Хён Су забился в припадке, пуская пену изо рта. Ситуация окончательно вышла из-под контроля.