Тренировка (11)
Офис клуба «Сеул Вулвз».
Пак Минги, увидев лицо ожидающего человека, расплылся в улыбке и вошёл.
— Не ожидал встретить вас здесь, директор Ю. Как поживаете? Давно не виделись.
— Ха-ха, директор Пак! Теперь надо называть вас президентом. Вы и правда выглядите процветающим.
Они пожали руки — атмосфера была дружеской. Сегодня день второго раунда переговоров после первоначального обсуждения контракта.
То, что Ю Хёнджон лично присутствовал, обрадовало Пак Минги. Директор редко участвует в таких встречах — это означало, что Хан Мину стал ключевым игроком для «Вулвз».
— Нервничаю... Какую сумму вы подготовили, раз пришли лично? — спросил Пак Минги, садясь напротив.
В первом раунде клуб предложил 77.2 миллиона вон в год — 100% повышение от прошлой зарплаты Хан Мину. Для питчера, который провёл сезон в основном составе, это было достойно, но...
«Хан Мину заслуживает минимум 100 миллионов», — думал Пак Минги, раскладывая документы. Несмотря на роль реливера, игрок показал статистику, оправдывающую большие запросы.
В сезоне 2030 года Хан Мину записал на свой счёт 1.74 WAR (Wins Above Replacement — показатель «побед выше заменяющего игрока»).
Для релиф-питчера это невероятная цифра. Он вошёл в топ-5 среди всех средних питчеров лиги.
Если бы он отыграл полный сезон, показатель мог бы достичь 3.0 — и тогда он, без сомнений, стал бы первым в общем рейтинге.
Именно поэтому на первом раунде переговоров Пак Минги запросил для Хан Мину зарплату в 1 миллион вон. Это не фантастика: игроки-стартеры с устойчивой игрой и узнаваемостью регулярно получают такие суммы.
Руководство клуба и менеджеры по персоналу отнеслись к запросу позитивно. Если бы сумма была абсурдной, они бы уже покраснели и вышли из переговоров.
Однако следующее предложение Ю Хёнджона, главы управления, выбило Пак Минги из колеи:
— Мы предлагаем Хан Мину 5,79 миллиона вон за этот сезон.
Пак Минги нервно улыбнулся:
— Господин Ю, кажется, здесь ошибка. На первом этапе обсуждалось 7,72 миллиона…
— Ошибки нет, — резко прервал его Ю Хёнджон. Хан Мину стал ключевым релиф-питчером команды. Он сыграл в 37 матчах, записал 3 победы, 21 холд и средний показатель забегов (ERA) — 1,77. Столь низкая оценка при таких результатах… неожиданно. Даже в постсезонье…
— Довольно.
Ю Хёнджон вновь поднял руку, оборвав речь.
«Этот парень…» — Пак Минги, участвовавший в десятках зарплатных переговоров, впервые столкнулся с такой грубостью.
Гнев вспыхнул мгновенно, но он продолжил улыбаться. Теперь он не наёмный сотрудник, а глава собственной компании. Контроль над эмоциями — обязанность.
— Я не отрицаю, что Хан Мину хорошо проявил себя. Но клуб не может обеспечить максимальные условия для всех игроков. 5,79 миллиона вон — более чем достойное предложение.
— Господин Ю. Мы понимаем бюджетные ограничения, но 5,79 миллиона — это всего на 15% выше минимальной зарплаты в лиге. А ведь у него 1.74 побед выше заменяющего! Он входит в топ-5 релиф-питчеров!
— Господин Пак, суть не в этом. Другие игроки тоже вкладывают силы. Да, Хан Мину молодец, но за такие результаты наша цена справедлива. Разве он не хочет играть за нашу команду?
Когда Пак Минги привёл цифры, Ю Хёнджон перевёл разговор в эмоциональное русло.
«Другие игроки вкладывают силы? Кто этого не знает? Даже ребёнок скажет, что все в команде стараются!»
Но они — профессионалы. Трудности — часть игры, но каждый имеет право требовать повышения по заслугам.
Пак Минги, сдерживая гнев, ответил ровно:
— Хан Мину любит команду. Но разве клуб не должен ценить его вклад? Чтобы игрок выкладывался, нужен стимул. Он же не раз выручал вас: лонг-релиф, старт, сейвы — он брался за всё без претензий.
Ю Хёнджон стал давить авторитетом:
— Уточню: ценность игрока определяет клуб. Если вы не понимаете наших возможностей — переговоры усложнятся. Не нравится сумма? Ищите варианты.
Это звучало как ультиматум.
Пак Минги невольно вздохнул:
«Вот ублюдок…»
Ходили слухи, что Ю Хёнджон укрепил свой статус только благодаря трансферам Хан Мину и Юн Джэхёна. Их игра вывела команду на 4-е место в сезоне.
То, что Ю Хёнджон предлагает такую сумму, ясно указывало на его желание улучшить финансовые показатели клуба. Вероятно, он копил «заслуги», чтобы покинуть пост главы «Вулвз» и вернуться в руководство материнской компании.
Скорее всего, и с другими игроками он вёл себя так же, как с Хан Мину.
«Нелепо. Как человек на такой должности может быть таким близоруким?»
Ю Хёнджон закрыл папку с данными Хан Мину и скрестил руки — знак, что переговоры окончены.
Пак Минги молча поднялся:
— Давайте на этом закончим. Ваше предложение… не впечатляет.
…И вот как всё вышло.
«…»
Выслушав от Пак Минги подробности переговоров, Хан Мину дрожал от ярости.
Он был в бешенстве.
Деньги? Чем больше — тем лучше.
Но для игрока профессиональной лиги зарплата — не просто цифры.
Это показатель его ценности: вклад в прошлом сезоне, значимость для команды, перспективы.
Зарплата и процент повышения доказывают всё это.
А клуб предложил ему жалкие 50% надбавки.
Хан Мину и так не был высокооплачиваемым игроком.
«Минимальная зарплата».
К тому же, минималка в KBO — 50 миллионов вон. То есть формальные 30% надбавки фактически равнялись 15%. Унизительная цифра.
Хан Мину стиснул зубы 😤.
«Хочется потребовать трейд… Но это крайняя мера. Как объявить войну клубу».
Он глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться:
«Соберись».
— Хан Мину, вы в порядке?
— Да, господин Пак. Всё нормально.
— Простите за неудачный исход. Испортил вам настроение.
— Вам не за что извиняться. Это не ваша вина.
Хан Мину горько покачал головой. Он отлично знал, как насолить клубу:
«Нужно показать безумную игру. Не просто хорошую — доминирующую».
Тогда клуб сам приползёт с извинениями: «Мы ошиблись, только не уходите!»
И он верил в себя. У него была система BnB и ту-сим фастбол класса А — грозное оружие.
— Переговоры окончательно провалились?
— Думаю, да. Сам факт, что Ю Хёнджон лично явился, говорит об ультиматуме.
— Тогда подписывайте контракт.
Хан Мину откинулся на спинку дивана, выпуская воздух.
В трубке послышался смешок Пак Минги:
— Можете подождать немного? До предсезонных сборов ещё есть время.
— У вас есть план?
— Моя специальность — маркетинг. Пора показать, на что я способен.
В его голосе звенела уверенность.
Однажды на корейском бейсбольном форуме «Ягу Токток» появился пост.
Суть была проста: большинство игроков «Вулвз» — Кан Сонхан, Мён Сокхун, Ким Докмин, Юн Джэхён, Ха Юнмин — не смогли договориться о зарплате и остались без контрактов.
Фанаты отреагировали бурно:
└(Вулвз) Да сколько им вообще предложили, что все отказались?└(Лунатикс) Да очевидно же. Раз в год на 10-м месте, а после 4-го места сразу запросили миллионы?└(Крокодайлз) Говорят, материнская компания «Вулвз» обещала бонусы за плей-офф. Если даже с деньгами не договорились — запросы завышены.└(Вулвз) Блин, кто-нибудь знает цифры?└(Вулвз) Только Хан Мину — ему предложили 5,79 млн вон.
Когда кто-то обнародовал сумму Хан Мину, комментарии взорвались:
└(Вулвз) ??? 😱└(Крокодайлз) ?????????????└(Лунатикс) 5,790? Это серьёзно?!└(Гладиаторс) Ха-ха-ха, я болею за другую команду, но это смешно 😂. «Вулвз», вы вообще в своём уме?└(Стингз) Даём 100 млн — переходи к нам! 😭└(Гриффинз) Мы готовы на 200 млн. Серьёзно. Я — гендир материнской компании.└(Вулвз) Всем заткнуться!
Большинство не могло поверить в смехотворную сумму для Хан Мину.
А в это время, во вторник в 18:30, началась телепередача «Ветераны бейсбола».
На табло высветилось:
«Ноджан Девилз 0 : 0 Хвимунго».