Роковая связь (6)
Бейсбол может казаться сложным, но на самом деле это очень простая игра.
Как и в других видах спорта, побеждает тот, кто набирает больше очков.
Очки засчитываются, когда игрок совершает хоум-ран или после выхода на базу, успешно пробегает через все базы и возвращается в дом.
Главная задача защиты — не допустить хоум-ранов, прервать серию хитов и остановить продвижение раннеров по базам.
Справившись с этой задачей, Хан Мину, сумевший «привязать» Вон Хаккю к первой базе, почувствовал облегчение и сосредоточился на следующем бэттере.
«Как его обыграть на этот раз?»
На бэттерской зоне для удара стоял Чу Бомджин — второй номер в расстановке.
Благодаря привлекательной внешности его прозвали «Айдолом Чамсиля».
Когда он выходит на поле, трибуны взрываются овациями. Его поддержка болельщиков с простыми, но эффектными движениями выглядел со стороны, как настоящее шоу.
Разумеется, помимо популярности, Чу Бомджин обладал выдающимися навыками.
Он славился умением «читать» подачи и выводить питчеров из колеи.
«Похож на Юн Ганмина…»
Но в отличие от Юн Ганмина, он был леворуким бэттером.
Более того, весь топ-4 в «Лунатикс» состоял из леворуких игроков.
Для праворукого питчера вроде Хан Мину это создавало серьёзные сложности.
«Но и у них есть слабые места».
Чу Бомджин благодаря своей уникальной открытой стойке демонстрировал высокий процент контакта с мячами по внешней части страйк-зоны. Его манера бить — плавная и лаконичная, без разделения на высокие и низкие подачи — напоминала течение воды.
В хорошие дни даже срезанные удары превращались в хиты, а высокие "подсечки" — в экстра-бейс хиты.
Однако у него была слабость: внутренние подачи. При попытке "притянуть" удар он часто терял силу, отправляя мяч в граунд-болы.
И всё же он стабильно держал процент попаданий выше 0.300.
«Снова попробую "привязать" его внутренними подачами...»
Причина, по которой Чу Бомджин оставался опасным, была проста: в корейской лиге мало питчеров, способных точно атаковать внутреннюю зону.
Инстинктивно питчеры боятся таких подач:
- Риск попасть в бэттера,
- Высокая вероятность ошибки, ведущей к подаче по центру.
Контроль внутренней зоны — сложное искусство. Но Хан Мину был исключением.
Дзинь!
[Система: Вы держите выгодный счёт «болов и страйков». Активирован навык <Снайпер (B)>. Контроль подачи значительно улучшен.]
Хан Мину, мельком проверив движение Вон Хаккю, бросил первую подачу в сторону Чу Бомджина.
Курс — высокий внутренний фастбол.
Это был сбивающий ритм бросок, рассчитанный на момент, когда Вон Хаккю делал вдох, готовясь к старту.
— Фол!
Удар Чу Бомджина, не попавшего в тайминг, отправил мяч в сторону трибун у первой базы.
Как и ожидалось, он не смог полноценно среагировать на внутреннюю подачу.
Однако Хан Мину почувствовал лёгкое недоумение:
«Неужели «Лунатикс» подготовились к атаке внутренней зоны?»
Пропущенный удар не имел значения. Важнее было то, что Чу Бомджин без малейших колебаний замахнулся на мяч, летящий в высокую внутреннюю часть страйк-зоны.
«Забавно».
Хан Мину встал на позицию питчера и приготовился к следующей подаче.
Чу Бомджин также занял место в бэттерской зоне, сжимая биту.
В этот момент глаза Хан Мину сверкнули:
«Он едва заметно отступил назад».
Всего на полшага, нет — на четверть шага, но этого хватило, чтобы подтвердить догадку. Если бы не подозрения о ловушке во внутренней зоне, это движение можно было бы и пропустить.
Хан Мину понял стратегию противника. В таких случаях стоит сбить тайминг.
Он бросил вторую подачу — кёрвбол — точно во внутреннюю зону. Это был тип подачи, который он давно не использовал.
Мяч, описав крутую дугу, приземлился в ловушку кэтчера.
— Бол!
Чу Бомджин, застывший в стойке для удара, дёрнулся, словно его ударило током. Теперь сомнений не оставалось:
«Он явно ждёт внутреннюю зону».
Пи Гиджон, присев, подал знак пальцами:
«Он совсем не реагирует на внутренние подачи. Повторим фастбол?»
Хан Мину покачал головой.
«Тогда чендж-ап?»
Снова отказ.
Похоже, Пи Гиджон, видя, что Чу Бомджин провалил обе первые подачи, решил, что внутренняя зона — его ахиллесова пята.
Хан Мину, не дожидаясь, сам отправил сигнал:
«Меняем курс. Не внутренняя, а внешняя зона».
«Ты уверен? Внешняя низкая?»
Кивок.
Пи Гиджон попытался настаивать на внутренней, но в итоге подчинился.
Хан Мину бросил фастбол в низкую внешнюю часть страйк-зоны. На табло замигало: 139 км/ч.
Чу Бомджин даже не дрогнул.
— Страйк!
Низкая внешняя зона — горячая зона для Чу Бомджина. Его процент попаданий здесь составляет впечатляющие 0.417.
Однако сам Чу Бомджин даже не поморщился, пропустив мяч в этой зоне.
Счёт болов и страйков стал 1-2. Хан Мину сохранял преимущество.
Стало ясно: противник ждёт внутреннюю подачу. К тому же, при счёте 2 страйка, он даже не шевельнулся, когда мяч пролетел через его любимую зону.
У Хан Мину оставался единственный вариант:
«Сыграть на его ожиданиях и зайти с внутренней стороны».
Он рассчитывал, что Чу Бомджин всё же махнёт битой по внутренней зоне, и подготовил ловушку.
[Система: Игрок «Хан Мину» выполнил условия.][При 2 страйках активирован навык <Доктор К (C)>. Скорость подачи +2 км/ч, уровень броска повышен, контроль улучшен.]
«Решающий удар — слайдер».
Хан Мину бросил слайдер глубоко во внутреннюю зону, направляя его прямо под биту левши.
Чу Бомджин, как и ожидалось, замахнулся.
Щёлк!
Деревянная бита разлетелась с треском, разбросав щепки. Мяч покатился в сторону шортстопа.
Юн Джэхён, рванув вперёд, поймал мяч и отправил его на первую базу. Передать на вторую уже не успевали.
— Аут!
— А-а-а-а!
Теперь 2 аута.
Чу Бомджин, рванувший к первой базе, схватился за шлем, выкрикнув: «Чёрт!»
Хан Мину, получив новый мяч от Пи Гиджона, поднял большой палец в сторону Юн Джэхёна.
— Потрясающе! Будь я тренером Ким Ёнсын, я бы обнял Хан Мину и даже поцеловал!
— …Что?
— А, это просто образное выражение!
— Ха-ха, ясно. Чуть не подумал, что у вас странные предпочтения. Что именно вас впечатлило?
— До шестого иннинга атмосфера была накалённой. Любого питчера тут же разбивали в пух и прах. Более 7 раз доходило до полного счёта, а уоков набралось аж 9. Давление на питчеров с обеих команд было колоссальным.
— Верно.
— Но с появлением Хан Мину всё успокоилось. Девятый бэттер выбыл в страйк-аут за 4 подачи. Первый бэттер, Вон Хаккю, попал на базу после первого же удара, но второго, Чу Бомджина, Хан Мину вывел в граунд-аут за 4 подачи.
— Если перечислять — звучит эпично. Все трое сегодня в ударе, но Хан Мину будто играет с ними налегке.
— Именно! Он подаёт так легко. Как будто знает, как переиграть любого бэттера.
Хан Мину успешно справился с «наводчиками Лунатикс» — от 9-го бэттера Юн Джонхо до 2-го бэттера Чу Бомджина.
Но настоящая битва только начиналась.
«Расслабляться ещё рано».
Следующий соперник — 3-й бэттер Ким Хаксон.
«Тот, с кем я мечтал сразиться»
Ким Хаксон, пришедший в «Лунатикс» как новобранец, с дебютного сезона показывает процент попаданий выше 0.300, лидирует по количеству хитов и перевернул лигу с ног на голову.
Он — спрей-хиттер:
- Бьёт и внешние, и внутренние подачи,
- Не делит мячи на высокие и низкие,
- Ни разу за карьеру не опускался ниже 0.300,
- 4-кратный чемпион по проценту попаданий,
- 3-кратный обладатель «Золотой перчатки».
Его прозвали «машиной для ударов», а в шутку — «сорвиголовой, не бьющим 0.400».
Лучший игрок с идеальным глазомером в Корее. И особенно опасен для Хан Мину:
- Его способность читать подачи сводит на нет силу питчеров,
- Мощь позволяет выбивать более 20 хоум-ранов за сезон,
- Не поддаётся ни скоростным подачам, ни хитрым кручёным мячам.
«Значит, придётся переиграть его умом».
Хан Мину бросил первую подачу — чендж-ап в низкую внутреннюю зону. Это была приманка, ведь «Лунатикс» весь матч атаковали первые броски.
Бита Ким Хаксона рассекла страйк-зону, как молния.
— Фол!
Мяч с сильным вращением ударился о рекламный щит за спиной ампаира и отскочил в сторону.
Хан Мину, прикрыв рот перчаткой, усмехнулся:
«Ким Хаксон тоже ждёт внутреннюю подачу?»
Неясно почему, но все бэттеры сегодня гиперчувствительно реагировали на мячи во внутренней зоне. Очевидно, тренерский штаб «Лунатикс» проинструктировал их атаковать эту зону.
«Если так, то это даже упрощает игру».
Ловушка работает лишь тогда, когда противник не видит подвоха. Если же уловка раскрыта — она бесполезна... если только не использовать её против самого соперника.
Хан Мину уже видел их карты насквозь.
«Подброшу немного приманки».
Он бросил вторую и третью подачи подряд во внутреннюю зону, но за пределами страйк-зоны — так, чтобы Ким Хаксон не смог ударить, даже ожидая их.
Увидев два подряд кёрвбола вне зоны, Ким Хаксон фыркнул:
«Мелкий плут. Думаешь, обманешь меня?»
Ким Хаксон был ветераном с 9-летним стажем. Он изучил все шаблоны питчеров, знал каждую их уловку. Два кёрвбола подряд означали лишь одно:
«Ты хочешь отвлечь меня и впихнуть фастбол? Думаешь, я не раскусил?»
Хан Мину тоже знал его привычки. И потому был уверен в себе.
Хан Мину бросил четвертую подачу.
Курс — низкая внешняя зона, как и предполагал Ким Хаксон. Мяч летел к дому на высокой скорости.
«Попался… А?»
Внезапно Ким Хаксон расширил глаза. Мяч, словно нажавший на тормоза, резко замедлился перед домашней базой. Это могло означать только одно:
«Он снова бросил чендж-ап?!»
Ким Хаксон стиснул зубы. Чтобы затормозить замах, он с силой прижал локоть к рёбрам, почти ломая их. Его механика удара позволяла корректировать скорость уже начатого замаха.
Щёлк!
Он всё же попал по мячу, но результат был плачевным. Сосредоточившись на скорости, он промахнулся по траектории, ударив по нижней части мяча.
Флайбол взмыл вверх, направляясь к центральному аутфилдеру.
Хан Мину глубоко вдохнул, наблюдая за полётом:
«Я его переиграл».
Ким Хаксон выбыл в аут, а иннинг завершился. Хан Мину уже повернулся к дагауту, как вдруг…
— Э-э-эй!
— О нет!
— Воооооооооот этoooo!
— Ёбаный сукин сын!
С одной стороны трибун раздались ликующие крики, с другой — вопли, смешанные с руганью.
Хан Мину, повернувшись на шум, застыл в оцепенении.
Мун Чхолу, пытаясь поймать флайбол, поскользнулся на мокром от утреннего дождя газоне, и мяч упал на землю.
— Сейф!
Ким Хаксон, бегущий бэттер, остался на второй базе. К счастью, Вон Хаккю, уже находившийся на третьей базе, не смог заработать очко. Он поздно стартовал, решив, что мяч улетит в аутфилд.
— Ц-ц-ц, — Хан Мину цокнул языком от досады. Ему было неприятно: Мун Чхолу уже не в первый раз допускал ошибку в его игре. Теперь вместо завершённого иннинга — 2 аута, раннеры на 2-й и 3-й базе.
«Придётся сражаться в таких условиях».
Хан Мину взглянул на бэттера, входящего в зону удара. Тот ухмылялся, глядя на него с вызовом. Это был Чон Сынён — 4-й бэттер «Лунатикс», уже выбивший два хоум-рана в этой игре.
В этот момент Пи Гиджон подбежал, запрашивая тайм-аут:
— Всё в порядке? Чёртов Чхолу... Ладно, я за него извиняюсь. После матча я его отчитаю, обещаю. Не злись, ладно?
— Всё в порядке. Из-за дождя скользко — тут ничего не поделаешь.
Хан Мину улыбнулся, прикрыв лицо перчаткой. Не сдержался — даже рассмеялся вслух.
Пи Гиджон смотрел на него с недоумением, но смех Хан Мину не стихал.
Дзинь!
[Внезапный квест!][Вы столкнулись с искажённой судьбой — злым роком и худшим сценарием.][Выбейте соперника страйк-аутом.][Награда: Право улучшения особой способности II.]
Система BnB подкинула ему сочный пряник.
«Дают право улучшить способность? Теперь понятно, почему я смеюсь».
— Первая база свободна. Заполнить?
— Нет.
Хан Мину покачал головой в ответ на вопрос Пи Гиджона.
«Такой шанс выпадает раз в жизни — нужно брать».
Пришло время поставить точку в этой «злой участи».