Цветок, расцвётший на тернистом пути (7)
Дверь раздевалки тяжело распахнулась, и игроки стали заходить по одному. На всех лицах читалась горечь поражения.
Тишина повисла в воздухе, густая и давящая, словно тяжёлый груз. Дышать стало трудно.
«……».
Никто не произносил ни слова. Казалось, никто не хотел признавать поражение. Они избегали взглядов, молча занимая свои места.
Скрип…
Лишь звуки расстёгиваемых сумок и глотки из бутылок нарушали тишину.
Чо Учхан прислонился к стене, опустив голову. Его глаза выражали усталость и разочарование. Юн Джэхён и Ха Юнмин, сжав головы руками, тихо бормотали что-то, будто перебирая в памяти моменты игры.
Реливеры вздыхали, вспоминая свои ошибки, иногда срываясь на сдержанные ругательства.
На центральном столе валялся смятый лист с игровой статистикой, а сверху — пропитанная потом форма Квон Джунсо, брошенная в спешке. На ткани виднелись пятна грязи и пота — словно отпечаток сегодняшней битвы.
В углу тренер по физподготовке молча прикладывал лёд к колену Пи Гиджона, но и он казался измотанным.
Тренер по атаке молча стоял у стены, разделяя общую боль. Он хотел что-то сказать, но, увидев лица игроков, закрыл рот.
Фотографии на стене, запечатлевшие былые победы, сегодня выглядели жалко. Казалось, та энергичная команда со снимков больше не существует.
Кан Сонхан сидел, постукивая пальцами по полу, погружённый в мысли. Мён Сокхун закрыл лицо руками, скрывая боль.
Временами слышались сдавленные всхлипы и вздохи ярости. Чувство потери и поражения заполнило комнату, объединив всех в молчаливом страдании.
В этот момент раздевалка наполнилась не победными криками, а тяжестью поражения. У игроков не было сил даже выплеснуть глубоко запрятанные разочарование и сожаление.
Реальность, где всё закончилось одним матчем, давила на них словно гиря.
Сегодня это место стало не просто раздевалкой, а пространством, где рухнули мечты и зарождалась тихая решимость начать всё заново.
— Всем внимание.
Главный тренер Ким Ёнсын, зашедший последним, тяжело заговорил. Его губы дрожали.
— Сегодняшний результат печален, но мы все сделали всё возможное. Стартовые питчеры — на своей позиции, полевые игроки — на своей, тренеры — на своей.
Ким Ёнсын замолчал, глубоко вздохнув. Затем повернулся к игроку, уткнувшемуся лицом в полотенце в углу.
— Чин Сонсу. Я знаю, как сильно болел твой локоть. Но ты вышел стартовым питчером без единого слова. Для этого нужна невероятная смелость. Спасибо, что взял на себя эту ношу.
— Н-нет… Мне жаль…
— Нет. Если кто и должен извиняться, так это я. Это я поставил тебя, это я планировал игру. Если хотите винить кого-то — вините меня. Вы все сражались до конца.
……
— Ха Юнмин. Совмещать защиту на второй базе и роль первого бэттера — тяжело. Естественно, что усталость бьёт по концентрации. В этом плей-офф ты сделал всё, что мог. Спасибо, что молча нёс эту ношу.
— Я просто делал свою работу…
— Юн Джэхён. Ты показывал феноменальную игру весь сезон. Благодаря тебе мы, бывшие аутсайдеры, дошли до плей-офф. Жаль, что мы не встретились раньше — ты мог бы претендовать на звание новичка года. Спасибо, что ты с нами.
— Это я благодарен за шанс.
— Чо Учхан. Как капитан команды и лидер обороны...
Ким Ёнсын, главный тренер, ободрял каждого игрока, называя по имени. Он благодарил их и извинялся. В ответ одни опускали головы, другие сдерживали слёзы, третьи благодарили в ответ.
Наконец, очередь дошла до последнего игрока.
— И наконец… Хан Мину.
— Да, исполняющий обязанности тренера.
— Пусть это несправедливо по отношению к остальным, но ты — самый ценный игрок этого сезона. Спасибо, что выходил в критических моментах, несмотря на усталость.
……
— Не буду лукавить. Если бы мы заняли последнее место, моя карьера тренера закончилась. Но я хотел продолжать. Благодаря тебе я смог мечтать о будущем и воплотить эти мечты. Спасибо.
Глаза Ким Ёнсына покраснели. В них читалась буря эмоций.
Хан Мину встал и низко поклонился:
— Я тоже благодарен за возможность.
Слово «возможность» отозвалось в нём эхом. То, о чём он отчаянно мечтал все эти годы, наконец стало реальностью.
Ким Ёнсын выпрямился:
— Сегодня мы не добились победы, но важно, что сражались до конца. Мы бились как одна команда, прошли через испытания. Раньше мы проигрывали каждый день, но теперь стали крепче. Этот проигрыш научил нас ценить большее.
Игроки начали поднимать головы. Некоторые кивали, соглашаясь.
— В следующем году станем сильнее. Подготовимся лучше, будем сражаться яростнее. Сегодня не конец — начало нового пути.
— Верно!
— В следующем году мы будем лучше!
Ким Ёнсын, главный тренер, кивнул с лёгкой улыбкой:
— Хорошо. Тогда выходите с гордостью! Вы победили «Альбатрос», которых считали фаворитом сезона. Вы «Крокодайлз», которых называли «мстителями», разгромили в серии. Вы бросили вызов «Лунатикс» — легендарным грандам. Не стыдитесь! Выйдите и покажите всем, что в следующем году будет иначе!
Игроки, переодевшись, вышли с поднятыми головами. Снаружи их ждали журналисты.
— Вы вылетели из плей-офф. Какие чувства испытываете?
— Кто, по-вашему, выиграет Корейскую серию?
— Вы провели 9 иннингов без пропущенных очков, но проиграли. Что скажете команде?
На последний вопрос все взглянули на Хан Мину. Тот усмехнулся, ожидая этого:
— «Вулвз» весь сезон шли по тернистому пути. Я благодарен товарищам, которые смеялись и шли рядом сквозь шипы.
Он улыбнулся, глядя на команду. Игроки ответили взглядами, полными смешанных эмоций — благодарности, боли, надежды.
— Эй, садись! Я подброшу. Юн Джэхён, ты же в том же направлении, что и Мину?
— Да, мы в одном доме.
— Тогда залезай. Эй, ты! Багаж в багажник. Не собираешься же ты втискиваться на заднее сиденье с сумками?
Машина Чо Учхана заурчала мощным двигателем и тронулась с места. Хан Мину и Юн Джэхён с восхищением разглядывали сиденья и салон. Выглядели они как деревенские парни, впервые попавшие в Сеул.
— Вау… Машина крутая.
— Сколько такая стоит?
— Эта? Около 400 миллионов вон.
От этих слов Хан Мину и Юн Джэхён одновременно открыли рты.
Их зарплата в этом сезоне была минимальной в KBO — 38,6 миллиона вон. После перевода в основной состав они получали 50 миллионов вон — минималку для первой лиги. А эта машина стоила в десять раз больше их годового дохода.
Они тут же отдернули руки от сидений и застыли, как статуи. Дорогая штука — обращаться надо аккуратно.
Чо Учхан фыркнул, глядя на их реакцию:
— Чего вы так напряглись? Через пару лет и вы такие сможете купить без проблем.
В этом сезоне оба игрока показали выдающиеся результаты. Особенно в постсезоне, где они буквально тащили команду к победам. Один — шортстоп, другой — универсальный питчер. В следующем году их зарплаты взлетят до небес, это очевидно.
Но для Хан Мину и Юн Джэхёна это пока казалось чем-то нереальным. Они ещё не привыкли к таким перспективам.
Чо Учхан вёл машину уверенно, несмотря на мощь под капотом (850 Нм крутящего момента, 4-литровый V8 на 577 л.с.). Он не гнал, а ехал так, чтобы пассажирам было комфортно. Неудивительно, что Юн Джэхён на заднем сиденье уже клевал носом.
Хан Мину усмехнулся и открыл статусное окно.
Дзинь!
[Вы выбыли из постсезона!][Список выполненных достижений][<Выход в полуфинал плей-офф> 2,000 P — завершено][<Выход в плей-офф> 5,000 P — завершено][<Выход в Корейскую серию> Улучшение спецспособности III — не завершено][<Победа в постсезоне> Право выбора S-классной подачи — не завершено][Вы прошли в плей-офф. Получено 7,000 P.][Текущее количество очков: 35,500 P]
На экране всплыли уведомления. Первым делом Хан Мину заметил накопленные очки.
«За это время набралось немало».
За 18 иннингов в постсезоне он получил:
- Бонус за иннинги без пропущенных очков: 16,500 P.
- Бонус за ауты: 2,700 P.
- Бонус за страйк-ауты: 1,500 P.
Теперь перед новым сезоном можно провести серьёзный апгрейд.
Машина остановилась на светофоре.
— Сезон закончился. Какие планы? — Чо Учхан взглянул в зеркало на заднее сиденье.
— Наверное, буду тренироваться как обычно, — равнодушно ответил Хан Мину.
— Тренировки? У тебя нет конкретного плана?
— Нет.
— Тогда приходи ко мне домой с Джэхёном. Будем тренироваться вместе.
— Тренироваться? Чему? — спросил Мину.
Чо Учхан усмехнулся. Его улыбка напоминала злодейскую.
— Узнаешь, когда придёшь. Будет жёстко, так что готовься морально.