Единственный выход (2)

Тот же вечер.

«Кажется, я сто лет не был дома».

Хан Мину сел на метро и направился к станции Вансимни, где находился его родной дом.

Дорога казалась чужой. После завершения гражданской службы он ни разу не возвращался.

До перехода в «Вулвз» его прежняя команда, «Долфинс», была слишком далеко от дома. Даже до Кимхэ, где базировалась их фарм-команда, путь до Сеула занимал больше 5 часов, даже на KTX.

«Чтобы попасть домой, надо было специально планировать».

После перехода в «Вулвз» стало ещё сложнее. Даже в выходные он тренировался, а в сезоне колесил по всей стране.

Бейсболист — неожиданно занятая профессия.

«Да и просто гулять без забот тоже нельзя».

К тому же, как публичное лицо, он избегал общественного транспорта, чтобы не привлекать внимания. Сегодня он скрывал лицо под кепкой и маской.

— Алло? Мам, я на первом этаже. Забыл пароль. Да. Да. А, точно. Вот же, вспомнил.

Неуверенно набрав код на двери, он зашёл в лифт.

Поднявшись, увидел у квартиры того, кто его ждал.

Знакомые глаза, добродушное лицо, высокий рост под 180 см, уложенные гелем волосы.

Это был отец Хан Мину — Хан Юсоп.

— Пап, зачем ты выходил?

— Соскучился по сыну. Как поживаешь?

Хан Юсоп тепло обнял сына, вышедшего из лифта. Это было первое за долгое время человеческое тепло.

— Да, всё хорошо.

— Идём внутрь. Мама ждёт.

— Хорошо.

Войдя в квартиру, Хан Мину почувствовал сладкий аромат. В гостиной стол ломился от еды. Он подошёл сзади к женщине, варившей суп, и обнял её.

— Мам.

— Пришёл? Ты молодец. Мы все матчи смотрели.

Мать Хан Мину, Юн Чжихи, улыбнулась ему. Знакомый, уютный и мирный дом — такое он не ощущал давно.

Чуть позже дверь открылась, и появился ещё один мужчина.

— О, пришёл!

— Хён…

Это был старший брат Хан Мину, Хан Чжиу, с которым они раньше вместе играли в BnB.

Хан Чжиу хлопнул брата по плечу:

— Смотрел твои хайлайты на YouTube. Круто играешь!

— Хён…

Четверо человек сели за стол. Казалось, они не собирались вместе целую вечность.

В уютной атмосфере Хан Чжиу зачерпнул суп и сказал:

— Я же говорил: надо было уходить из «Долфинс». Они питчеров вообще не развивают.

— Там умеют растить только беттеров, — поддержал Хан Юсоп. Совсем не понимают, как важен питчер в бейсболе.

Юн Чжихи, положив говядину на рис Хан Мину, добавила:

— Раз уж перешёл, лучше бы в «Гладиаторс» подался.

— Мам, нет. В «Вулвз» лучше. Ты же сама ругаешь «Гладиаторс» последнее время. Хочешь, чтобы и Мину ругали? Сейчас она больше всех достаёт «Лунатикс». Опять подставили подножку, — усмехнулся Хан Чжиу.

— Эй, им пора уже с первого места слезть. Хватит лидировать!

«……».

Хан Мину тихо вздохнул. Всплыли старые воспоминания.

«Опять началось».

Это было привычно. Его семья, обычно спокойная, становилась резкой, когда речь заходила о бейсболе. А почему?

Потому что все они были фанатами Про-лиги.

«Неужели им не надоело?»

Проблема была в том, что каждый болел за разную команду.

Хотя они прожили полжизни в Сеуле, отец и мать были давними фанатами «Тэгу Гладиаторс» — их родной город Тэгу.

Даже познакомились они, как я слышал, на стадионе «Чамсиль», куда пришли поддержать «Гладиаторс» на выездном матче.

Старший брат, родившийся и выросший в Сеуле, болел за «Сеул Лунатикс», потому что все его бывшие девушки были фанатками этой команды.

А сам Хан Мину играл за «Сеул Вулвз».

«Что тут вообще сказать?»

Про-лига — самый популярный спорт в Корее, с жёстким соперничеством. Обсуждение с фанатами других команд легко могло перерасти в ссору. Отсюда и вечный хаос в их семье.

— Ну да, у «Гладиаторс» второй бейсмен — 22% попаданий, кэтчер — 21%. Видимо, от жалости дают им передышку, — язвила Юн Чжихи.

— А некоторые команды вообще проиграли серию этим «Гладиаторс», — парировал Хан Чжиу.

— Их первый беттер получает 5 миллиардов вон, а сделал всего 99 хитов. Наш — 1.7 миллиарда, а 113 хитов!

— Но «Гладиаторс» всё равно на первом месте, а «Лунатикс» на втором, да? — подколола мать.

Хан Юсоп, не выдержав перепалки жены и сына, вмешался:

— Кхм-кхм! Давайте сначала поедим. Мину-то голодный.

— Ага. Спасибо за еду, мам-пап, — Хан Чжиу невозмутимо взял палочки. Юн Чжихи фыркнула, глядя на него.

«……».

Хан Мину покачал головой.

Обычно они были тихой, уважительной семьёй, общавшейся спокойно. Но стоило заговорить о бейсболе — все переключались в режим битвы.

Дошло до того, что когда Хан Мину впервые был задрафтован «Долфинс», родители уговаривали его отказаться от 7 миллиардов вон бонуса и пойти в университет.

«Тогда глава скаутов «Долфинс» приезжал — был настоящий ад».

Хан Мину вздохнул, вспоминая те дни.

Мирный ужин возобновился, и разговор перекинулся на старшего брата, Хан Чжиу.

— Когда у тебя следующий матч?

— Мам, они уже начались две недели назад. В воскресенье ещё один. После Матча всех звёзд уезжаю.

— Уже начались? Чемпионат мира только закончился!

— Лига стояла два месяца. Надо навёрстывать. Но мам, мне обидно: знаешь всё о Мину, а про старшего сына даже не спросила?

— Прости-прости. Бейсбол же почти каждый день. Вот и надо было тебе им заниматься, а не футболом.

Хан Чжиу бурчал, откладывая палочки. Юн Чжихи ласково успокаивала его. Хан Мину украдкой посмотрел на брата.

«Хён всё тот же».

К счастью, это были лишь слова — серьёзных обид не было.

Честно говоря, Хан Мину чувствовал неловкость. С детства родители уделяли ему больше внимания, чем брату.

Нет, конечно, Хан Чжиу не был заброшен.

Хан Чжиу тоже получал достаточно внимания, как и другие дети. Но проблема была в том, что родители, будучи фанатами бейсбола, уделяли Хан Мину больше времени.

Далее разговор перешёл на лёгкие темы. Хан Мину молча ел, сосредоточившись на еде. Юн Чжихи, заметив это, улыбнулась:

— Мину-я, как еда? Тебе нравится?

— Да. Очень вкусно.

Домашняя еда матери была невероятно вкусной — он не ел её так давно.

Перерыв на Матч всех звёзд.

Целых четыре дня отдыха. Для бейсболиста это словно летние каникулы. Другие игроки отправились в семейные поездки или разбирались с делами, которые нельзя решить в сезоне. Но график Хан Мину был сосредоточен только на отдыхе.

«Кажется, сто лет здесь не был».

Сделав утром лёгкую растяжку, Хан Мину прогулялся по жилому комплексу, оглядываясь по сторонам.

По бокам дорожек, выложенных плиткой, тянулись деревья и газоны. То тут, то там стояли скамейки, а в одном месте — велопарковка.

На детской площадке дети резвились на горках, а в зоне отдыха молодые мамы болтали.

Он прожил здесь очень долго.

Всего в 10 лет он переехал сюда, как только комплекс достроили, и вот уже больше 15 лет живёт.

Он бесчисленное множество раз ходил по этим улицам: в школу, в магазин, на бейсбольные тренировки.

Но теперь всё казалось чужим.

«Слишком давно не был дома».

Утром, проснувшись, он обнаружил себя в пустой квартире — семья ушла на работу. Тогда он почувствовал странное одиночество. Раньше, открыв глаза, он всегда видел соседа по комнате.

Теперь общежитие стало для него больше домом, чем родной дом.

«Надо чаще приезжать».

До этого он жил слишком напряжённо.

В старшей школе — ради побед на национальных турнирах. После перехода в Про-лигу — чтобы преодолеть травму, занимаясь только бейсболом.

Но сейчас он понимал: можно было бы и замедлиться.

Пренебрёг семьёй и собой. Не знал, какая еда нравится родителям, как дела у брата, чем он занят. Даже своих предпочтений не осознавал. Вот и бродил без цели в свой выходной.

Сожалений не было. Тогда он верил, что это — единственный путь, и выкладывался полностью.

Теперь можно всё изменить.

Он уже повернул к дому, как вдруг:

— Э-э…?

Из незнакомого места донёсся знакомый голос. Хан Мину обернулся.

В этом месте, где он прожил полжизни, но всё казалось чужим, он столкнулся с кем-то знакомым.

— ……?

— Сонбэ-ним? Что вы здесь делаете?

Высокий мужчина в кепке шагал к нему.

Юн Джэхён.

Тот улыбался, радуясь встрече.