Выживание II

Как только я вернулся в Приют, я попросил о беседе по выбору профессии.

Директор принес теплого чая. По одному запаху я понял, что чай дорогой. Кажется, он был в хорошем настроении.

— Заждался? Попробуй. Это мятный чай.

Я сделал глоток и медленно кивнул.

— Хороший чай.

— О, ты разбираешься?

— Да. Я не так уж много пробовал чая, но аромат очень приятный.

— Ха-ха-ха! А ты кое-что понимаешь. Этот чай выращен на северных равнинах…

Директор сияюще улыбнулся и начал рассказывать о чае.

Внешне я улыбался, а внутри приводил в порядок мысли.

Директор знает, что я волшебник.

Поэтому я беспокоился, что он может привнести в наш разговор свое личное мнение.

Но, глядя на него сейчас, казалось, об этом можно не волноваться.

— Ах, вот я старый. Заболтался перед величайшим гением Приюта.

— …величайшим гением?

— Ты пять лет подряд был лучшим в классе. Конечно, ты величайший гений. Джерн, я уверен, ты можешь стать Писцом. Ты сегодня пришел, чтобы подать заявку на должность Писца?

— Нет. Я хочу попробовать другую работу.

Я протянул ему награду, которую вручали только лучшим ученикам.

Можно подумать, какое значение имеет награда для сироты? Но оно есть.

Это была награда, которую регулярно присуждали самому образцовому ученику, и она давала право несколько месяцев знакомиться с любой профессией на выбор.

Иными словами, это был пропуск на производственную практику.

Конечно, денег не платили, и это было буквально знакомство с работой на чистом энтузиазме, так что пользовались этим правом редко.

К тому же, выбор профессий для ознакомления был очень ограничен. Среди них единственной по-настоящему полезной для карьеры была профессия Писца.

Директор склонил голову набок и переспросил.

— Если не Писец, то о какой работе ты говоришь?

— Уборщик.

— …что?

— Уборщик.

— Э-э… ты имеешь в виду уборщика, который… убирает?

— Да. Думаю, это идеальная работа для меня. У меня ведь талант к уборке и мытью, не так ли?

— Ну, это…

Директор замялся, не находя слов.

Вероятно, он хотел сказать, что для меня быть уборщиком — пустая трата времени.

Я воспользовался этой паузой, чтобы добавить важную деталь.

— Уборщиком. На территории Академии, пожалуйста.

— …!

При этих словах Директор затаил дыхание и пристально на меня посмотрел.

Что ж, я и не ожидал, что меня не раскусят. Я не отвел взгляда и посмотрел ему в ответ.

После неловкого молчания Директор заговорил первым.

— Джерн.

— Да.

— Это… по той причине, о которой я думаю?

— Да.

Лгать нет смысла. Это только усложнит ситуацию.

Но это не всегда срабатывает. Директор покачал головой.

— Нет. Это слишком опасно.

— Нет. Сейчас это не опасно.

— Не опасно сейчас?

— Да. Мне всего десять. Если меня поймают, я тут же заплачу и буду молить о пощаде.

— Нет, да что ты такое говоришь…

— У-у-у…

Я зарыдал.

Сбитый с толку Директор достал платок и со вздохом вытер мне глаза.

— Ладно, хорошо, бить тебя, наверное, не станут. Если что-то подобное случится, я буду протестовать, чего бы мне это ни стоило.

— Это обнадеживает.

— Но я беспокоюсь не об этом. А о твоем… особом таланте.

Директор беспокоился о том, что моя личность волшебника может быть раскрыта, ведь я — простолюдин.

— Директор, вы когда-нибудь видели магию?

— Хм? Да. У меня есть некоторые познания благодаря одному знакомому аристократу.

— Мне кажется, я немного необычно уникален даже среди необычных людей.

— Что ты имеешь в виду?

Я взял со стола книгу и заставил ее парить в воздухе.

Глаза Директора расширились втрое.

— М-магия левитации?

— Нет. Я просто заставил ее парить.

— А разве это не одно и то же?!

— Это другое. Она парит не в воздухе. Она парит в море.

— ??..

— Директор. Я не могу объяснить в деталях, но сейчас я на грани того, чтобы меня раздавило насмерть.

— Что?

— Да. Моя магия настолько необычна, что я стою на распутье: либо я ее изучу, либо умру. И даже если изучу, шансы умереть гораздо выше.

— Ха…

Директор тяжело опустился в кресло с ошеломленным видом.

— В это трудно поверить.

— И вправду.

Я и сам до сих пор не могу поверить, что я волшебник.

Неужели убедить не удалось? Пока я с горечью обдумывал свой следующий план, Директор вытащил из ящика допуск к практике и начал его заполнять.

— …Директор?

— М-да, если подумать… Джерн. Ты особенный.

— Да, ну, потому что я волшебник.

— Я не это имею в виду.

Директор медленно покачал головой.

— Помнишь, когда Линмель играла на заднем холме, упала с дерева и сломала руки и ноги?

— …а, да. Я оказал ей первую помощь.

— Верно. Ты идеально правильно уложил ее, наложил шины на конечности, а потом поджег дерево.

— …

— Знаешь, как мы были шокированы, когда прибежали на дым? Ты уже собирался поджечь второе дерево, Линмель вся перевязанная ревет в три ручья… мы подумали, что ты стал бандитом и поджигателем.

— Нет, я побежал звать взрослых, а когда вернулся, мне показалось, что Линмель вот-вот перестанет дышать…

— Да. Врач сказал то же самое. Если бы не твоя смекалка, Линмель либо умерла бы, либо осталась калекой на всю жизнь. Я не виню тебя. Ты действительно поступил правильно.

Директор погладил меня по голове и протянул допуск.

— Но я думаю, что особенным тебя сделало не только твое быстрое соображение и ум, но и теплота, с которой ты крепко держал Линмель за руки, чтобы она не потеряла сознание.

— …спасибо.

— Я верю в тебя. Я все еще не до конца понимаю, что происходит, но… Джерн, ты как-нибудь справишься. Если тебе что-нибудь понадобится, просто скажи мне в любое время.

Директор проводил меня с той же теплой улыбкой, что и в начале.

Я крепко сжал допуск в обеих руках и покинул кабинет Директора.

Может быть, от теплого чая, но на душе стало теплее.

***

Следующее утро.

Я надел одежду, которую не жалко было испачкать, и направился к месту встречи на столичной площади.

Говоря прямо, я зря старался.

— Что, мне прислали вот такого сопляка?

— Мне пятнадцать.

— Что? Тебе?

— Да. Я плохо ел, и Директор меня обижал, поэтому я и не вырос.

Уборщик, на вид лет двадцати пяти, пару раз моргнул и протянул мне узелок с одеждой.

— …иди переоденься пока в том переулке.

— Слушаюсь.

Переодеваясь, я столкнулся с проблемой.

Это был совсем не мой размер.

Даже подвернув штанины до упора, я не мог помешать им волочиться по земле.

Что ж, ничего не поделаешь. Так и вышел, волоча их за собой.

Уборщик-старший посмотрел на меня и вздохнул.

— …парень, может, ты просто хочешь домой? Я скажу в том Приюте, что ты убирался.

— Нет. Мне нравится убирать. Пожалуйста, позвольте мне работать. Если я вернусь просто так, Директор оставит меня без еды.

— Черт… что мне с тобой делать… разве в наши дни еще есть такие Приюты?

Уборщик выглядел обеспокоенным, но все же повел меня за собой.

Пока я шел за ним, у меня, естественно, начали возникать вопросы.

Конечно, я никогда не видел места под названием Академия.

Но если это было учреждение, где училась вся знать, то в него, должно быть, вбухали абсурдное количество денег, и, естественно, оно должно было находиться в Столице.

И все же тот факт, что я никогда не видел ни одного связанного с ней здания, был странным.

Может, она под землей? С такими мыслями я шел за уборщиком и в итоге пришел к ратуше.

— Это и есть Академия?

— А? А, ты, должно быть, впервые. Мы отсюда туда попадаем.

— …?

Уборщик встал на ковер внутри ратуши и протянул подошедшему чиновнику и мой допуск, и свою собственную лицензию.

— В Академию.

— А мальчишка рядом с тобой…

— Практикант.

— Подтверждено.

Оглядевшись, я увидел, как рабочие, стоящие на соседних коврах по схожим причинам, исчезают в воздухе.

Мы последовали за ними. На мгновение все потемнело, а когда я открыл глаза…

Стук—

Я стоял посреди незнакомого города.

— Ух ты.

— Удивлен? Все так в первый раз.

Я отряхнулся и посмотрел на огромный замок передо мной.

Даже по самым скромным подсчетам, он был размером со Столицу.

Все это место…

— Это и есть Академия?

— Ага. Ну как? Но если будешь часто телепортироваться, привыкнешь.

— …да, я удивлен.

Я определенно был удивлен. Но по другой причине.

Это был не тот случай, когда Академию основали в другом регионе с помощью телепортации.

Как волшебник, я с самого начала мог сказать, что здесь действовали другие законы.

…это был другой мир.

Глядя за городские стены, я видел простирающиеся до горизонта бескрайние равнины. Наверняка, у них действительно не было конца.

— Небесный Предел…

— Что?

— …ничего.

Это был новый мир, созданный Архимагом, достигшим Небесного Предела.

Иными словами, он основал Академию в своем собственном мире.

…честно говоря, я думал, что создание мира — это просто фигура речи.

Но оказалось, что это было буквально.

По моей спине пробежали мурашки, пока я шел за старшим.

Законы этого мира были поразительно идентичны законам другого, изначального мира.

Кажется, Архимаг, создавший это место, так и задумал.

Почувствовав некоторое облегчение, я пошел по главной улице и увидел пейзаж, совершенно отличный от Столицы.

— Что это за шпили?

— Это все Башни Магии.

— …в Столице была только одна.

— Говорят, строить Башни Магии в Академии безопаснее, земля дешевая, да и вообще, так просто лучше. Эй, постой-ка, я тебе что, гид?

— Старший, а что это за одежда на всех?

— С-старший? Хм… это кадетская форма. Любой, кто может находиться в Академии долгое время — кадет. Более семидесяти процентов населения здесь — кадеты, двадцать процентов — преподаватели и персонал Башен Магии, а небольшая оставшаяся часть — это такие, как мы, разнорабочие. Считай, что это город, населенный только студентами и преподавателями.

— Ясно.

Ободренный, старший объяснял мне все, пока я осматривался.

Магазины, торгующие магическими инструментами, чрезвычайно дорогие кондитерские, несколько ресторанов и кадеты с темными кругами под глазами, идущие по улицам и болтающие.

Это действительно было похоже на мир, где живут волшебники.

Старший предупредил меня, чтобы я не наделал глупостей.

— Все кадеты — аристократы, так что если ошибешься, просто падай на землю и моли о пощаде. Мы тут никто.

— Для того, кто так говорит, вы не кажетесь особо напуганным.

— Я тут три года работаю, парень. Мы настолько никто, что они даже внимания на нас не обращают. Мы как деревья у дороги. Просто не создавай проблем.

— А, ясно. Ну, раз они все волшебники, то, полагаю, и аристократы тоже.

— Не-а. Профессиональные волшебники на самом деле в меньшинстве. Это просто главная улица Башен Магии, поэтому ты их так много видишь. Большинство из них — рыцари или государственные чиновники.

Пока мы разговаривали, мы подошли к старинному зданию в центре города.

— Здесь мы и работаем.

— Что это за место?

— Хм? Тренировочный зал кадетов-рыцарей. Просто подмети здесь вокруг и никуда не уходи.

Я попал.

— Есть, сэр.

— Метлу-то держать умеешь? Подмети всю главную дорогу, а потом почисти ступени. Я буду мыть перила в соседней секции, так что, если что-то непонятно, зови.

— Понял.

Как только старший ушел, я осмотрел территорию, которую мне предстояло убрать.

Мусора было не так уж много, но повсюду была разбросана мелкая пыль и песок, а пространство было таким широким, что это казалось непростой задачей.

Но песок? Поблизости не было даже моря.

Прислушавшись, я услышал крики напряжения изнутри здания.

Должно быть, рыцари спарринговались на песчаной площадке.

Убедившись, что вокруг никого нет, я взмахнул рукой.

— Посмотрим.

Представив себе отлив, я притянул издалека морскую воду, чтобы подмести землю.

Ш-ш-ш—

Результат был неплох. Мусор и пыль смело вместе, превратив работу, которая должна была занять весь день, в нечто, что можно было закончить несколькими взмахами метлы.

[?… ?...]

Нет. Все было немного плохо.

Я впервые использовал магию в таком масштабе. Глубоководные Твари вверху почувствовали что-то необычное и начали осматривать местность.

Я замер на месте. В одно мгновение они потеряли интерес и исчезли.

«Это другой мир…»

Так какого черта эти твари и здесь?

Ворча, я закончил оставшуюся уборку.

Это было дело техники — просто раз за разом сгребать то, что я уже собрал. Через несколько минут главная дорога была безупречно чистой.

«Ну а теперь…»

Все равно я здесь ничего не добьюсь, так что я приготовил оправдание.

Я искал уборную и заблудился, так как здесь впервые.

Идеально.

Я бросил метлу и вышел на главную улицу.

…и все же, нужно делать вид, что я уборщик, так что я снова ее поднял.