Выделяясь II

Не бывает аристократов, не способных владеть магией.

Я слышал, в прошлом такие встречались. Но теперь это в буквальном смысле дела давно минувших дней. Некоторые невежественные простолюдины и вовсе верят, что всякий, кто владеет магией — аристократ…

И это верное представление. Вернее, именно к этому и стремились дворяне прошлого.

Чтобы их не считали ровней остальным.

Точно так же, как различаются копыта лошади и коровы, заставить людей смириться с тем, что неравенство заложено от рождения — величайшее преимущество, которым мог обладать правящий класс.

Магия была одновременно и доказательством чистоты крови, и удобным способом объяснить, почему одни держат раскаленное клеймо, а другие его получают.

Вот почему.

Элисия Лакшания должна была владеть магией.

— …прости меня.

— Ты не виновата.

Аллетус ласково погладил плачущую дочь по голове.

Комната была завалена разбитыми склянками от зелий, всевозможными магическими книгами, фолиантами и Магической Бумагой.

Однако ничего из этого Элисия принять не смогла.

…несмотря на то, что она перенесла Лихорадку Пробуждения.

«Лучше бы она вовсе ее не перенесла». — с болью, тщательно скрываемой от дочери, подумал Аллетус.

Тогда он мог бы считать ее поздно расцветшим цветком.

Но если это и есть реальность после того, как ее талант раскрылся…

— П-папа. Я… я не маг?

— …что ты, конечно же нет. Ты станешь превосходной волшебницей, совсем как твоя мать. Так что просто подожди еще немного.

Нельзя допустить, чтобы это открылось. Было яснее ясного, что случится, если так открыто подставить шею.

Аллетус стиснул зубы, нежно обнимая дочь.

Ради семьи и ради нее самой.

Он должен был что-то предпринять, чего бы это ни стоило.

***

— Но у меня ничего не получилось.

Я искоса взглянул на Элисию, которая сидела на скамейке, обняв колени, и угрюмо бормотала.

— Вот как.

— Да, как ни посмотри… наверное, я не маг.

— Хм.

Нелепость какая.

Так я подумал, глядя на небо, окрашенное в цвета заката.

В ее истории не было ничего удивительного. По правде говоря, я и не слушал особо внимательно. У каждого найдется пара-тройка постыдных семейных тайн.

Тем не менее, слушая вполуха, я в итоге узнал, с кем именно изменял жене садовник Элисии.

Казалось, новая информация лилась из нее непрерывным потоком на протяжении трех часов. Проще говоря, эта девушка…

Невероятная болтушка.

Я сам удивляюсь, как вытерпел до сих пор. Впрочем, это было не так уж и плохо, поскольку среди потока слов проскальзывали и те сведения, что мне были нужны.

«Пожалуй, я получил достаточно информации».

Более чем достаточно, чтобы составить собственное мнение.

Ее семья не была особенно проблемной, власть их была значительной, и, что важнее всего, Элисия была единственным ребенком.

Это ведь Дерсия сказала мне выделиться?

Она не уточнила, как именно, правда ведь? Я решил, что такой подход тоже приемлем.

Пока я размышлял, как начать разговор, Элисия первой тяжело вздохнула:

— Так что… я не знаю, что мне делать на предстоящей выездной практике…

— Выездной практике?

Слово, которое я слышу впервые.

Элисия кивнула с заплаканным лицом.

— Да. Я должна буду продемонстрировать перед всеми элементальную магию, которой научилась. Они и так уже начали что-то замечать, но я думаю… в этот раз меня точно разоблачат.

Элисия безвольно ссутулилась.

— …что я бракованная.

Сейчас самое время ее утешить?

По привычке я было потянулся, чтобы погладить ее по голове, но одернул руку, подумав, что у меня будут большие неприятности, если я неосторожно прикоснусь к телу аристократки.

— Все в порядке…

Нет, она смотрит на меня.

Я так и не решился коснуться ее головы, поэтому вместо этого похлопал по спине, чтобы успокоить.

— Не будьте так строги к себе. Госпожа Элисия, может, у вас есть скрытый талант?

На самом деле, он у нее есть.

И именно этот талант и блокировал проявление ее элементальной магии.

Даже Магическая Бумага не смогла бы его обнаружить. Вероятно, в тестах на рассеивание магии она показала результат хуже, чем у обычного человека.

Так что… Хьюинс был прав.

Эта девушка и впрямь была злодейкой, которая нарушала магию волшебников вокруг себя.

Судя по тому, что на мое Глубокое Море это не действовало, ее способность, должно быть, влияет только на еще неокрепших магов-новичков.

Перспектива не самая радужная, но если она разовьет свой дар, это может в конечном итоге помочь и мне.

Пока я с жадностью пялился на ее блестящие серебряные волосы — для меня они были не хуже золотого гоблина — она решительно покачала головой.

— Тогда ты, должно быть, уже все понял. Даже если я чему-то научусь позже, что с того? Если я снова провалю демонстрацию на этой выездной практике, на меня повесят клеймо отстающей ученицы.

— Это и впрямь ужасно.

— Да. Если бы я смогла пережить эту практику, может, потом я бы притворилась больной и как-нибудь выкрутилась… но это не сработает. Правда. Если бы я только могла использовать магию хотя бы вполовину так же хорошо, как другие… нет, даже слабее, мне бы не пришлось так переживать.

— Возможно, еще не все потеряно. Давайте попробуем еще разок.

— …что?

— Я всего лишь уборщик, так что откуда мне знать, но, полагаю, вы приложили немало усилий, пытаясь проявить магию.

— Э-э, да.

— Может быть, именно сейчас эти усилия наконец дадут плоды. Давайте попробуем еще раз, прямо здесь.

— О чем ты говоришь? — Снова спросила Элисия с ошарашенным видом.

Конечно, после тысяч, а то и десятков тысяч неудачных попыток, она, должно быть, знала, что ничего не выйдет.

Так что моя внезапная идея попробовать еще раз вызвала вполне естественную реакцию.

Вместо того чтобы убеждать, будет быстрее просто создать условия. Я бросил метлу, которую держал, перед скамейкой.

— Мне бы хотелось самому увидеть магию. Пожалуйста, я искренне вас прошу.

— …я же сказала, не сработает.

Элисия проворчала, но, увидев серьезность на моем лице, все же подняла руку.

— Я делаю это только потому, что ты мне однажды помог, ясно? Это так унизительно… ху-у-уп!

С милым выкриком Элисия вперилась взглядом в метлу и изо всех сил попыталась сотворить заклинание.

Или, точнее, так это выглядело. Поскольку ничего не происходило, откуда мне было знать наверняка?

— Хнннннгх!..

Она сосредоточилась настолько, что ее лицо покраснело.

Пусть даже это было по просьбе уборщика, который однажды ей помог… она прилагала достаточно усилий, чтобы это тронуло.

Естественно, я должен был помочь. Я отступил на шаг назад и активировал магию.

— …а? О!

Подул ветер.

Он не был естественным. Метла неуклюже поднялась и, пошатываясь, двинулась к нам.

Элисия, с лицом, полным недоверия, прикрыла рот рукой.

— Я-я использовала магию!..

Метла продолжала приближаться, и Элисия, охваченная эмоциями, протянула к ней дрожащую руку.

Хвать—!

Я поймал ее.

Конечно же, я.

— …а?

Элисия, чья рука застыла в воздухе, с недоумением посмотрела на метлу, зажатую в моей руке.

Вскоре наши взгляды встретились.

Крохотная звезда, плещущаяся в ее глазах.

Неоспоримое доказательство того, что я — маг. Выражение ее лица менялось несколько раз.

«Ты!..» — торжествующий взгляд, говорящий: «Я так и знала!»

«Но…» — растерянный взгляд, вопрошающий: «Как уборщик может…?»

«Не может быть!» — яростный взгляд, кричащий: «Ты что, издевался надо мной?!»

Это было, честно говоря, впечатляюще. Так четко выразить свои эмоции за три секунды — может, ей стоило стать актрисой?

Поскольку последнее выражение было самым сильным, я склонил голову и извинился.

— Прошу прощения. Это было грубо с моей стороны.

Изначально я планировал просто сказать: «На самом деле, это был я», и на этом закончить, но ее реакция оказалась слишком забавной, и я перегнул палку.

К счастью, Элисия, видимо, не желая признавать, что разозлилась, скрестила руки на груди и смерила меня взглядом.

— Н-ничего страшного. Но какого черта? Ты аристократ?

— Было бы неплохо. Тогда мне не пришлось бы подслушивать лекции.

— …так ты ошивался здесь все время, чтобы подслушивать уроки?

— Да. Я делаю это и на уроках других детей, не только здесь.

Раз уж я раскрыл, что я маг, скрывать было больше нечего.

Элисия склонила голову набок и спросила снова:

— Зачем ты это делаешь? Хочешь научиться магии?

— Да. Истинно, я искренне хочу научиться.

Потому что это мой последний шанс.

Увидев меня таким, Элисия слегка кивнула, словно поняв.

— Кажется, я понимаю, о чем ты. У меня в каком-то смысле то же самое… но погоди, так ты маг, хотя ты простолюдин? Ха-ах, тогда кто же я такая…

— А вы, случайно, не злитесь из-за того, что я маг?

— Раздражает. Простолюдин — маг, а я нет.

— Я имею в виду, вы злитесь настолько, чтобы захотеть меня убить?

— …?

Элисия посмотрела на меня с искренним непониманием.

— Э-э… с чего бы мне убивать тебя из-за такого?..

Этот взгляд, словно она смотрела на психопата, успокоил меня. По крайней мере, по этой причине меня не отвергнут.

Хотя, если подумать, вряд ли это повод для облегчения. Я кашлянул и продолжил:

— Госпожа Элисия. Прошу прощения, что поднимаю этот вопрос при нашей второй встрече, но… не хотите ли заключить со мной сделку?

— Какую сделку?

— Я буду использовать магию за вас во время этой выездной практики или как ее там.

На этот раз я поднял метлу на десятки метров в воздух с помощью потока, затем резко опустил ее и заставил свободно маневрировать.

Элисия смотрела на меня с ошарашенным видом, пока я выполнял этот довольно отточенный высокоскоростной маневр.

— Б-без единого заклинания… ты гений?

Вовсе нет. Но я позволил ей так думать.

Потому что это мне на руку.

— И я обещаю, что сделаю так, чтобы вы смогли использовать магию.

— …хмф.

Я говорил серьезно, но Элисия лишь фыркнула в ответ.

— Ты хоть знаешь, сколько магов пытались меня «починить»? Все они потерпели неудачу и ушли.

— Проблема в том, что они пытались вас вылечить.

Это не болезнь, так что лечить тут нечего.

К тому же, проблема в том, что ее дар просто на слишком высоком уровне.

Если бы они не были жалкими магами-новичками, как я, их бы в первую очередь не обеспокоила эта магия, которая мешает магии.

— Конечно, вам не обязательно верить мне прямо сейчас. Но разве вам не нужно хотя бы пережить эту выездную практику?

— Но учителя узнают…

— Используйте власть своей семьи, чтобы надавить на них. Что они сделают? Объявят, что в классе есть отстающая ученица, и наживут врага в лице вашего дома? Или просто будут держать язык за зубами?

— …

Элисия выглядела раздираемой сомнениями.

Судя по всему, что она наговорила, она действительно хотела пережить эту практику.

— Тогда…

Это был первый раз, когда я признался аристократу, что я маг.

Даже у меня сердце колотилось в ожидании ее ответа. И тут она спросила тоном, похожим на мой — нервным, с ноткой надежды.

— Ч-что ты хочешь от меня?

— Ничего особенного. Мне бы хотелось лишь одного представления.

— ?..

Я тепло улыбнулся и сказал:

— Могу ли я встретиться с вашим отцом?

***

— Эй, как по-твоему, что это за мир?

Это место было пыточной камерой.

С потолка капала гниющая вода. Стены были испещрены царапинами от ногтей и покрыты засохшими, побуревшими пятнами крови.

Среди смрада, от которого сводило горло при одном лишь вдохе, мужчина, державший пилу, с которой все еще капала свежая кровь, спросил дружелюбным тоном:

— М? Ну же, отвечай.

— …з-за что вы так со мной…

Пленник, привязанный к стулу, чье тело уже едва напоминало человеческое, молил о последней милости.

— Просто… просто убейте меня…

— Нет, что ты такое говоришь? Нельзя так легко отказываться от жизни. Просто ответь на вопрос, и я оставлю тебя в живых.

Его жизнерадостный тон, совершенно неуместный в этой обстановке, заставил пленника содрогнуться.

— Я… я…

— Как по-твоему, что это за мир? М?

— Я… я не…

— Ах, черт, как же муторно!

Мужчина раздраженно цокнул языком и швырнул пилу.

Лязг—!

От неприятного скрежета металла привязанный к стулу человек дернулся и застонал.

— У-угх…

Бормоча себе под нос, мужчина снова поднял пилу и схватил ведро, наполненное грязной водой.

— Приди в себя. Мы не закончим, пока ты не заговоришь.

Хлюп—!

Когда ему в лицо плеснули водой, залитое кровью зрение пленника прояснилось, и он снова смог разглядеть лицо мужчины.

Огненно-рыжие волосы, которые, казалось, ни разу в жизни не стригли, глаза, мерцавшие безэмоциональным блеском, и кожа, испещренная пятнами и воспалениями от ожогов.

При виде этого существа, больше похожего на монстра, чем на человека, пленник в полном отчаянии опустил голову, оставив всякую надежду.

— А, а-а-ах…

— Ах, черт, серьезно. Опять сломался.

Почесав голову, мужчина вздохнул и взмахнул пилой в сторону.

Голова, когда-то принадлежавшая пленнику, отделилась слишком легко.

Все еще вздыхая, мужчина небрежно толкнул стул, к которому был привязан труп, опрокинув его. Это не было осмысленным действием. Он просто по опыту знал, что так потом будет удобнее спускать кровь.

— Что за хрень эта «падение»? Это чертовски сложно.

Он выполнял приказ своего нового хозяина… но дело шло не совсем гладко.

Может, ему следовало точнее следовать инструкциям, даже если это было немного рискованно.

Мужчина вышел из комнаты и схватил со стола листок бумаги.

[…следовательно, чем моложе субъект, тем лучше.]

Он проигнорировал надоедливую первую часть. Все равно ничего не понял.

Видимо, старые маги не годились.

«Что ж, у меня уже все готово…»

Он планировал исчезнуть, как только это дело будет сделано.

Так что, даже если аристократы придут в ярость, это не будет иметь значения.

Напевая мелодию, мужчина вышел из комнаты, чтобы заняться приготовлениями.

Много ему было не нужно. Ему просто нужно было вызвать «падение» у двух-трех человек.

Багровый Круг большего и не просил.