Рост IV

Как и ожидалось, Дерсию, мага Девяти Звезд, нельзя было недооценивать.

— …я поправлю две ваши фактические ошибки.

В мгновение ока она взяла себя в руки и бросила на меня свирепый взгляд.

— «Усыновление» не входило в условия. Речь шла лишь о том, чтобы принять вас в ученики.

— Не лучше ли будет сначала усыновить меня, раз уж вы собираетесь принять меня в ученики? В противном слу-чае, я все еще числюсь в Приюте. Не вызовет ли это юридических проблем?

— Закон не может меня связать. И еще, разве вы не поняли из того факта, что я не пришла искать вас? Слухи о вас еще не дошли до моих ушей.

— Правда?

— …я слышала о ребенке, который спас 30 детей аристократов. Однако, поскольку я узнала об этом, спросив сама, это не считается.

Как строго.

Что ж, как только станет известно, что я учитель Элисии, она услышит об этом. Это лишь вопрос времени.

Дерсия вздохнула и снова открыла свою книгу.

— Что за абсурдную чушь вы несете ни с того ни с сего… и кто этот ребенок позади вас?

— Элисия, иди поприветствуй ее.

— У-у-ух…

Элисия поколебалась, затем шагнула вперед и низко поклонилась.

— З-здравствуйте… меня зовут Элисия…

— Ученица вашего ученика.

— Я, кажется, сказала, что вы еще не мой ученик.

— У нее довольно необычный нрав, так что я подумал, госпожа Дерсия может счесть ее интересной. Госпоже Дерсии ведь нравятся интригующие вещи, правда? Поэтому и я вам понравился.

— Хм-м…

Я был весьма уверен в себе. То, что Дерсия жаждала новых знаний, я знал наверняка.

Но… Дерсия, фыркнув, скривила губы в усмешке.

— Джерн. Ты все еще не очень хорошо себя понимаешь.

— …?

О чем это она?

— Что я люблю интересные вещи… да, это очень грубо сокращенная фраза, но… это правда. Я считаю себя книгой, а книги существуют, чтобы записывать.

Странный образ мыслей. Неужели все эльфы такие?

— Из-за этого предпочтения я искала. За почти тысячу лет я записала бесчисленное множество вещей. Я много видела и еще больше приняла. Благодаря этому, даже если я сейчас вижу что-то незнакомое, я могу это понять.

Внезапно Дерсия замолчала. Ее затуманенные глаза остановились на мне.

— Но я совершенно не могу понять тебя. Я не могу постичь ничего в тебе. Как ты стал таким. Как ты используешь магию этого мира из того, другого мира. Как… ты так думаешь. Совершенно ничего.

— Э-э, то есть, кроме меня, вам никто не интересен?

— На данный момент, да.

Дерсия, небрежно выпалив фразу, которая звучала как от сталкера, сделала глоток кофе.

Нужно носить с собой свисток, чтобы звать имперских солдат при встрече с Дерсией — подумал я, усердно рекламируя Элисию.

— И все же, она действительно интересная, знаете ли. Этот ребенок отвергает магию, даже стирает ее.

— Разрушение магии, сопротивление магии. Все это я поняла более ста лет назад. Даже если она может это делать, это не так уж и удивительно.

— Но она может скоро пасть в Бездну?

— Это было бы интересным событием. Я проверю, когда это произойдет.

— …

Она действительно не выглядела заинтересованной.

Но это не значило, что у меня не было вариантов. Изначально я принес эту весть, чтобы завоевать ее благосклонность, но я мог просто использовать и другой подход.

— Пожалуйста, подождите минутку.

— ?..

Я пошел к карете и принес магические книги, которые упаковал на всякий случай.

— Тогда давайте договариваться. Это магические книги, которые я взял из Архивов Аристократов, и если вы просто немного взглянете на нее, я позволю вам их прочитать.

— Думаете, я их не видела? Даже если они были в Архивах, я видела почти все из них так или иначе. К сожалению, все, что здесь есть — это то, что я уже читала.

Дерсия подперла подбородок рукой и пристально посмотрела на меня.

— Вы сказали «почти»?

— Да. Верно. И не только это. Я читала все магические книги семьи Лайтруд. Даже если вы принесете что-то другое, это не сработает.

— Это на самом деле хорошо.

— …что вы сказали?

— Когда вы говорите «почти», это значит, что вы видели не все из них, верно?

— Это правда.

— По совпадению, госпожа Дерсия не могла бы знать, потому что вы не «слышали» об этом, но я спас и других аристократских детей и заслужил их благодарность.

— ….

При этих словах Дерсия слегка приоткрыла глаза, словно удивившись.

— По крайней мере, одолжить несколько магических книг из Архивов Аристократов спасителю ребенка не должно быть так уж и сложно, согласны? Теперь, пожалуйста, напишите магические книги, которые вы хотели бы прочитать. Я попрошу одолжить только их.

Я ловко подвинул бумагу и ручку по столу к Дерсии и прямо встретил ее взгляд.

В ее глазах появилось удовлетворение. Должно быть, это был своего рода тест.

— Вы довольно красноречивы.

— Это все, что у меня есть.

Затем я щелкнул пальцами и притянул к себе Элисию, которая в отдалении теребила пальцы.

Элисия, которая колебалась, была притянута, словно связанная невидимой веревкой.

— Кья-а!

— Объясните мне. Вы говорите, она вмешивается в магию?

— Ах, да.

Я активировал элементальную магию и показал, как она нарушается.

— Вот так. Видите поток?..

— Вы уже достигли этой стадии? Быстро.

— Я лишь слышал об этом.

Дерсия внимательно наблюдала за этим, затем перевела взгляд на Элисию.

— Ты сказала, тебя зовут Элисия, верно?

— Да…

— Могу я услышать твое Постижение?

— А? П-постижение, что это?

— Это правило построения внутреннего мира, которым никогда нельзя делиться с другим магом. Хотя в этот раз, полагаю, у нас нет выбора, кроме как услышать его.

— …

Я бросил на Дерсию свирепый взгляд.

Она легко отмахнулась от него и пожала плечами, обращаясь к Элисии, словно говоря: только если ты соглас-на.

— Я не смогу тебе помочь, если не услышу его.

— А, нет. Я могу сказать. Но… я не совсем уверена, что я постигла…

Дерсия успокоила встревоженную Элисию.

— Ничего особенного. Тебе нужно лишь ответить на несколько вопросов.

— Хорошо…

— Элисия, ты… веришь, что магия действительно существует?

— …?

Что это за вопрос?

Элисия была так же сбита с толку, как и я, и ответила:

— Да, конечно. Мой папа тоже маг.

— Тогда считаешь ли ты магию естественным явлением?

— …

Элисия не смогла ответить.

Ее губы слегка шевельнулись, а затем на ее лице появилось недоуменное выражение, словно она не понимала, почему так реагирует, и она долго и упорно думала.

— Ну, я не знаю. Она не кажется естественной…

— Хм-м.

Дерсия посмотрела на меня и ухмыльнулась.

— Она определенно в опасном состоянии. Если бы она ответила «да» на тот первый вопрос, я бы сказал вам готовиться к ее похоронам…

— Ладно! Элисия, почему бы тебе не отдохнуть немного в карете? Я получу рецепт от моего учителя.

— Э, хорошо!

Я отправил Элисию прочь и свирепо посмотрел на Дерсию.

— Она все еще ребенок. Не стоит говорить такие вещи при ней.

— Мои извинения. Единственный человеческий ребенок, которого я знаю, обычно относится к своей смерти с безразличием, так что я допустила ошибку.

— …

На это у меня не нашлось слов.

Дерсия достала листок бумаги и начала медленно что-то записывать, продолжая говорить:

— Она еще не пала. То, что она в опасном состоянии, однако, неоспоримо.

— Есть ли способ ей восстановиться?

— Восстановиться…

Она недоверчиво рассмеялась.

— Вся жизнь стареет с течением времени, слабеет в жизненной силе и приходит к заключению, известному как смерть. Будь то короткоживущие или долгоживущие, они боятся и сопротивляются неизбежному концу. Думаешь, хоть одно существо когда-либо избежало его?

— Нет.

— Именно. Старение — это не то, что можно вылечить. Это явление, закон мира. Мир этого ребенка просто так устроен. Изменить мир невозможно, так что она должна приспособиться.

— А, ясно.

Она несет какую-то чушь.

— Тогда… сможет ли она приспособиться?

— Этот ребенок отвергает саму концепцию магии. Она сама этого не знает, но она достигла Постижения ненависти к магии.

— Ненависти?

— Да. Поскольку ее природа так чиста и хрупка, к счастью, она даже не осознала своей собственной ненависти. Если она сможет сохранить это сердце, она не падет. Однако, если ты хочешь, чтобы ее состояние улучшилось, ей придется столкнуться со своей собственной болью и преодолеть ее.

— Хм-м… понятно.

История о ее матери.

Мне стоит услышать ее снова.

Пока я об этом думал, Дерсия заговорила о чем-то странном.

— Ты планируешь сделать ее союзницей?

— …простите?

— Я спрашиваю, планируешь ли ты заставить ее пасть.

— …

Я тупо смотрел на нее, не понимая, о чем она говорит.

— Не злись так. Это простое уточнение. Разве ты не говорил, что сделаешь все, чтобы выжить?

— Говорил.

— Ты нашел довольно забавную возможность. Использовать эту способность отторжения, чтобы уменьшить ношу на себе… разве не об этом ты думаешь?

— Это тоже верно.

— Есть более простой и легкий метод, чем развивать эту способность.

Дерсия прошептала, как демон, а не эльф.

— Увеличивай своих союзников. Заполняй недостатки своего собственного мира другим миром. Это самый рациональный и эффективный метод, избранный теми, кто падает в Бездну. Вместо того, чтобы медленно раз-вивать эту способность отторжения, заставить ее пасть и привыкнуть к тому миру будет гораздо быстрее. Разве ты не осознал, что у тебя не так много времени осталось?

— Сладкое предложение.

— Да. Если ты собираешься продолжать бороться, лучшей возможности не представится.

Я взглянул в сторону кареты.

Тонущий человек не видит, что впереди. Он протягивает руку и хватает все, что поблизости, будь то спасательный круг, другой человек или что-то еще.

Я не думаю, что это плохо. Нет, я даже не думаю, что это вопрос добра и зла.

Самое важное — это собственная жизнь. Отнимать жизнь, чтобы выжить, называется законом природы. Если ты живешь в этом цикле, отрицать его — значит быть не более чем лицемером.

Последовав этой линии мысли, я четко ответил:

— Я откажусь.

Словно ожидая этого, Дерсия спросила:

— Могу я спросить, почему?

— Я не хочу ошибиться во враге.

— …что ты имеешь в виду?

— Если мы сражаемся с одним и тем же врагом, тогда я думаю, мы союзники.

С точки зрения борьбы против своего собственного мира, Элисия такая же, как я.

У меня не было ни малейшего намерения передавать свою болезнь, чтобы лишь углубить нашу связь как товарищей по несчастью.

Дерсия тупо посмотрела на меня, затем широко улыбнулась.

— Я слышала, ты встретил Багровый Круг.

— Да.

— Джерн, это группа людей, которые сделали другой выбор, нежели ты. Что ты о них подумал?

— Поистине, кучка гребаных ублюдков. Я никогда не хочу становиться таким, как они. Вы случайно не знаете о них?

Дерсия встала, открыла дверь и вышла.

Как раз когда я задавался вопросом, что это сейчас было, она вернулась с древним, покрытым пылью документом в руке.

…что ж, телепортация ожидаема от мага Девяти Звезд.

— Материалов не так много. Как я уже говорила, они объединились, чтобы выжить, латая раны друг друга, хотя их цель была иной.

— Какой?

— Той же, что и у любого обычного мага. Достичь Небесного Предела.

— …?

Пока я недоуменно склонял голову, Дерсия развернула пергамент и объяснила.

— Ты слышал, что Небесный Предел и Бездна чрезвычайно близки. Багровый Круг придумал из этого хитроумную идею. Чтобы достичь неба, нужно сначала достичь самых глубоких глубин…

— Только не говорите…

— Да. Их цель не просто увеличить число союзников. Они делают все возможное, чтобы достичь Небесного Предела и сбежать из бездны. По их терминологии… они называют это «Трансценденцией».

— И что вы думаете об этом, как маг Девяти Звезд?

— Это жалкая идея, не стоящая даже обсуждения. Есть поговорка, что у падающего нет крыльев. Тогда, думаешь, они останутся у того, кто уже упал? Они не могут оттуда вернуться.

— …

— Однако ради этой цели они потратили последние несколько сотен лет, создавая и управляя магами бездны, и при этом им удалось систематизировать свои собственные структуры и терминологию, и стандартизировать мир.

— Стандартизировать?

— Да. Они разделили и назвали весь искаженный мир, открыв его характеристики и способы выживания.

При этих словах я почувствовал, как заколотилось мое сердце.

— Так это значит…

— Глубокое Море также может существовать в этом.

— …

Увидев взгляд моих глаз, полных мыслей, Дерсия дала совет.

— Вряд ли это та же организация, что и Багровый Круг из прошлого.

— По крайней мере, у них определенно есть своя терминология. Они бормотали странные вещи, вроде «Три Зла».

— «Три Зла»?..

— Я думал лишь избегать их… но, может, мне стоит попытаться установить контакт?

— Тебе стоит. Однако…

— После того, как я наберусь сил.

— Верно.

Я думал бежать при первом же их появлении, но оказалось, все наоборот.

Это я должен был их искать.

Глядя на меня, Дерсия нахмурилась и вздохнула.

— …я правда не понимаю.

— А?

— Джерн, ты умственно слишком зрел. Твои суждения более способны, чем у большинства магов, и ты обладаешь чувством целостности, которое строго придерживается твоих собственных решений. Иногда ты пытаешься перейти черту, но это лишь до милой степени, так что я даже не злюсь.

— …ах, да, спасибо.

Что это на нее нашло?

— Это не был комплимент. Бездна — это конец, в который падают искаженные существа. Это не место для кого-то такого психически здорового, как ты.

— Вот поэтому я тоже расстроен. Я такой чистый и нежный ребенок.

— Да, определенно в пределах милого.

Дерсия коротко хихикнула и сделала заявление.

— Я планировала немного подождать, думая, что было бы неправильно брать в ученики умирающего сироту… но теперь это кажется бессмысленным. Ты слишком хорошо знаешь, как вызвать мой интерес. Тот факт, что ты спас этих детей, отличался от моих ожиданий, но это, тем не менее, блестящий поступок.

— Так это значит…

— Да, я уступаю. Я скоро приду за тобой.

— …неужели вся эта процедура действительно необходима?

Увидев мое кислое выражение лица, Дерсия ответила с улыбкой:

— Ты, вероятно, удивишься.

Словно глядя на ребенка, который ничего не знает.

— Как только ты поймешь, что для других значит, когда я беру кого-то в ученики.

Я понял это только позже.

Мне следовало подумать над этими словами более тщательно.