Пути к отступлению отрезаны
— Братик? — моя милая младшая сестрёнка, слегка склонив голову набок, вновь обрушивает всю мощь своего давления. Кажется, её гнев уже миновал стадию кипения, отчего теперь окутана пугающей темной аурой, при всем этом продолжает безмятежно улыбаться.
«Хина, умоляю, не перенимай дурные привычки у Марии!» — мысленно взывая к благоразумию сестры...
— Сираюки, Эмера, прекратите этот фарс! — ... торопливо начинаю объясняться. — Эмера, ты никогда так не разговаривала, вернись к своей обычной манере общения!
«Я пытаюсь исправить ситуацию, ведь эта подчеркнутая, неестественная покорность лишь укрепляет подозрения Хины.»
— Н-но... после того как... — объект изменений в ответ лишь сильнее краснеет. — ... подавили всем телом... заставив познать чувство абсолютного подчинения... просто не могу вести себя как раньше... — она обхватывает плечи руками и мелко дрожит, словно в лихорадке, а её тело изгибается от необъяснимого трепета.
Глядя на эту неописуемую красавицу, пребывающую в столь странном состоянии, лишь прикладываю ладонь ко лбу.
«Безнадёжная девчонка всё-таки сделала добить решила!»
И в тот же миг я чувствую, как чья-то рука мягко ложится мне на плечо. С опаской обернувшись, обнаруживаю подле себя сияющую улыбкой Хину.
— Братик... ты ведь возьмёшь на себя ответственность, верно?
Сия улыбка не терпит возражений. Пожалуй, это первый раз в жизни, когда ощущаю истинный страх перед собственной сестрой.
— Да нет же, какая ещё ответственность...
— Вообще-то у меня есть видеозапись. — шепчет на ухо Сираюки, приподнявшись на цыпочки.
«Неужели она решила прибегнуть к шантажу?!»
— Только попробуй показать это Хине! — шепотом обрываю я её.
Сестрица после такого точно ко мне охладеет, да и вообще, ей, как маленькой, такое смотреть ещё рано! Хотя мы и ровесники.
— Вовсе не собираюсь использовать запись во вред, однако... прошу вас, подумайте. Какая Эмера-сама для вас предпочтительнее: нынешняя, послушная, или же та, прежняя, высокомерная королева? — Сираюки продолжает говорить вполголоса, пока всеми силами пытаюсь её утихомирить.
«Доля истины в её словах есть: по сравнению с прежней, которую знал по школе, нынешняя вряд ли решится на какую-нибудь пакость, да и раздражает куда меньше. Более того, учитывая её неземную красоту, в таком состоянии кажется даже милой. Но боже мой, разница в поведении настолько колоссальна, что становится не по себе! Буквально пробирает озноб от таких перемен.»
— Если она будет вести себя так в школе, все вокруг просто лишатся дара речи, поднимется невероятный шум!
«Обо мне могут поползти самые скверные слухи. Поверить в то, что надменная королева Эмера вдруг превратилась в покорную служанку, решительно невозможно.»
— Но если вы заботитесь о безопасности госпожи Хины, то демонстрация преданности Эмеры и статуса вашей невесты будет лучшим решением. — Сираюки, видя замешательство, пытается достучаться до моего разума.
«Видимо, ей самой нынешняя, слегка 'неисправная' и охваченная странным жаром госпожа кажется куда более безопасной и удобной в обращении, нежели прежняя гордячка. Что касается сестры, то в школе многие подчиняются Эмере, а вред моей сестре причинили как раз те, кто хотел выслужиться перед королевой. Если эти подпевалы поймут, что родственница моя — сестра человека, к которому Эмера питает нежные чувства, они и пальцем её не тронут. Это я понимаю, однако для такой защиты вполне хватило бы и простого статуса жениха. В той школе вряд ли найдётся безумец, способный пойти против члена семьи того, кто связан узами с семьёй красавиц-близняшек.»
— В общем, Эмера... в школе веди себя как обычно, прошу тебя.
«Дома проводим много времени вместе, и скрывать перемены сложно, но в школе наши пути почти не пересекаются, можно и постараться.» — с сей мыслью я обращаюсь к ней с просьбой.
— Я приложу все усилия... — кивает девушка...
... но в моей душе поселяется стойкое сомнение. Кажется, в школе мне лучше держаться от неё подальше.
«И ещё, Сираюки-сан, перестань смотреть на меня так, будто едва сдерживаешься, чтобы не цыкнуть от досады из-за того, что всё пошло не по-твоему. Скверный характер твоей госпожи просто не исправить.»
— Сегодня ночью мне придётся спать в одной комнате с тобой... — внезапно подаёт голос Фурэй, заглядывая мне в лицо. — Ты собираешься сделать со мной то же самое, что и с сестрой?..
Сам того не замечая, оказываюсь в кольце четырёх прекрасных дев.
— Да ничего не собираюсь делать!
Стоило в порыве смущения начать всё отрицать, как Сираюки-сан издаёт короткий смешок. Её улыбка красноречиво говорит: «Ну-ну, рассказывай». Понимаю её скепсис, но, честное слово, перестань замуровывать мои пути к отступлению! В конце концов Хине приходится вернуться к плите со словами: «Ой, сейчас всё подгорит!», благодаря чему ситуацию удаётся замять, но тревога за будущее не покидает.
К слову, после завтрака Льдышка невозмутимо заявляет, что раз этой ночью ей поспать не удалось, прогуляет школу и завалится в кровать. Фурэй же внезапно решает взять Мя-сан с собой на занятия, а Эмера с самодовольным видом обещает «уладить вопрос с администрацией», отчего мне приходится потратить немало сил на чтение нотаций этим двоим.