Послушная королева

— Ой, доброе утро, братик!

Переодевшись в чистую домашнюю одежду вместо промокшей до нитки, выхожу в гостиную: пока Эмера и Сираюки-сан занимают ванную, остаётся лишь смиренно дожидаться своей очереди. Сестренка, вставшая ни свет ни заря ради приготовления завтрака и бэнто, одаривает меня лучезарной улыбкой.

— Доброе утро, Хина. И тебе... доброе утро, Фурэй. Не ожидал застать тебя бодрствующей в столь ранний час.

Обращаюсь к младшей из близняшек, которая с нескрываемым удовольствием растянулась на диване, прижимая к себе Мя-сана и лениво поглаживая его пушистую шерстку. Глядя на её вечно расслабленный, лишённый всякой жизненной энергии вид, пребывал в полной уверенности, будто относится к тому типу людей, что нежатся в постели до самого последнего мгновения, отчего сия картина искренне изумляет.

— Мм... утро... Мя-сан проснулся рано... вот и я... встала...

«А, выходит, это кот её разбудил. Впрочем, зная девицу, она наверняка бы просто перевернулась на другой бок и заснула вновь, следовательно, истинная причина её раннего подъёма кроется в желании подольше потискать зверька. С самого вчерашнего дня она ни на шаг не отходит от него, что лишь подтверждает её искреннюю любовь к маленьким животным. Удивительно и то, что сам Мя-сан совершенно не выказывает недовольства подобным вниманием.»

— Если... тоже хочешь погладить... можешь сделать это...

Почувствовав мой пристальный взгляд, Фурэй замирает и смотрит на меня снизу вверх своими глубокими глазами.

«Вообще-то не то чтобы горел желанием, но, заметив, что рядом с её головой на диване как раз хватает места для одного человека, всё же опускаюсь подле неё. Стоит протянуть руку к котику, как происходит неожиданное.

— Не туда...

Фурэй мягко, но настойчиво подставляет собственную голову под мою ладонь. Оказывается, предложение «погладить» относилось вовсе не к коту, а к ней самой.

— Фурэй, признайся, ты ведь просто хотела, чтобы приласкал именно тебя?

— Говорят... парням, которые не озвучивают подобные вещи... живётся проще...

Судя по всему, сие есть тонкий намек на то, что мне следовало бы помалкивать. У меня нет цели стать первым красавцем в округе, однако девушка, при всей своей отстранённости, всё же оказывается натурой весьма ласковой и ищущей внимания. Её волосы на ощупь просто великолепны, напоминают нежнейший шёлк, вот только прекрасно помню: стоит Эмере увидеть, как глажу сестру её по голове, она тут же впадёт в неописуемую ярость.

И в этот самый момент дверь в гостиную со щелчком распахивается. В комнату входит виновница обсуждений, окутанная облаком влажного пара после горячей ванны. Следом за ней, выглядя на редкость посвежевшей и довольной, шествует Сираюки.

«Надо же, а эта девочка, вопреки своему имиджу ленивой особы, которой всё на свете в тягость, похоже, очень любит водные процедуры. Глядя на пребывающую в добром расположении духа стражницу, стараюсь как можно естественнее убрать руку с головы Фурэй.»

— Что ж, теперь и я пойду ополоснусь.

— Ой? Братик решил принять ванну с самого утра? Как необычно!

Стоит мне подняться с места, как проницательная Хина тут же начинает поддразнивать. Несмотря на бодрый тон, её взгляд становится острым и подозрительным: явно что-то почуяла. Никогда бы не подумал, что настанет день, когда Хина станет смотреть на меня столь обличающим взором.

— Ну, иногда и мне хочется взбодриться под горячей водой в начале дня. — отшучиваюсь, пытаясь сгладить ситуацию, и направляюсь к выходу мимо Эмеры.

Однако в тот миг, когда равняемся, девушка, доселе стоявшая с опущенной головой, внезапно хватает за рукав.

— Ч-что такое?..

Чувствуя неловкость из-за недавних событий в комнате и резкой перемены в поведении девушки, невольно напрягаюсь. И тут она произносит то, чего прежняя версия её не сказала бы и под страхом смерти:

— Эйто-са... Эйто-кун, раз уж ты идёшь в ванную... не позволишь ли мне потереть тебе спинку?.. — щёки её полыхают ярким румянцем, а глаза увлажняются от волнения.

Она вся как-то съёживается и переминается с ноги на ногу, но постойте... мне ведь не послышалось, она только что едва не назвала меня «Эйто-сама»?! В результате не только Хина, но даже Фурэй награждаеттяжелым, полным осуждения взглядом.

— Эйто, что ты сделал с моей сестрой? — обычно ленивая и тягучая речь младшей из школьных королев внезапно становится пугающе четкой и плавной.

«Похоже, утро обещает быть крайне непростым.»

— Д-да ничего не делал! Правда ведь?

Отчаянно не хочу наживать врага в лице Фурэй, но ещё больше боюсь упасть в глазах Хины, оттого в поисках поддержки обращаюсь к Сираюки-сан и самой «странной особе». Увы, служка лишь загадочно улыбается, не спеша подтверждать мои слова.

«Прекрати сейчас же, эта тихая многозначительная улыбка хуже любых обвинений! Ты же буквально кричишь всем своим видом, что между нами 'что-то было'! Впрочем, поведение её кажется сущими пустяками по сравнению с тем, что выкидывает Эмера.

— Всё верно... — лепечет та, стыдливо прикрывая рот ладошкой и извиваясь всем телом. — Он лишь был со мной очень ласков, ничего предосудительного не случилось...

Мне хочется закричать: «Где твоя былая гордость?!» или «Ты что, так решила мне отомстить за прошлую ночь?!», поскольку её ответ звучит как прямое доказательство обратного. Взгляд сестренки становится ещё более суровым.

— Братик?..

— Это недоразумение, вовсе не планировал ничего такого! — судорожно подбираю слова, стараясь избежать дальнейших расспросов и не лишиться доверия сестры.

— Ну конечно, всё вышло совершенно неосознанно, не так ли? — Льдышка наносит сокрушительный удар в спину. — Прошлой ночью вы и впрямь были великолепны.

«Поразительно, ведь до этого момента сия особа всегда выступала скорее на моей стороне! Неужели злится из-за того, что, пусть и нечаянно, позволил себе лишнего в отношении её госпожи? Но если так, почему нельзя было высказать всё в лицо ещё там, в комнате? Теперь же оправдываться поздно, да и перемены в поведении Эмера выглядят пугающе радикальными.»