Застенчивая дева
— Кх... Где я?..
В моей комнате Сираюки-сан, которую уложил на кровать, предварительно сняв с неё пиджак для большего удобства, медленно открывает глаза. Склоняюсь над ней, заглядывая в лицо.
— Очнулась?
— Хм?!
Судя по всему, мой внезапный близкий контакт спровоцировал неожиданную реакцию. Лицо Сираюки-сан в мгновение ока заливается пунцовым румянцем, а сама замирает с широко распахнутыми глазами.
«Хм... Неужели девушка, несмотря на свой ледяной образ, столь застенчива? Помнится, когда гладил её по голове, точно так же оцепенела.»
— По просьбе Фурэй решил приютить тебя в своём доме. — понимая, что она дезориентирована, даю краткое пояснение.
«Пусть реальное положение дел немного отличается от моей версии, детали сейчас несущественны.»
— Когда это вы успели договориться... Ай! — Сираюки-сан пытается приподняться, но сдавленно вскрикивает, прижимая ладонь к челюсти. Её удар был силён, отчего боль всё ещё дает о себе знать.
— Нанёс лечебную мазь, но если боли не утихнут, лучше показаться врачу.
«Как и опасалась Фурэй, там может быть трещина. Я не медик, посему оценить тяжесть травмы достоверно не могу.»
— Нет... всё в порядке... Лучше скажи, зачем ты пустил меня в свой дом? — она смотрит с подозрением и явной настороженностью.
«Для неё выглядит странным, что недавний противник по дуэли так легко согласился дать ей кров.»
— Если бы оставил тебя Эмере, она бы наверняка обошлась с тобой жестоко. Не могу бросать на произвол судьбы ту, кто ради меня фактически себя вырубила.
— Вовсе не ради тебя это сделала... — отвечаю ей искренней улыбкой, отчего Сираюки-сан тут же отворачивается. Хотя для любого стороннего наблюдателя её поступок выглядел именно так, эта девушка, в отличие от Хины, совершенно не умеет быть честной в своих чувствах.
— Просто не хотела оставаться в долгу... Но в итоге, кажется, мой долг только вырос... — горько усмехается. В её усмешке сквозит некая взрослая холодность, совершенно не вяжущаяся с детским личиком.
«Вероятно, она имеет в виду то, что защитил её и принёс сюда. Похоже, действительноона очень серьёзная натура, как и кажется на первый взгляд.»
— Знаешь, если бы ты сама не выбрала путь беспамятства, ничего бы этого не было. Так что, скорее, я сейчас возвращаю тебе долг, разве нет?
— Ошибаешься... ты намеренно спровоцировал госпожу Тэндзёин, приняв весь гнев на себя, чтобы спасти меня. Моё решение потерять сознание было лишь попыткой отплатить за это...
— Так ты заметила...
— Разумеется. Никто в здравом уме не станет злить человека, с которым собираешься вести переговоры, если на то нет веской причины...
«Она удивительно проницательна. Теперь мне ясно, почему Фурэй так дорожит ею. К тому же, обычно она, должно быть, очень предана своим госпожам.»
— Следовательно, теперь снова твоя должница...
— Вот как? В таком случае, не могла бы ты выполнить мою просьбу прямо сейчас?
«Если она так настаивает на понятии 'долга', не стану возражать. Пусть вернет его немедленно, и мы будем квиты.»
— Ничем не могу помочь тебе в противостоянии с госпожой Тэндзёин или Фурэй-самой... — в её глазах вспыхивает стальная решимость.
«Она дает понять, что, несмотря на разовое неповиновение, не собирается полностью переходить на мою сторону.»
— Да, понимаю. Моя просьба касается младшей сестры.
— Той самой особы, что посмела ранить госпожу Фурэй? — при упоминании Хины в глазах Сираюки-сан мелькает тень гнева.
Она старается сдерживаться, но видно, что инцидент с хозяйкой задел за живое.»
— То был несчастный случай, она сделала это не нарочно.
— Мне доложили, что она сама бросилась на госпожу Фурэй.
— Ох уж эти интерпретации... Хина действительно наткнулась на неё, но произошло на повороте, просто не заметила человека, когда грохалось на пол.
После моих объяснений Сираюки-сан закрывает глаза. Кажется, почувствовала, что не лгу.
«Проклятая Тэндзёин-старшая... Она наверняка специально приукрасила историю, чтобы разжечь ярость в подручной младшей сестры. Какая низкая тактика.»
— Значит, хочшеь, чтобы присмотрела за сестрой? Расскажите подробнее, что произошло.
Вкратце описываю события, случившиеся с Хиной, и делюсь своими опасениями. Взгляд Сираюки-сан затуманивается, и она неловко отводит взор. Похоже, не знала, как именно Тэндзёин-старшая расправилась с Хиной, и теперь, осознав, что косвенно способствовала сему , не находит в себе сил смотреть мне в глаза.
— Вот оно как...
— Ты веришь мне на слово? — спрашиваю я, видя её покорный кивок.
— Госпожа Тэндзёин-старшая вполне на такое способна. Она беспощадна к тем, кто смеет ей перечить. Таковы заветы семьи их.
— Значит, это не её личная прихоть, а политика всей семьи?
— Именно... Любой, кто хоть раз оскалил зубы, должен быть раздавлен окончательно, иначе снова наточит клыки и вернется. Чтобы этого не случилось, их с детства учат отнимать у противника всё до последнего.
«Понятно... Если оставить врагу хоть каплю сил, он непременно нанесет ответный удар, став во сто крат опаснее из-за накопленной злобы и полученного опыта. В следующий раз подготовится идеально и выберет самый выгодный момент. Поэтому их стратегия: тотальное уничтожение. Довольно логичное правило для тех, кто стоит на вершине и желает сохранить свой трон. Помню, Мария когда-то говорила нечто подобное. Видимо, для сильных мира сего это норма. Впрочем, когда спросил её: 'Не лучше ли превращать врагов в союзников?', она удивилась и ответила: 'Если ты так считаешь — попробуй. Поглотить ресурс действительно выгоднее, чем уничтожить его. Но знай — это в десятки раз сложнее'. В её словах не было той беспощадности, что присуща роду Тэндзёин.»
— Мир богатеев — та ещё морока... Но то, что они сделали с Хиной, непростительно.
— Да, пожалуй... — Сираюки, кажется, разделяет мои чувства.
— Сообщишь мне их адрес? И ещё, хочу, чтобы ты связалась с Фурэй.
«Кроме меня, только она полностью владеет ситуацией. Уверен, ждёт моего звонка. Эту проблему нельзя просто замять, и через посредничество Сираюки наверняка согласится на встречу.»
— Хорошо... Однако старшая наверняка будет рядом, сие сулит... — отвечая, всё же набирает номер.
Как и предполагал, Фурэй передаёт: «Приходи в особняк... один...». На заднем плане слышны вопли Тэндзёин-старшей: «Хё, немедленно возвращайся!», но, не обращая внимания, просто прерываю звонок. Нет нужды слушать её истерики. Правда, Сираюки-сан после этого одарила меня довольно укоризненным взглядом.
Когда все договорённости были достигнуты...
— Братик, закончила... — Хина, согревшаяся в ванне, тихонько постучала в дверь и заглянула в комнату.
— И вправду... Она совсем не похожа на человека, способного умышленно причинить вред госпоже Фурэй... — шепчет Сираюки, едва завидев мою сестру.
Хина выглядит настолько безобидной, что все сомнения моей гостьи окончательно развеялись.
— Ой... Здравствуйте, я Хина...
— Благодарю за вежливость. Меня зовут Сираюки Коори.
Увидев, что гостья пришла в себя, Хина поспешно поклонилась, и её «телохранительница», поднявшись с кровати, ответила тем же. Обе на удивление ведут себя церемонны.
— Кстати... ведь так и не узнала твоего имени...
— А, точно. Мы ведь познакомились прямо перед тем, как ты внезапно атаковала, верно?
— Угх... потому, что ты проигнорировали меня и заговорил с госпожой Тэндзёин! — пытается оправдаться, хотя явно задел её за живое своей шуткой.
«Впрочем, тогда она просто хотела поскорее закончить дело и лишить сознания противника.»
— Ха-ха, было дело. Что ж, давай заново. Я — Айма Эйто. — улыбаюсь, находя её смущение довольно милым.
Однако реакция следует неожиданная...
— Что?.. — ... Сираюки-сан замирает, глядя на меня так, словно увидела привидение.