Хаотичная битва
Освободившись от чёрной цепи, Цзинь Тун немного размялась и сказала: «Давно пора, дядя! Что тебе от меня нужно? Я жажду битвы!»
«Пока не обращай на него внимания, сосредоточься на том, чтобы сначала достать мне пилюлю Высшего Зенита.» поспешно приказал Хань Ли.
В этот момент все остальные всё ещё были заперты в цепях Фэн Тяньду, так что для него это была прекрасная возможность заполучить пилюлю Высшего Зенита.
Цзинь Тун на мгновение перевела взгляд с Фэн Тяньду на котёл с пилюлями, явно испытывая некоторое замешательство.
В конце концов она сдалась: «Хорошо. Мне всё это время не терпелось впиться зубами в этот котёл с таблетками, так что, думаю, я просто съем его первым...»
Все присутствующие были поражены, услышав это.
Все видели, как она съела сокровища Сяо Цзиньханя и зарождающиеся душу, поэтому они знали, что она не блефует, и если она сейчас съест котёл, то все оставшиеся внутри пилюли будут испорчены!
«Нет! Не делай этого!» поспешно закричал Ло Цинхай в панике.
В то же время синий свет вокруг его тела вздымался мощными синими волнами, и казалось, что цепь, обвивающая его тело, вот-вот разорвётся.
Фэн Тяньду немедленно сосредоточил свои усилия на укреплении своих цепей, чтобы держать Ло Цинхая под строгим контролем. В конце концов, из всех людей во дворце Ло Цинхай был тем, кого он опасался больше всего.
Фэн Тяньду и Ло Цинхай обладали самой продвинутой базой для совершенствования среди всех присутствующих Золотых Бессмертных, поэтому, несмотря на то, что они тоже пострадали от влияния духовной сферы времени Хань Ли, воздействие на них было гораздо менее значительным.
Хань Ли тоже был очень раздражён, когда поспешно крикнул: «В этом котле ещё остались таблетки, которые нужно сформировать, так что ты не можешь их съесть!»
«Я не могу сделать это, я не могу сделать то! Что я могу сделать? Это так раздражает!» ворчала про себя Цзинь Тун, и было непонятно, собирается ли она следовать указаниям Хань Ли, когда летела прямо к огненному морю.
Увидев это, Ци Тяньсяо холодно усмехнулся и остался стоять на месте, наблюдая за Цзинь Тун издалека и не пытаясь догнать её.
Учитывая её ребячливость, Ци Тяньсяо предположил, что она понятия не имеет, насколько опасно это огненное море. Если она влетит в него, то, несомненно, получит сильные ожоги, и тогда он набросится на неё и удержит, а затем постепенно приручит и со временем сделает своим духовным питомцем.
Однако, к его удивлению, Хань Ли тоже бросился за ней и в мгновение ока оказался перед ней.
Затем он сделал странный жест рукой, и над его ладонями вспыхнуло серебряное пламя, когда он погрузил их в огненное море.
Как только его руки коснулись края огненного моря, он тут же нахмурился, и на его лице появилось страдальческое выражение.
Это пламя было гораздо более грозным, чем он ожидал.
Он развёл руки в стороны, и серебряное пламя мгновенно образовало огненный барьер в форме кольца, которое раздвинуло окружающее пламя, открыв круглое отверстие, которое медленно расширялось.
Однако, когда он это сделал, его духовная сфера времени явно пострадала, и все, кто находился внутри неё, немного освободились.
«Поторопись! Я не смогу долго это терпеть...»
Руки Хань Ли уже покраснели от жара, а большая часть рукавов сгорела дотла, но он продолжал, стиснув зубы.
Цзинь Тун тут же расправила крылья и полетела к дыре, но в этот момент сбоку к ней внезапно подлетело облако густого серого тумана, которое появилось перед ней и приняло форму Ци Тяньсяо.
«Отвали!» взревела Цзинь Тун, но Ци Тяньсяо не сдвинулся с места, выпустив из рукавов клубы серого тумана, который мгновенно превратился в семь или восемь гигантских серых питонов, набросившихся на Цзинь Тун.
Цзинь Тун пришла в ярость и немедленно начал атаковать серых питонов.
Тем временем Хань Ли изо всех сил старался удержаться, и его руки стали практически прозрачными, а его духовная сфера временм становилась всё тоньше и тоньше.
«Не беспокойся обо мне, иди и забери пилюлю Высшего Зенита!» поспешно крикнул Ло Цинхай, и четыре Золотых Бессмертных Дворца Цанлю тут же остановились, а затем направили свои силы, чтобы противостоять сфере духа времени Хань Ли, и бросились к котлу с пилюлями.
Ло Цинхай бросил взгляд в ту сторону, а затем задал вопрос Нань Кэ Мэну по голосовой связи. «Ты нашёл способ снять ограничение?»
Нань Кэ Мэн в ответ покачал головой. «Мне удалось найти несколько слабых мест, но я пока не придумал, как обойти ограничение.»
«Всё в порядке, просто скажи этим четверым о слабых местах, которые ты заметил, чтобы у них хотя бы были цели.» ответил Ло Цинхай.
Несмотря на то, что разговор происходил по голосовой связи, Фэн Тяньду видел, что они что-то замышляют, и подумал: «Похоже, у этого твоего ученика есть интересные способности, Великий Дворцовый Мастер Ло. Неудивительно, что ты берёшь его с собой повсюду.»
Говоря это, он сложил печать, и из его одеяния вырвалась чёрная цепь, которая мгновенно пронзила даньтянь Нань Кэ Мэна.
Зарождающаяся душа внутри него была немедленно запечатана Цепью Закона Разделения Истока, а свет в его глазах мгновенно погас.
«Мэн'эр!» воскликнул Ло Цинхай, и выражение его лица резко изменилось.
В то же время синий свет, исходящий от его тела, стал ещё ярче, и он обрушился на цепь Закона Разделения Истока вокруг него, словно бесконечный поток волн.
Выражение лица Фэн Тяньду не изменилось, когда он влил больше бессмертной духовной силы в свои цепи, чтобы подавить Ло Цинхая, но внутри он был очень расстроен.
Он и представить себе не мог, что ограничения вокруг котла с пилюлями окажутся настолько серьёзными, что двое Золотых Бессмертных из его секты погибли здесь, даже не успев вступить в бой. В результате общая сила секты Фу Лин значительно ослабла, и теперь преимущество было на стороне Дворца Цанлю.
Кроме того, Хань Ли доставлял немало хлопот, так что была большая вероятность, что его планы здесь могут быть полностью сорваны.
Прежде чем он успел полностью подавить Ло Цинхая, из цепи, соединённой с телом даоса Ху Яня, внезапно раздался громкий грохот.
Огненный меч Юнь Ни «Ветвь лотоса» вонзился в цепь не более чем в футе от нижней части живота даоса Ху Яня, и розовый цветок, который он внезапно выпустил, взорвался, мгновенно разорвав чёрную цепь.
В то же время Юнь Ни спустилась сверху, и из уголка её губ потекла кровь, когда она пошатнулась и отступила назад.
Даоист Ху Янь тут же подбежал к ней, чтобы поймать, и в его глазах была боль, когда он закричал: «Что ты делаешь? Не будь такой безрассудной!»
«Я в порядке, пока ты в порядке.» мягко сказала Юнь Ни, вытирая кровь с уголка губ.
Даоист Ху Янь нахмурился и хотел сказать что-то ещё, но она покачала головой, останавливая его.
Неподалёку от них Оуян Куйшань всё ещё невольно нёсся к огненному морю, но всё это время его взгляд был прикован к даосу Ху Яню с оттенком зависти и печали в глазах.
Даосы Ху Янь и Юнь Ни переглянулись, после чего в мгновение ока оказались по обе стороны от Оуян Куйшаня.
Взмахнув рукой, Юнь Ни послала в воздух красную ленту, которая плотно обвилась вокруг Оуян Куйшаня и надёжно зафиксировала его.
В то же время даос Ху Янь сделал хватательное движение, и в его руке появился огненный летающий меч.
Он высоко поднял меч и обрушил его на чёрную цепь, торчавшую из даньтяня Оуян Куйшаня, и на цепи мгновенно появилась тонкая алая линия, которая разделила её на две части.
«Примите мою благодарность.»
Оуян Куйшань благодарно кивнул им обоим, и чёрные узоры на его теле медленно исчезли.
Увидев это, Фэн Тяньду нахмурился ещё сильнее и поманил рукой, после чего две разорванные Хань Ли цепи Закона Разделения Истока вернулись в его руки.
«Наконец-то я собрал полный комплект.» пробормотал Фэн Тяньду себе под нос, поглаживая пару цепей.
Затем он поднял руку, и две цепи мгновенно взвились вверх, как пара призрачных змей, затем заползли в его рукав и опустились на землю, как и другие его цепи.
Фэн Тяньду бросил взгляд на цепи под собой, после чего поднял голову и начал хрипло хохотать.
Он протянул обе руки, и кровь начала скапливаться между его пальцами, прежде чем стечь на чёрные цепи под ним.
Всплеск багрового света озарил цепи, и внезапно раздался громкий лязг, когда бесчисленные тёмно-красные цепи пронеслись по земле, словно огромная масса призрачных змей.
Ло Цинхай и остальные, всё ещё находившиеся в ловушке из цепей, мгновенно были окутаны слоями дополнительных цепей, заключив каждого из них в тёмно-красный кокон.
Увидев это, даос Ху Янь немедленно перевернул свой меч вверх остриём и вонзил его в землю.
От кончика его меча мгновенно распространился багровый световой барьер, испускавший волны обжигающего жара, которые отбросили приближающиеся цепи.
Тем временем каждый из четырёх Золотых Бессмертных Дворца Цанлю держал в руках нефритовый значок, который излучал ослепительный голубой свет, образуя квадратный хрустальный дом, который также сдерживал цепи.
«Что нам делать?» спросил один из Золотых Бессмертных Дворца Цанлю, пожилой мужчина, нерешительно взглянув в сторону Ло Цинхая.
«Мастер дворца велел нам в первую очередь позаботиться о сохранности таблеток, так что нам остаётся только следовать его указаниям.» ответил светлокожий учёный.
После этого четверо Золотых Бессмертных начали обсуждать, как защититься от огненного моря и сохранить внутри него Пилюли Высшего Зенита.
Тем временем Цзинь Тун чувствовала, что дворец — слишком тесное пространство для того, чтобы она могла вдоволь сражаться с Ци Тяньсяо, поэтому они сражались за пределами дворца.
Когда масса тёмно-красных цепей стремительно надвинулась на нее, Хань Ли смог лишь тихо вздохнуть и убрать руки. После этого отверстие в огненном море медленно закрылось.
Сразу после этого он подлетел к трио даосов Ху Яня и призвал пару Камней Бессмертного Происхождения, которые использовал для восполнения своей бессмертной духовной силы. В то же время он уже отозвал свою духовную сферу времени.
Одновременно поддерживать свою духовную сферу, использовать три Лазурных Меча Бамбуковых Облаков и высвобождать Пламя Сущности было чрезвычайно тяжело для его бессмертной духовной силы.
«Теперь, когда Бессмертный Пожиратель Золота ушёл, пришло время нам свести счёты.» сказал Фэн Тяньду, глядя на Хань Ли с пылающей яростью в глазах.
Говоря это, он начал приближаться к Хань Ли и остальным, в то время как его нижняя часть тела скрывалась в море огня.