На восток
Солнце только вставало из-за гор, когда я открыл глаза.
Потолок был знакомым — деревянные балки, которые мы сами укрепляли прошлой осенью, когда снег уже засыпал крышу. Справа на стене висела карта континента, вся в пометках. Слева было окно, за которым серело небо Тэцудзана.
Я сел на кровать. Тело не болело — я привык. За год тренировок, драк с бандитами и монстрами мышцы стали крепче, реакции — быстрее. Я уже не был тем растерянным парнем, который полгода учился уворачиваться от камней.
Кольцо «Эхо Леса» на пальце слабо светилось — оно копило ману даже во сне.
— Шинджи! — раздался из-за двери голос Юко. — Вставай. Завтрак готов.
— Иду.
Я натянул рубаху, сунул ноги в сапоги и вышел в коридор.
Гильдия «Ищущие» размещалась в старом здании кузницы. Мы выкупили и перестроили его за первый же месяц после возвращения в Тэцудзан. Два этажа, большой зал, кухня, пять спален, подвал и тренировочная комната на первом этаже — там раньше стоял горн.
Всё это стоило денег. Много денег.
— Юко, — спросил я как-то. — У нас есть столько?
— Будет, — ответила она.
И у неё получилось.
За год гильдия стала известной в Тэцудзане. Не великой — мелкой, но надёжной. Мы брались за любую работу: охрана караванов, поиск пропавших, разведка в предгорьях, даже пара заказов от самого Совета. Денег хватало, чтобы жить, но не чтобы богатеть. Юко вела бухгалтерию железной рукой — каждый медяк был на счету.
— Доброе утро, — сказала Сильфина, когда я спустился.
Она сидела за столом, пила травяной чай и читала какой-то свиток. Её волосы с прядями седины (она говорила, что это от ветра) были собраны в высокий хвост.
— Что там? — спросил я, кивнув на свиток.
— Отчёт от наших людей в Карине. Всё тихо. Ниппон не наступает.
— Император держит оборону.
— Похоже на то.
Я сел напротив. Юко поставила передо мной миску с кашей и кружку молока.
— Спасибо.
— Ешь. Сегодня много дел.
Дел действительно было много.
С утра пришёл купец, который хотел нанять охрану для каравана в Суйдэн. Дорога опасная — пустыня, бандиты, магические твари. Обычно мы не брались за такие долгие задания, но платили хорошо.
— Десять золотых, — сказал купец. — С каждого.
— Пятнадцать, — ответила Юко.
— Двенадцать.
— Четырнадцать.
— Тринадцать. Идёт?
— Идёт.
Купец ушёл довольный. Юко записала что-то в свой блокнот.
— Кого пошлём? — спросил я.
— Сильфину и двух наёмников. Она справится.
— А если нападут?
— Сильфина — ветер, Шинджи. Ветер везде.
Я не спорил. За год Сильфина стала не просто бойцом — она стала лидером. Её уважали наёмники, её боялись враги, её слушались даже дварфы, которые вообще никого не слушаются.
— Шинджи, — сказала она, откладывая свиток. — Тренируешься сегодня?
— Да.
— С Раулем?
— С Раулем.
— Тогда не убивайте друг друга.
— Постараюсь.
Тренировочная комната находилась на первом этаже.
Раньше здесь пахло металлом и углём. Теперь здесь пахло потом и магией. Мы установили манекены, повесили груши, расчертили на полу круги для спаррингов.
Рауль уже ждал меня.
— Хозяин, — сказал он, разминая крылья. — Ты сегодня рано.
— Дел много.
— Дел всегда много. А ты всё равно тренируешься.
— Без тренировок я стану слабым.
— Ты и так слабый. Но слабый ты дерёшься лучше, чем иные сильные.
Я не понял, комплимент это был или оскорбление. С Раулем никогда не поймёшь.
— Начинаем?
— Начинаем.
Мы бились полчаса.
Я использовал рывки, уклонялся от его атак, пытался достать его корпус. Рауль двигался быстрее, но я уже привык. За год я научился предугадывать его движения — не на уровне Расчёта, а на уровне интуиции.
— Ты стал лучше, — сказал он, когда я ушёл от его удара в последний момент.
— Ты стал медленнее.
— Я стал старше.
— Демоны стареют?
— Всё стареет, хозяин. Даже демоны.
Он опустил крылья, сел на пол и тяжело задышал. Я сел рядом.
— Рауль.
— Что?
— Ты счастлив?
Он посмотрел на меня. В его глазах была насмешка, но не злая.
— Демоны не бывают счастливы, хозяин. Мы бываем сыты или голодны.
— А сейчас ты сыт?
— Сыт. — Он помолчал. — И почти счастлив.
Я кивнул.
Мы сидели в тишине и слушали, как за стеной гремят молоты в соседней кузнице.
После обеда я зашёл к Юко.
Она сидела за столом, заваленным бумагами. Свитки, счета, договоры, карты. На стене висела доска с булавками — наши контакты по всему континенту.
— Как успехи? — спросил я.
— Хорошо. — Она не подняла головы. — Контракт закрыли. Сильфина ушла на задание. Наёмники готовы.
— Ты не устала?
— Устала. — Она подняла голову. — Но это моя работа.
— Ты могла бы отдыхать.
— Я отдыхаю, когда считаю.
Я не понял, но спорить не стал.
За год Юко изменилась. Она стала увереннее, жёстче — но не потеряла тепла. Она всё так же заботилась о нас, переживала, когда мы уходили на задания, и ждала у окна, когда мы возвращались.
— Шинджи, — сказала она.
— Что?
— У нас есть новости с востока.
Я сел напротив.
— Говорят, там появился боец. Без магии. Дерётся голыми руками и побеждает магов.
Моё сердце забилось быстрее.
— Хироши?
— Не знаю. Но похоже.
— Где именно?
— На восточном континенте. Дальше наши информаторы не добрались.
Я сжал кулаки. Год поисков, год ожидания, год надежды. И вот — первый след.
— Мы должны идти, — сказал я.
— Знаю.
— Я не брошу гильдию.
— Знаю.
— Ты справишься без меня?
Она посмотрела на меня. В её глазах не было страха.
— Справлюсь.
Сильфина вернулась через два дня.
Она была уставшей, но довольной. Караван доставили в целости, бандитов разогнали, наёмники получили плату.
— Молодец, — сказал я, когда она зашла в гильдию.
— Я знаю, — ответила она, плюхнулась на стул. — Есть хочу.
Юко принесла суп. Сильфина ела молча, не поднимая головы.
— Сильфина, — позвал я.
— М?
— Я хочу на восток.
Она подняла голову.
— На восток?
— Там Хироши.
— Ты уверен?
— Нет. Но должен проверить.
Она отложила ложку.
— Ты не пойдёшь один.
— Я возьму Рауля и Ульфара.
— А я?
— Ты нужна здесь.
— Мне плевать.
— Сильфина…
— Мне плевать, Шинджи. — Она посмотрела на меня. — Я не останусь здесь, пока ты будешь искать друга. Я пойду с тобой.
Я смотрел на неё. В её глазах горел ветер.
— Хорошо, — сказал я. — Ты идёшь со мной.
Она кивнула.
Мы сидели у камина. Ульфар дремал у моих ног, Рауль курил трубку, Юко делала записи. Сильфина пила вино и смотрела на огонь.
— Ты боишься? — спросил я.
— Чего?
— Что мы не найдём его?
Она помолчала.
— Нет. Я боюсь, что мы найдём его, а он окажется не тем, кем мы его представляем.
— Он хороший человек.
— Ты его знаешь. А я — нет.
— Ты узнаешь.
Она посмотрела на меня. В её глазах был ветер.
— Надеюсь.
Мы ушли на рассвете.
Тэцудзан спал, когда мы вышли за ворота. Ульфар бежал впереди, его фиолетовая грива светилась в утреннем тумане. Рауль парил над нами, сложив крылья. Сильфина шла рядом.
— Юко, — сказал я, обернувшись.
Она стояла у ворот — маленькая, хрупкая.
— Возвращайся, — сказала она.
— Я вернусь.
— Я буду ждать.
Я кивнул.
Дорога на восток начиналась с предгорий.
Мы вышли из Тэцудзана на рассвете и к полудню уже спустились в долину. Здесь, за горами, воздух был другим — теплее, мягче, и пахло здесь травой и цветами. В Тэцудзане всегда пахло металлом и дымом. Здесь — самой жизнью.
— Давно я не была в этих местах, — сказала Сильфина, оглядываясь по сторонам.
— Бывала здесь? — спросил я.
— Проездом. Лет десять назад. Тогда здесь была деревня.
Она кивнула на заросшие бурьяном холмы. Никаких следов домов.
— А теперь? — спросил я.
— А теперь ничего.
Мы шли молча.
Ульфар бежал впереди, разгоняя зайцев. Рауль парил над нами и насвистывал какую-то мелодию. Сильфина держалась рядом.
— Шинджи, — сказала она.
— Что?
— Ты думаешь, мы найдём его?
— Найдём.
— Уверен?
— Нет. — Я посмотрел на неё. — Но мы будем искать.
Она кивнула.
К вечеру мы остановились у ручья.
Сильфина развела костёр, Рауль притащил дров, а Ульфар поймал рыбу — он просто выпрыгнул из воды, и я аж охренел от неожиданности. Я сидел у огня и смотрел на карту.
— Мы прошли мало, — сказал я. — Километров двадцать за день.
— Это нормально, — ответила Сильфина. — Мы не на войне. Можем не спешить.
— Я хочу быстрее.
— Понимаю. Но если мы выдохнемся в первый же день, дальше будет только хуже.
Она была права. Я убрал карту.
— Расскажи мне о Хироши, — попросила она.
— Что именно?
— Всё. Какой он?
Я задумался.
— Он… сильный — духом. Он не сдаётся. Никогда. Даже когда кажется, что всё кончено, он находит способ.
— Как ты?
— Нет. Я сдаюсь. Часто. Просто потом встаю.
— Это одно и то же.
— Может быть.
Она помолчала.
— Ты его любишь? — спросила она.
— Как друга.
— Я знаю. — Она посмотрела на огонь. — Просто хотела понять.
Я не спросил, зачем ей это нужно.
Рауль не спал.
Он сидел на камне у ручья, смотрел на звёзды и курил свою трубку. Я подошёл к нему и сел рядом.
— Не спится, хозяин? — спросил он.
— Не спится.
— Думаешь о нём?
— О нём.
— Найдёшь.
— Откуда ты знаешь?
Он выпустил клуб дыма.
— Я демон, хозяин. Я чую судьбу. Не как люди — как запах. Ваши судьбы переплетены, как корни старого дерева.
— Ты хочешь сказать, что мы встретимся?
— Я хочу сказать, что вы уже встретились. Просто вы ещё не знаете об этом.
Я не понял, но не стал спрашивать.
— Рауль, — позвал я.
— Что?
— Ты счастлив, что пошёл со мной?
Он посмотрел на меня. В его глазах была насмешка, но не злая.
— Я демон, хозяин. Я не знаю, что такое счастье. Но здесь, с вами, мне не одиноко.
— А раньше было одиноко?
— Раньше было пусто.
Он замолчал. Я больше не стал его спрашивать.
Мы встали на рассвете.
Сильфина уже собрала вещи, Ульфар носился вокруг, разгоняя сон, а Рауль парил в воздухе, разминая крылья.
— Сегодня мы пойдём через перевал, — сказала Сильфина, глядя на карту. — За ним начинаются равнины. Там есть несколько деревень — сможем пополнить припасы.
— Хорошо, — ответил я.
— Шинджи. — Она посмотрела на меня. — Ты в порядке?
— В порядке.
— Не врёшь?
— Немного.
Она усмехнулась.
— Пошли.
Перевал оказался выше, чем я думал.
Тропа вилась между камней, местами обрываясь в пропасть. Ветер здесь был холодным и резким — он сбивал с ног. Ульфар шёл первым, выбирая путь. Рауль летел над нами, подстраховывая на случай, если кто-то сорвётся.
— Долго ещё? — спросил я.
— Час, — ответила Сильфина. — Если не сорвёмся.
— Оптимистично.
— Реалистично.
Мы шли молча. Я смотрел на камни, на небо, на облака, которые плыли куда-то на восток. Туда, где был Хироши.
— Шинджи, — сказала Сильфина.
— Что?
— Когда мы найдём его… что ты скажешь?
Я задумался.
— Скажу, что скучал.
— И всё?
— И спрошу, как он.
— А если он не обрадуется?
— Обрадуется.
— Откуда ты знаешь?
— Потому что он — это он.
Она не ответила.
К вечеру мы спустились с перевала.
Внизу расстилались равнины — бескрайние, золотые от заходящего солнца. Где-то вдали виднелись деревни, дороги, сама жизнь.
— Красиво, — сказала Сильфина.
— Да, — согласился я.
— Ты бы хотел здесь жить?
Я посмотрел на неё.
— Может быть. Когда всё кончится.
— А когда всё кончится?
— Не знаю. Но когда это случится, я бы хотел, чтобы ты была рядом.
Она замерла. Посмотрела на меня. В её глазах был ветер.
— Я буду, — сказала она тихо.
Мы пошли дальше.
Деревня называлась Травная.
Она была маленькой — всего несколько десятков домов, трактир и кузница. Люди здесь жили простые — пахали землю, пасли скот и не знали войны.
— Мы идём на восток, — сказал я хозяину трактира.
— Восток далеко, — ответил он. — Месяц пути до границы. А дальше — чужие земли.
— А что там? — спросил я.
— Не знаю. И знать не хочу. Там война, а мы люди мирные.
Он ушёл.
— Месяц, — сказала Сильфина.
— Месяц, — повторил я.
— Долго.
— Ничего. Мы не спешим.
Мы сидели в общем зале, хлебали похлёбку и слушали разговоры местных.
— …говорят, на востоке появился боец. Без магии. Всех побеждает.
— Врёшь.
— Сам слышал. Купцы рассказывали.
— Купцы всегда врут.
— А вот и нет.
Я слушал и сжимал кружку.
— Шинджи, — тихо сказала Сильфина. — Это он?
— Не знаю.
— Похоже.
— Что будем делать?
— Идти дальше.
Она кивнула.
Мы вышли затемно.
Небо было звёздным, две луны — серебряная и бирюзовая — висели над горизонтом. Ульфар бежал впереди, его фиолетовая грива светилась в темноте.
— Хозяин, — позвал Рауль.
— Что?
— Нас ждут.
— Кто?
— Те, кто не хочет, чтобы ты нашёл его.
— Откуда знаешь? — спросил я.
— Чувствую.
Я посмотрел на восток.
— Пусть ждут, — сказал я.
Мы пошли дальше.
На пятый день пути Рауль забеспокоился.
— Хозяин, — сказал он, опускаясь с неба. — Впереди что-то есть.
— Что именно? — спросил я.
— Не знаю. Но пахнет магией. Сильной. Чужой.
Сильфина насторожилась.
— Сколько их? — спросила она.
— Пятеро. Может, шестеро. Они прячутся, но я чувствую.
Я достал карту и посмотрел на неё. Впереди, за холмами, начинался лес. Идеальное место для засады.
— Рауль, — сказал я. — Ты пойдёшь вперёд.
— Один? — уточнил он.
— Один. Узнай, кто они, сколько их и что им нужно. Не вступай в бой.
— А если нападут? — спросил демон.
— Уходи. Ты быстрее.
Рауль усмехнулся.
— Демон, который уходит? Хозяин, ты меня обижаешь.
— Рауль, — серьёзно сказал я.
— Ладно, ладно. — Он расправил крылья. — Я посмотрю. Но если они нападут первыми, я буду защищаться.
— Договорились.
Он взлетел и скрылся за холмами.
Мы пошли дальше, но медленнее, чем раньше.
Ульфар бежал впереди, принюхиваясь к воздуху. Сильфина держалась рядом. Я сжимал рукоять меча и слушал тишину.
Лес встретил нас прохладой.
Деревья здесь были старыми, с густыми кронами, которые почти не пропускали солнечный свет. Воздух пах сыростью и гнилью. Где-то вдалеке кричала птица, где-то трещали ветки.
— Не нравится мне это место, — сказала Сильфина.
— Мне тоже, — ответил я.
— Может, обойдём его стороной?
— Слишком долго.
Мы шли по тропе, и тишина становилась всё плотнее.
Они напали, когда мы вышли на поляну.
Их было пятеро. В чёрных доспехах, с мечами и копьями. Лица скрывали маски, но глаза — холодные, пустые — смотрели на нас без страха.
— Стоять, — сказал один из них. — Именем Маммона Валют, вы арестованы.
— За что? — спросил я.
— За вмешательство в дела высших сил. За призыв демона. Вы нарушили баланс. Хозяин недоволен.
— Мы никому не мешали, — возразил я.
— Вы живы. Этого достаточно.
Они бросились на нас.
Первый напал на Сильфину.
Она ушла в сторону. Второй побежал ко мне, и его копьё летело мне прямо в грудь. Я ушёл рывком влево, отбил древко мечом и ударил в ответ.
Он парировал мой удар.
— Слабый, — сказал он. — Твоя магия тебе не поможет.
— Посмотрим, — ответил я и активировал Абсолютный Расчёт.
Первый: атака сверху.
Второй: обход слева.
Третий: прикрытие.
Четвёртый: ждёт.
Пятый: заходит с тыла.
Этих вариантов было достаточно что бы контратаковать.
Я ушёл от удара, нырнул под копьё и ударил противника в корпус. Доспех треснул, но не пробился.
— Бесполезно, — сказал он.
— Не бесполезно, — ответил я.
Ульфар прыгнул на второго и сбил его с ног. Сильфина выпустила порыв ветра в третьего — тот пошатнулся, не более. Четвёртый и пятый всё ещё ждали.
— Вы умрёте здесь, — сказал первый. — Все.
— Посмотрим, — ответил я.
Они были сильнее.
Не намного — но достаточно. Их доспехи держали удары, их магия гасила наши атаки. Ульфар получил ранение в лапу, заскулил, но продолжал драться. Сильфина устала, и её стрелы заканчивались. Я…
Я был пуст.
Кольцо «Эхо Леса» светилось, но маны всё равно не хватало. Мои рывки становились короче, удары — слабее. Я падал, вставал, падал снова.
— Шинджи! — крикнула Сильфина.
Я поднял голову.
Четвёртый стоял над ней. Его меч был занесён для удара. Пятый прикрывал его с фланга. Первый, второй и третий держали меня и Ульфара.
Я закрыл глаза.
— Да сдохните вы уже все...
Мир замер.
Я открыл глаза. Четвёртый стоял на том же месте. Его меч всё ещё был занесён, лицо искажено. Но он не двигался.
— Что… — начал он.
Он не договорил.
Он исчез.
Не растаял, не рассыпался, не испарился. Просто перестал существовать. Как будто его никогда и не было.
Тишина.
Первый, второй и третий замерли на месте. Пятый, который прикрывал четвёртого, стоял с пустыми руками и смотрел на пустое место.
— Что ты… — начал первый.
Я поднял на него взгляд. Его голос дрогнул.
— Уходите, — сказал я. — Или я сделаю то же самое с вами.
Они побежали.
Пятый задержался на секунду. Он посмотрел на меня. В его глазах был страх. Потом он тоже побежал.
Сильфина подошла ко мне. Её руки дрожали.
— Шинджи… что это было? — спросила она.
— Не знаю, — ответил я.
— Он исчез. Навсегда.
— Я знаю.
— Как ты это сделал?
Я посмотрел на свои руки.
— Я пожелал, — сказал я.
Она смотрела на меня. В её глазах был страх.
— Шинджи…
— Всё хорошо, — перебил я.
— Нет. Не хорошо. Ты сделал что-то, чего не должен был делать.
— Я спас тебя, — сказал я.
Она замолчала.
Ульфар подошёл ко мне и лизнул руку. В его эмоциях читалась тревога — не за себя, за меня.
— Хозяин, — раздался голос Рауля.
Он опустился с неба, оглядел поляну и нас.
— Что здесь случилось? — спросил он.
— Слуги Маммона, — ответил я. — Пятеро.
— Где они?
— Четверо ушли. Один… исчез.
— Исчез? — переспросил Рауль.
— Я сделал это, — сказал я.
Он посмотрел на меня. В его глазах не было удивления — только понимание.
— Пустота, — сказал он.
— Ты знал? — спросил я.
— Чувствовал. Она дала тебе силу.
— Я не просил об этом, — ответил я.
— Она и не спрашивает, — сказал Рауль.
Я сжал кулаки.
Внутри меня была пустота. Не та, к которой я привык — другая. Та, что остаётся после того, как ты сделал что-то непоправимое.
— Идём, — сказал я. — Нам нужно на восток.
— Шинджи… — начала Сильфина.
— Я в порядке, — перебил я.
— Не врёшь? — спросила она.
— Немного, — ответил я.
Она не стала спрашивать больше.
Мы разбили лагерь в лесу.
Рауль ушёл в дозор. Сильфина сидела у костра, обхватив колени руками. Ульфар спал, положив голову мне на колени.
— Шинджи, — тихо сказала она.
— Что? — спросил я.
— Ты боишься?
— Чего?
— Себя.
Я помолчал.
— Боюсь, — признался я.
— Это правильно, — сказала она.
— Почему?
— Потому что если не бояться, можно перестать быть человеком.
Она посмотрела на меня. В её глазах не было страха.
— Ты не перестанешь, — сказала она.
— Откуда ты знаешь?
— Потому что ты — это ты, — ответила Сильфина.
Я не ответил.
Ночью я не спал.
Я сидел у дерева, смотрел на звёзды и чувствовал, как внутри пульсирует что-то новое. Не мана — сила. Та, что стёрла человека из реальности.
— Пустота, — прошептал я.
Кольцо на пальце слабо светилось.
[Навык: Пустота]
[Ранг: Уникальный]
[Тип: Активный]
[Описание:]
Позволяет пользователю "стирать" из реальности выбранный объект, не оставляя следов. Объект не разрушается и не исчезает — он перестаёт существовать как часть этого мира. Навык является аномалией даже для системы Тенкоку и не подчиняется её стандартным законам магии.
[Эффекты:]
▣ Стирание
Пользователь может сделать так, что выбранный объект (или часть объекта) просто перестанет быть. Не испарится, не рассыплется в пыль — исчезнет без следа.
▣ Игнорирование защиты
【Пустота】 не встречает сопротивления. Магические барьеры, физическая броня — ничто не может помешать стиранию. Объект либо исчезает, либо нет. Промежуточных состояний не существует.
Я сжал кулак.
Я найду Хироши. Я спасу его. Я сделаю всё, что обещал.
Даже если для этого придётся стереть с лица земли полмира.
— Шинджи, — раздался голос Сильфины.
Я поднял голову.
Внутри пульсировала пустота.
Она была там, где раньше было что-то другое. Не мана-сердце — его у меня никогда не было. Не резервуар — он оставался полным. Что-то другое. Место, где жила... я не знал что. Может, совесть. Может, страх. Может, то, что делало меня человеком.
А теперь там была пустота.
— Хозяин, — раздался голос Рауля.
Я поднял голову. Демон стоял в двух шагах, его крылья были сложены, лицо — серьёзным.
— Думал о том, что сделал?
— Думал.
— И что решил?
Я посмотрел на него. В его глазах не было осуждения.
— Я спас Сильфину, — сказал я. — Это главное.
— А то, что ты стёр человека из реальности?
— Он хотел убить её.
— И поэтому он заслужил исчезнуть?
Я не ответил.
— Хозяин, — сказал Рауль. — Я уже видел такую силу.
— Ты боишься её?
— Я боюсь не её. Я боюсь того, кем ты можешь стать, если не научишься её контролировать.
Он замолчал.
Я сжал кулаки.
— Этого не случится.
— Надеюсь.
Утром я проснулся с решением.
Сильфина уже собрала вещи, Ульфар носился вокруг, разгоняя сон. Рауль парил в воздухе, разминая крылья.
— Рауль, — сказал я.
— Да, хозяин?
— Убей их.
Он замер.
— Что?
— Догони их и убей.
Тишина. Сильфина обернулась, её лицо было бледным.
— Шинджи... — начала она.
— Они видели 【Пустоту】. Они расскажут Маммону. Он узнает, что я могу. И пришлёт следующих.
— Ты хочешь убить их, чтобы скрыть следы? — спросил Рауль.
— Я хочу защитить нас.
— Это одно и то же?
— Сейчас — да.
Рауль смотрел на меня долго. Потом кивнул.
— Хорошо, хозяин. Я сделаю.
Он взлетел.
Сильфина подошла ко мне.
— Ты уверен?
— Нет.
— Но всё равно посылаешь его?
— Я должен.
— Шинджи...
— Не надо. — Я посмотрел на неё. — Я знаю, что делаю.
Она не ответила.
Мы ждали Рауля три часа.
Сильфина сидела на камне, сжимая лук. Ульфар лежал у моих ног, но не спал — смотрел на восток, туда, где скрылся демон.
— Шинджи, — сказала Сильфина.
— Что?
— Ты изменился.
— За год все меняются.
— Не за год. За ночь.
Я не ответил.
— Раньше ты не стал бы убивать сбежавших, — сказала она. — Ты бы отпустил их. Сказал бы, что они не виноваты. Что они просто выполняли приказ.
— Теперь я думаю иначе.
— Почему?
— Потому что если они расскажут Маммону о 【Пустоте】, он пришлёт следующих. И те, следующие, могут убить тебя.
Она замолчала.
— Ты делаешь это ради меня? — спросила она тихо.
— Я делаю это для нас.
Она смотрела на меня. В её глазах был ветер.
— Ты дурак, — сказала она.
— Знаю.
Рауль вернулся к полудню.
Он опустился на поляну, отряхнул крылья. Его плащ был в крови, но лицо — спокойным.
— Готово, — сказал он.
— Все?
— Все четверо. Они пытались бежать, но я быстрее.
— Они говорили что-то?
— Молились. Звали Маммона. Просили пощады. — Он посмотрел на меня. — Я не слушал.
Я кивнул.
— Ты правильно сделал.
— Хозяин, — сказал Рауль. — Ты уверен?
— В чём?
— Что мы на правильной стороне?
Я не ответил.
Он не стал спрашивать больше.
Мы шли на восток, когда я услышал его.
Не ушами — внутри. Голос был тихим, далёким, но я слышал каждое слово.
— Ты убил их.
Я остановился.
— Шинджи? — Сильфина обернулась.
— Тихо.
— Ты приказал убить их. Не в бою. Не защищаясь. Просто — приказал.
— Кто ты? — прошептал я.
— Тот, кто всегда был с тобой.
Тишина.
— Я Архетип.
— Мой навык?
Потом голос снова зазвучал — ближе, громче.
— Частично. Я — не навык. Навык — только след моего присутствия.
— Что тебе нужно?
— Поговорить. Но не сейчас. Ты не готов.
— Что значит «не готов»?
— Ты только что убил людей. Твоя рука дрожит. Твоё сердце болит. Ты не услышишь меня сейчас. Ты услышишь только свою боль.
— Тогда зачем ты заговорил?
— Чтобы ты знал. Я здесь. И я буду ждать.
Тишина.
Голос исчез.
— Шинджи! — Сильфина трясла меня за плечо. — Ты слышишь меня?
— Да, — сказал я. — Слышу.
— Что случилось? Ты замер на месте, не двигался, не дышал...
— Голос. — Я посмотрел на неё. — Я слышал голос.
— Чей?
— Не знаю. — Я потёр виски. — Тот, кто живёт внутри меня. 【Архетип】... или что-то за ним.
Она побледнела.
— Что он сказал?
— Что он будет ждать.
— Чего?
— Когда я буду готов.
Она смотрела на меня. В её глазах был страх.
— Шинджи...
— Всё хорошо.
— Не хорошо. Ты убил людей. Ты слышишь голоса. Ты...
— Я здесь, — сказал я. — Я с вами. И я не уйду.
Она замолчала.
Рауль стоял в стороне, смотрел на нас. В его глазах было что-то, чего я не мог прочитать.
— Идём, — сказал я. — Нам нужно на восток.
Мы пошли.
Мы остановились у реки. Завтра предстояло перейти границу — там начинались чужие земли.
— Шинджи, — сказала Сильфина, сидя у костра. — Ты говорил, что голос назвал себя?
— Нет. — Я покачал головой. — Он не назвался.
— Тогда откуда ты знаешь, что он не враг?
— Не знаю. — Я посмотрел на огонь. — Но он был внутри меня с самого начала. Если бы хотел убить — убил бы давно.
— Может, он не может.
— Может быть. — Я помолчал. — Но он ждёт. И это... странно.
— Что странно?
— Что кому-то нужно ждать меня.
Она не ответила.
Я лёг на траву, закрыл глаза.
Внутри пульсировала пустота. Но теперь к ней добавилось что-то ещё. Голос. Присутствие. Тот, кто ждал.
— Я не знаю, как тебя зовут, — прошептал я.
Тишина.
— Но я знаю, что ты слышишь меня.
Тишина.
— Я не готов сейчас. Но когда буду — я приду.
Тишина.
Потом — лёгкое, едва уловимое тепло внутри. Не ответ — ощущение. Что он слышит. Что он ждёт.
— Спасибо, — сказал я.
Тепло исчезло.
Я закрыл глаза.