Глава 187.0

Не может быть. Этого не может быть. 

— Бог выглядит так… 

Не может быть. Даже если Бог потерял все чувства, Он не стал бы таким жалким. Это же Бог, в конце концов. Творец. Вседержитель. Тот, Кто создал небо и землю, свет и тьму, жизнь и смерть. 

Даже повторяя это про себя, Ария осознала: в том, что должно было быть сердцем Бога, зияла чёрная, пустая дыра. 

«Словно кто-то вырезал сердце». 

Ария снова попыталась вспомнить сцену, которую показала ей память Хуана. Бог, потерявший Свои эмоции. Бог, потерявший рассудок. Бог, Который ничего не мог чувствовать. Бог, Который больше не мог даже любить Свои творения. 

И… 

Ария облизала сухие, побелевшие губы. 

— В конце концов Он забыл даже Собственное существование. Поэтому стал таким? 

Бог, на Которого она когда-то обижалась до самой смерти. До той черты, за которой уже не было ничего. 

Но теперь она знала. После того как Бог стал тем, кого мир назвал бы монстром, Он спал в этой пещере. Один. Всеми забытый. Даже Самим Собой. 

Ария не знала, какое лицо ей сделать. Плакать? Кричать? Упасть на колени? 

— Это Бог? 

Лойд пробормотал с недоверием. Он родился с кармой — нести Божью злобу из поколения в поколение из-за грехов, совершённых предками Валентайна. С первого вздоха до последнего. Ему суждено было жить в боли всю жизнь. 

И вот теперь Бог, принёсший ему такую судьбу, лежал перед ним. В виде груды колючих, извивающихся лоз. 

«Вот как всё обернулось». 

Он не мог не расстроиться. Не мог не почувствовать горечь, смешанную с чем-то ещё, чем-то, чему он не знал названия. 

Между ними повисла тишина. Они даже не могли придумать, что сказать. Просто стояли неподвижно, глядя на то, что когда-то было Богом. 

В этот миг Ария внезапно опустила голову и издала болезненный стон. 

— Ха-а… 

Она терпела, пока не нашла ледяной цветок. Терпела из последних сил. И теперь достигла предела. Тело почти теряло сознание. 

Осознав, что сейчас не время для раздумий, Лойд без колебаний сорвал ледяной цветок. 

«На этот раз настоящий». 

Как только его пальцы коснулись лепестков, кожа начала замерзать в мгновение ока. Словно обморозилась до кости. Если держать дольше — придётся ампутировать пальцы. 

«Сможет ли Ария просто съесть это?» 

Он сомневался. Если она прожуёт и проглотит этот цветок, её рот и пищевод могут быть сильно повреждены. 

Он принял решение мгновенно. Без колебаний поднёс цветок к собственному рту. Покатал на языке. 

«Не тает». 

Естественно. Он был твёрдым, как лёд. Разжевать зубами невозможно, только проглотить целиком. 

Лойд склонился над губами Арии, которая удивлённо распахнула глаза. Передал ей цветок и поцеловал её цепко, не давая ни малейшего промежутка, чтобы выплюнуть или задохнуться. 

Он оторвался и сказал быстро, отрывисто: 

— Используй энергию. Прямо сейчас. 

Она подчинилась. Распространила энергию по всему телу, пока всё её существо не начало замерзать изнутри. 

С кончика знака, который Карлин выгравировал на её запястье, замерцал белый свет. Он поднялся по руке в одно мгновение. 

— Ух…! 

Ария покрылась холодным потом от ледяного воздуха, распространившегося по венам. Экстремальный холод, какого она никогда не чувствовала в жизни, нахлынул разом. Замерзали внутренние органы. Замерзало сердце. Ледяной страх охватил всё тело. 

— Ух… ух! 

Она застонала и отчаянно протянула руку к Лойду. Словно он был её единственным спасательным кругом. 

Сжалась, стеная от боли, и вдруг закашлялась кровью. 

— Кха! Кхук… 

— Ария! 

Лойд поспешно сжал её руку. 

— Ария, ты узнаёшь меня? 

Она с трудом кивнула. Лойд держал её в объятиях и шептал ей на ухо: 

— Не сбивай дыхание. Никогда не теряй сознание. 

Его лицо было искажено болью сильнее, чем её собственное. Он боялся, что она не выдержит, что потеряет сознание и уже не очнётся. Он продолжал шептать, легко шлёпая её по щеке. 

Ария сжала его спину так крепко, что ногти оставили следы. Слёзы закапали, замёрзли и, казалось, вот-вот разобьются на куски. 

«…Нужно продолжать управлять энергией, чтобы поток не прерывался». 

Она отчаянно держалась. Циркулировала энергию, чтобы не быть замороженной насмерть. Но инстинктивно чувствовала: даже этого мало. Энергия инь не исчезала сама. Был только один способ. Тот, о котором предупреждал врач. 

«Если не примешь энергию ян в своё тело, умрёшь…» 

Ария закрыла глаза, ресницы дрогнули. Она отпустила его руку и обхватила его щёку. Её ледяная ладонь скользнула по его коже, потом по затылку, и обвила его шею. 

— Горячо. 

Она думала, что обожжётся. 

Лойд вздрогнул. Его ресницы дрожали, в отличие от её, полуприкрытых. Холод, коснувшийся его спины, натянул нервы до предела. 

— Ария. 

Он поспешно вложил её имя в рот, но она уже притянула его за шею. Инстинкт выживания сработал раньше разума. Она поцеловала его. На вкус была кровь. 

Экстремальный минус, замораживающий всё, и полярный плюс, сжигающий всё, встретились и переплелись. 

Лойд держал её, глотал всё в ней и вдруг перевёл взгляд за её спину. Неприятная аура парила там. 

«Всё ещё следует за ней». 

Он отдавал Арии тепло, а сам сверлил ауру убийственным взглядом. Протянул руку. Схватил. Сжал. 

Неизвестная энергия издала неземной звук и на мгновение осветила форму. 

«Узор?» 

Лойд запомнил его. Узор вспыхнул и исчез за несколько секунд. Энергия, начавшая искажаться с краёв, была полностью уничтожена, раздавленная подавляющей силой в одно мгновение. 

В тот же миг Ария разомкнула губы и издала удивлённый звук. Всё ещё было больно. Словно сердце пронзали льдом. Она всё ещё замерзала насмерть. 

Но аура, давившая на всё тело, исчезла. 

— Лойд. Кажется, мне немного лучше… 

— Ш-ш, сосредоточься. 

Лойд снял пальто и постелил на пол. Потёр замёрзшие губы Арии кончиком пальца. Мягко надавил на её язык, видневшийся в щели приоткрытых губ. 

— Ты всё ещё как ледяное поле. 

Но Арии было горячо. Везде, где она соприкасалась с Лойдом, её обжигало. 

Она лишь вращала глазами и смотрела на него снизу вверх. Его лицо заполнило её влажные, сверкающие глаза. 

Она поджала губы. 

— Мне так холодно. Я хочу, чтобы ты держал меня, пока я не растаю. 

Лойд снова ринулся к её губам. Они медленно делились теплом. 

— …Лойд. 

— Мм? 

— Теперь мне правда хорошо… 

Ария пробормотала, пряча лицо в ладонях. Когда она изо всех сил пыталась рассеять последствия заклинания заморозки, она даже не могла думать из-за боли, превосходившей воображение. А теперь, придя в себя, вспомнила всё. И почувствовала невыносимый стыд. 

— Сколько дней прошло? 

В пещере они не ощущали времени. Но ей казалось, что прошла вечность. 

Карлин, наверное, замёрз насмерть, ожидая их снаружи. И некому было согреть его замёрзшее тело. 

«Я совершила ужасное перед спящим Богом…» 

Хотя нынешний облик Бога был шокирующим, атмосфера оставалась торжественной. Но у неё не было выбора — нужно было жить. Она оправдывалась перед собой. Её унесло атмосферой, но это была правда. 

— Могу я поцеловать тебя? 

— Лойд, ты не слышал меня? 

— Слышал. 

— Ты правильно услышал? Мне правда больше не больно. 

Лойд облизал её губы, не отвечая. Её опухшие губы покалывало при малейшем прикосновении. Нежное, плавное движение, но Ария заскулила и оттолкнула его. 

— Это наказание за небрежное обращение со своим больным телом. 

Он оторвался от её губ и заговорил бесстыдно. 

— Это Лойд должен такое говорить? 

— Тогда накажи и меня тоже. 

Этому не будет конца. Арии нужно было быстро выбраться, пока Карлин и впрямь не превратился в ледяную статую. 

— Я накажу тебя, когда вернусь домой. 

Лойд, казалось, наконец обрёл волю вернуться. Он поднял Арию, которая не могла встать, потому что ноги ослабли. 

Она на мгновение заколебалась, потом заговорила: 

— Это место… что нам с ним делать? 

— Как ты и сказала, подумаем после возвращения. 

Это было правильно. Сейчас они ничего не могли сделать. Но оставалось тянущее чувство. 

— Разве мы не можем пробудить Бога? 

— Не думаю, что это хорошая идея. 

Бог всё ещё был лишён Своих чувств. Если Он проснётся, то ничего не почувствует. Даже не сможет любить людей. 

Однако Лойд не мог просто вернуть Божью злобу. Тогда Бог станет злым Богом, полным злобы. 

— Но Бог плакал… 

Была ли это последняя слеза перед потерей чувств? Каждый год ледяные цветы расцветают в местах, которых коснулись слёзы… 

Каким был бы Бог, у Которого были все чувства? 

«Я хочу увидеть это сама». 

Ария почувствовала сильное желание, разбивавшее ей сердце. 

И, выходя из пещеры, она поняла: время пришло. Пришло время полностью низвергнуть Гарсию.