Глава 3.0

— Кхух…!

Граф с громким стоном рухнул на пол.

Айлет холодно посмотрела на стонущего у её ног мужчины.

В прошлый раз Кэтрин назначила дату свадьбы на День основания королевства.

День основания был государственным праздником, уступавшим лишь торжествам по случаю дня рождения короля. Это был также день, когда прибывало больше всего делегаций дружественных стран.

Кэтрин сама руководила всем процессом свадьбы.

Айлет должна была устроить роскошную и постыдную свадебную церемонию на глазах у соседних государств. Это была уловка Кэтрин, чтобы сделать её международным посмешищем.

«Тогда я должна была заподозрить Кэтрин. Поверила, что она говорит ради моего же блага, ‒ какая глупость».

Прямо сейчас у неё не было способа ослушаться кронпринцессы Кэтрин. Своими силами она не могла предотвратить свадьбу.

Но что, если жених исчезнет?

— В-ваше Высочество, неужели вы думаете, что после такого…

Граф с трудом открыл глаза и посмотрел на неё. Из-за того, что она ударила подсвечником изо всех сил, у графа из головы текла кровь.

Айлет, стараясь не испачкать платье кровью, наклонилась.

— Ты каждую ночь хлестал мальчиков кнутом.

Граф совал ей кнут, перепачканный кровью тех детей.

— Не счесть, сколько детей погибло от твоей руки.

Каждое утро она ходила в лес и готовила могилы погибшим детям. Даже надзиратели во главе с Лиси не препятствовали ей в этом.

— Среди тех детей, которых ты похитил и убил, был и младший сын графа Тельсии, верно?

— К-хап, откуда…?!

Она узнала об этом уже после свадьбы, когда тайно ухаживала за ранеными детьми в поместье графа.

— Существует закон: тот, кто вступает в брак с членом королевской семьи, не должен иметь преступлений вплоть до третьего поколения. То, что ты совершил, ‒ это убийство, и точка.

— У-у тебя есть доказательства?!

— Мальчики, запертые в подвале твоего поместья, ‒ свидетели. Может, отправить сейчас же столичного смотрителя правопорядка, чтобы проверил?

Лицо графа побелело, как бумага.

Айлет, сдерживая тошноту, отчеканила:

— Если не хочешь быть казненным за оскорбление королевской семьи, делай, что я говорю. Тогда я буду держать язык за зубами.

Граф невольно съёжился.

В глазах принцессы, которая была на сорок лет младше его, таился жуткий, зловещий огонек.

Угроза, исходившая от неё, была даже сильнее, чем от кронпринцессы Кэтрин, восхваляемой как будущая правительница, которая поведет королевство за собой. Она подавляла старого мужчину.

Неужели эта девушка с хищными глазами действительно принцесса Айлет?

Та самая робкая принцесса, которая еще неделю назад заливалась слезами прямо перед ним?

Охваченный страхом граф поспешно закивал на следующие слова девушки.

— А, понял…

— Хорошо, тогда.

Айлет снова замахнулась серебряным подсвечником.

Глаза графа закатились.

Айлет принялась швырять на его тушу и сам подсвечник, и столовые приборы со стола.

Тотчас же выйдя из столовой, она спряталась за шторой. Её руки мелко дрожали.

Принцесса, привыкшая к насилию, настолько же и боялась насилия. Она крепко сжала побелевшие руки.

«Все в порядке, Айлет. Все в порядке. Это еще ничего не значит».

Человеческие чувства не приносят никакой пользы в деле мести.

Ни Кэтрин, ни Бенедикт не совершали ничего, что было бы понятно с точки зрения обычной логики Айлет, и тем не менее одерживали победу.

Моральные устои, любовь к ближнему, сострадание, сопереживание и понимание.

Если, чтобы сломить их, нужно отбросить всё это, она готова была отбросить тысячу, нет, десятки тысяч раз.

К тому же, такой пустяк, как удар по голове, был сущей каплей в море по сравнению с тем, что делал с ней граф в прошлом.

Её сильно дрожавшие зрачки вскоре застыли, похолодев.

Айлет не стала выходить в коридор, а немного подождала за шторой.

Пора было подходить.

Вскоре из столовой раздался крик Лиси.

* * *

— Кто пострадал?

Кэтрин, кронпринцесса Элровиса, нахмурилась.

Она только что закончила обедать и наслаждалась неспешным чаепитием.

Напротив неё, сияющей, как послеполуденное солнце, в бледно-бежевом платье, сидел герцог Валлер.

Бенедикт Валлер.

Он был всего лишь мужчиной, привлечённым на её сторону по необходимости, но своей приятной внешностью походил на хороший десерт.

Кэтрин, поглядывая на него как на пирожное к чаю, ждала известий об обеде её сводной сестры и старого графа, который должен был вот-вот прибыть.

Но прошёл уже час, а вестей не было, и тут ‒ кто-то пострадал?

Главный камергер дворца поспешно доложил:

— Дело в том, что граф Каслрейн, обедая с принцессой Айлет, получил тяжелую травму головы. В настоящее время граф без сознания, его лечат.

— Что за чушь? Как можно во время еды разбить голову?

Когда Кэтрин резко переспросила, камергер залился холодным потом.

— Дело в том, что служанка принцессы, кажется, по ошибке уронила поднос… на голову графа.

— Служанка Айлет? Ты говоришь о Лиси Кейс?

— Да, Ваше Высочество.

— Ты считаешь, это звучит правдоподобно?

Лиси Кейс была опытной служанкой, которую Кэтрин лично отобрала. Она не из тех, кто допускает столь нелепые ошибки.

Вместо недоумевающей Кэтрин герцог принялся допрашивать камергера:

— Принцесса Айлет тоже была там? Она не пострадала?

— Н-нет. Её Высочество невредима.

— Говори нормально. Раз граф потерял сознание, значит, произошел серьезный несчастный случай? Где Айлет?

Брови герцога, справлявшегося о благополучии принцессы, грозно исказились. Казалось, он даже не заметил, как Кэтрин бросила на него сверлящий взгляд.

— Успокойтесь, герцог. Камергер, точно ли это была ошибка Лиси? Может быть, Айлет переложила на неё свою вину или…

— Принцесса Айлет не способна на такое, Ваше Высочество.

Решительно отрезал герцог.

Досадно, но он был прав. Её сестра была глуповато доброй.

Благодаря тому, что её с детства заточили в башне и покорно выдрессировали, она была наивной и даже робкой.

До такой степени тупой, что, лишившись всего, она всё равно называла Кэтрин сестрой и полагалась на неё, поэтому было очевидно, что она даже не могла подумать о том, чтобы свалить свою вину на другого.

И всё же её охватило непонятное чувство дискомфорта.

Всё, что было у Айлет, находилось в руках Кэтрин. Ни разу до этого не случалось никаких беспорядков, на которые она не рассчитывала. Ни единого раза.

Кэтрин отставила чашку с чаем и поднялась с места.

— Я должна повидаться с Айлет. Где она сейчас? С графом Каслрейном?

— Нет. Дело в том… — камергер, замялся, опустив голову. — Принцесса находится на аудиенции у Его Величества короля.

* * *

В молодости король Элровиса славился как блестящий стратег.

Он значительно расширил земли, возведя королевство в ранг великой державы.

Несмотря на разные неурядицы в королевской семье, его правление для народа было безупречным, и его почитали как мудрого правителя.

Но с возрастом его молодой пыл утих.

После того как он потерял одну за другой двух королев, король стал каждый месяц менять фавориток, предаваясь удовольствиям.

С ним были умная кронпринцесса и верные вассалы, поэтому не было нужды беспокоиться о государственных делах.

Для короля, уже давно свершившего блестящие деяния, впереди была лишь спокойная и ленивая старость.

При условии, что всё пройдет гладко с одним-единственным оставшимся делом ‒ свадьбой второй дочери.

Когда Кэтрин поспешно вошла в тронный зал, король, который был наедине со второй дочерью, выглядел озадаченным.

— Простите Лиси, отец.

Позади Айлет, на коленях, низко склонив голову, стояла Лиси Кейс. Рукава и подол платья служанки, с заломленными за спину запястьями, были сплошь залиты кровью.

— Лиси не делала этого нарочно. Это была всего лишь случайность. Не могли бы вы милостиво простить её?

— Нет, Ваше Величество! Когда я вошла, граф уже лежал без чувств! — воскликнула побелевшая Лиси. — Я только сходила в спальню за вещью, которую Её Высочество велела мне принести. Принцесса вошла в столовую первой!

Король прижал пальцы к пульсирующим вискам.