Глава 2.0

Глава 1

Муж Айлет, граф Каслрейн, был стариком за шестьдесят.

У графа была одна странная причуда, о которой он никому не рассказывал. Ему нравились юные, красивые мальчики.

К тому же он страдал тяжелой формой эксгибиционизма.

Когда рядом с ним были мальчики, граф всегда звал её.

Если Айлет опускала взгляд или закрывала глаза, её неизменно ждали побои и брань.

Но и это было не всё. Раз или два в неделю девушка, как жена графа, должна была лежать с ним в одной постели.

В те ночи, когда ей приходилось, дрожа от отвращения, пытаться уснуть рядом с мерзким стариком, служанка обязательно приносила чай.

И в последний день в поместье графа она тоже выпила принесенный служанкой чай для крепкого сна.

— Крепко спите, госпожа. Осталось совсем недолго.

— Да. Пять лет. Почти пять лет уже прошло.

Скоро обещанные сестрой пять лет истекут, и она вернется в столицу.

Айлет, стараясь держаться за эту надежду, уснула рядом с графом.

А когда проснулась после долгого сна, она была с ног до головы перепачкана кровью.

Рядом с ней, широко раскинув конечности, лежал мертвый граф с кинжалом в сердце.

Говорят, когда человек испытывает слишком сильный ужас, он даже не может закричать.

Пока она застыла перед телом графа, служанка, распахнув дверь, закричала:

— Госпожа убила графа! Госпожа убила графа!

Не успев ничего объяснить, Айлет была схвачена личными солдатами графа.

Её заперли в подвале поместья, а затем, пока её везли в столицу, девушка изо всех сил пыталась понять, что же произошло.

Сколько она ни думала, как ни прокручивала в голове…

— Крепко спите, госпожа.

Человек, который убил графа…

— Хорошо ли вы выспались, Ваше Высочество?

Кто-то сказал это у её изголовья.

Айлет вздрогнула и проснулась. Воздух с силой хлынул в нос и рот.

— Кха…!

Осознав, что она дышит, девушка подавилась воздухом.

Она перекатилась на бок и закашлялась, сотрясаясь всем телом.

Дышать ‒ значит жить. Мгновение, когда тупое лезвие обрушилось на её затылок, было ужасающе ярким.

Тот же голос, что и во сне, раздался снова:

— Вы в порядке? Вам приснился кошмар?

Айлет подняла залитые слезами глаза и посмотрела на говорившего. Удар пронзил темя.

— …Лиси?

— Ваше Высочество?

Лиси Кейс.

Дочь виконта Кейса, женщина, которая вот уже пятнадцать лет служила её личной служанкой.

С тех пор как Айлет вывезли из дома графа Каслрейна, она больше не видела Лиси.

Девушка дрожащим голосом спросила:

— Ты… как ты меня только что назвала?

— А? Ну, Выше Высочество…

Лиси, напротив, казалась смущенной.

Уже пять лет минуло с тех пор, как Айлет перестали так называть. С того момента, как она вышла замуж за графа Каслрейна, она была не принцессой, а графиней.

«Не может быть».

Теперь, оглядевшись, она заметила вокруг что-то знакомое.

Низкий потолок, пропитанные холодом каменные стены, деревянная мебель, когда-то, должно быть, роскошная, но теперь вся обветшалая, вытертый на концах ковер…

Сомнений нет. Это была та самая башня во дворце, где жила Айлет.

Дрожащими руками девушка ощупала свою шею. Кончики пальцев наткнулись на тонкую золотую цепочку. Она почувствовала камень, который стиснула в ладони прямо перед казнью.

Она, словно безумная, принялась теребить ожерелье.

«Цвет изменился!»

Камень, некогда сиявший прозрачным красным блеском, теперь потускнел и выцвел. Это означало, что магия сработала.

— Всегда носи это, Айлет. Не знаю, сколько времени мне осталось, но я отдаю его тебе целиком.

Мать Айлет, Шарлотта, однажды вложила весь свой оставшийся срок жизни в это рубиновое ожерелье.

Это было запретное колдовство, тайно передававшееся в её родном королевстве Левия.

Пока в этом рубине оставалась жизнь матери, она не умрет. Даже если умрет ‒ воскреснет.

Девушка смутно знала об этом, но пережила такое впервые.

А уж возвращение во времени? Да еще на целых пять лет!

В затуманенных влагой глазах Айлет постепенно проявился фокус.

В зеркале туалетного столика напротив кровати отражалась девушка, которая была далеко не совершеннолетней.

«Молодая. Худая».

Даже её внешность, единственное, что можно было назвать привлекательным, теперь казалась незрелой.

Девушка повторила про себя последние слова матери.

Она должна выжить любой ценой…

Даже если для этого придется отказаться от человеческого сердца.

В мире, которым правит Кэтрин, как бы она ни отбивалась, Айлет в конце концов окажется на эшафоте.

Выжить, будучи её доброй младшей сестрой или безвластной изгнанной принцессой, было невозможно.

«Чтобы выжить, я должна стать королевой. Не Кэтрин, а я».

Выживание напрямую связано с властью.

Раньше она, глупая, не понимала этой простой истины.

Тут Лиси, решительно приподняв Айлет, сказала:

— Вы, кажется, слишком крепко спали, Ваше Высочество. Если не начнете готовиться, опоздаете к обеду. Нельзя заставлять ждать вашего будущего супруга.

Айлет грубо оттолкнула её руку.

— Отпусти. Я не позволяла тебе прикасаться ко мне.

Служанка с веснушками на щеках уставилась на принцессу с недоумением.

Да, она прекрасно помнила эту женщину.

Верную собаку Кэтрин, которая, соблюдая минимум вежливости, принуждала и следила за Айлет.

И единственную служанку, которая имела доступ в супружескую спальню в поместье Каслрейн.

Эта служанка и была убийцей графа ‒ в этом не могло быть сомнений.

* * *

— Граф Каслрейн прибыл.

С этими словами главный камергер, не спрашивая разрешения, распахнул дверь, и Айлет была вынуждена выйти из спальни.

Лиси, сверкнув глазами, пригрозила:

— У Вашего Высочества нет права выбора. Если вы будете продолжать отказываться от встречи с графом, нам придется вызвать рыцарей.

Айлет против воли надела платье, которое принесла Лиси. Это был отвратительный, тонкий, как паутина, вечерний наряд с глубоким декольте.

По пути в столовую девушка быстро перебирала свои воспоминания.

«Сейчас весна 1058 года Имперского летосчисления».

Это был тот самый период, когда она вышла замуж за графа Каслрейна и была сослана в его владения.

К счастью, Кэтрин еще не была королевой.

Кэтрин взойдет на престол примерно через четыре года, сразу после внезапной кончины их отца, короля.

Она должна переломить ход событий.

«До свадьбы осталось пять дней».

В этой жизни она не даст утащить себя покорно.

Но прямо сейчас она мало что могла сделать.

У неё не было ни друзей, ни верных слуг, а следившая за ней Лиси постоянно находилась рядом.

Со всех сторон кишмя ползали враги, а у неё самой не было никакого оружия.

«Нужно найти надежную охрану. Но прежде ‒ избавиться от надзирательницы».

Лиси, следовавшая за Айлет, тихо предупредила:

— Вы должны вести себя осторожно в присутствии графа. Если вы снова расплачетесь, как в прошлый раз, Её Высочество кронпринцесса будет очень опечалена.

Теперь в уголках губ служанки она заметила насмешку, которой раньше не видела.

Девушка, глядя на неё, невесело усмехнулась.

— Что ж, не знаю.

Кэтрин, наверное, хлопала бы в ладоши и смеялась.

Но с этого дня она больше не сможет смеяться.

«Начну с тебя, Лиси».

На лицо Айлет легла холодная тень.

Когда они подошли к скромной столовой в башне, принцесса приказала Лиси:

— Ах, я оставила в спальне подарок для графа. Сходи за ним. Это брошь в бархатной коробочке.

Служанка бросила подозрительный взгляд, но всё же кивнула.

Убедившись, что Лиси скрылась из виду, Айлет открыла дверь столовой.

Резкий запах духов ударил в нос. Граф Каслрейн, выпятив толстое брюхо, сидел за столом.

— Ваше Высочество принцесса?

Заметив Айлет, граф прищурился. Должно быть, он пытался изобразить улыбку глазами, но это было лишь отвратительно.

— Ого, вы еще больше выросли с нашей последней встречи?

Граф, жирный, с маслянистыми морщинами, был тучен. Его брюхо так расперло, что он не мог даже встать.

Граф похотливым взглядом оглядел наряд Айлет. Её чуть не вырвало.

— Скоро девятнадцать. Было бы лучше, если бы вы были на четыре-пять лет младше… Тьфу.

Плечи девушки рефлекторно дернулись при виде огромных кулаков графа.

Перед лицом насилия статус был бесполезен. Айлет была абсолютно слабой.

Раньше.

— Прошу прощения за опоздание, граф.

— Хе-хе. Через несколько дней вы станете моей женой. Полагаю, вам лучше заранее исправить свой тон и обращение. Боюсь представить, как люди станут оскорблять Ваше Высочество, если услышат такое.

— …И правда.

Айлет, скользнув взглядом по расставленным приборам и серебряным подсвечникам, обогнула стол. Налитая жиром голова графа постепенно приближалась.

— Я была неправа, граф. Простите меня.

Когда она с печальным видом покорно склонила голову, граф расплылся в улыбке.

— Вот так-то. Между прочим, заставлять ждать мужа ‒ тоже невежливо. Особенно такого великого мужа, как я, накопившего за долгие годы жизненный опыт…

Не дожидаясь окончания этой графской тирады, Айлет схватила со стола серебряный подсвечник и со всего размаха ударила его по затылку.

Хрусть!