Глава 24.0

Глава 3

Помню, это был один весенний день, когда лепестки вишни падали хлопьями. Должно быть, последняя весна, когда мы с Бенедиктом были женихом и невестой.

— Я хотела бы получить от отца другие полномочия, сестра, — как-то сказала Кэтрин, придя в башню. На чаепитии присутствовал и Бенедикт. — Хочу укрепить своё положение как кронпринцессы. Кажется, королевский совет до сих пор не слишком меня жалует.

Кэтрин, навестившая её после долгого перерыва, не скрывала мрачного настроения.

Айлет хотелось во что бы то ни стало избавить сестру от её тревог. Чтобы Кэтрин не считала это время, проведённое с ней, бесполезным. Чтобы та нашла в ней пользу и полюбила даже сильнее, чем сейчас. Чтобы у неё сложилось убеждение, что Айлет можно оставить в живых надолго.

— А что, если попросить отца передать тебе военную власть? Тогда никто не посмеет поднять против тебя руку.

— Но отец предпочитает сам осуществлять военную власть. Я не хочу делать ничего, что может вызвать его недовольство.

— Это не совсем так.

— Что ты имеешь в виду?

— Отец считает, что никто, кроме него, не способен контролировать армию. Ведь он был лучшим воином королевства. Чтобы потребовать у него часть военной власти, нужно показать ему "слепую зону" ‒ то, куда он сам не может вмешаться.

Взгляд Кэтрин, устремлённый на Айлет, странно изменился.

— Что же это?

— Частные армии столичных аристократов. Войска, которые они содержат под видом охраны своих домов.

— Это не противозаконно, Айлет. К тому же они невелики, и они ни разу не создавали проблем.

— Но если захотеть их прижать, всегда можно найти предлог. В Элровисе выращивание знатью собственных армий строго запрещено.

Стих даже звук чаепития Бенедикта, и даже шум травы, касавшейся подола платья Кэтрин. В тишине маленького дворика, дышавшего весной, раздался спокойный голос Айлет.

— Конечно, большинство этих аристократов ‒ те, кто предоставлял свои войска отцу в его завоевательных походах. Поэтому у отца нет прямого повода их останавливать. Скорее всего, поэтому он до сих пор смотрел на это сквозь пальцы.

— ……

— Но это не значит, что он доволен таким положением дел. Он, как никто, знает опасность армии. Как только появится предлог, он захочет искоренить проблему частных войск раз и навсегда. Сестре нужно просто предоставить ему этот предлог.

— ……

— Доложи отцу о состоянии войск, принадлежащих аристократическим домам, которые вмешиваются в столичную безопасность, или о маршрутах патрулирования вооружённых формирований, не входящих в столичную армию. Создай хоть небольшое ощущение кризиса.

— И отец точно не оставит это без внимания?

— Да. А раз доклад поступил от тебя, он, естественно, передаст тебе командование столичной обороной.

Король сможет решить проблему частных армий, не ссорясь с аристократами, а кронпринцесса получит желанное военное командование. А в придачу ‒ заполучить компромат на знать.

Безупречно чистое решение.

Довольная своим ответом, Айлет отправила в рот кусочек угощения.

Над чайным столиком повисло странное молчание. И Бенедикт, и Кэтрин, словно сговорившись, не сводили глаз с ясного лица Айлет.

Только когда чай остыл, Кэтрин улыбнулась.

— Вот что значит моя умная младшая сестра. Я приму это к сведению, спасибо.

— Если я смогла помочь, я рада, сестра.

Айлет послушно улыбнулась.

Кэтрин, словно гордясь ею, погладила её по голове, и Айлет, доказавшая свою полезность, была счастлива, как щенок, получивший награду.

После ухода Кэтрин Бенедикт остался с ней ненадолго дольше.

Когда все гости расходились, Айлет должна была снова вернуться в башню. Бенедикт, зная, как она ждёт этих редких, случавшихся раз в неделю, выходов, специально выкраивал время и оставался в башне до поздней ночи.

Опершись руками на стол и пристально глядя на девушку, мужчина внезапно спросил:

— Как ты узнала, что аристократы выращивают частные армии под видом личной охраны?

— Потому что рыцари, которых ты приводишь, ‒ не королевские.

— И этого достаточно?

— Они каждый раз разные и всегда при оружии. Во дворец они, конечно, не входят с оружием, но когда выходят, им возвращают сданное на хранение. А из окна этой башни видно довольно далеко.

— …Вот как. Я не знал.

Бенедикт погладил тыльные стороны её рук.

— А ты не думала сама предложить это отцу?

— Что толку? Он бы даже не сделал вид, что слышит меня.

— Ну не знаю. Если ты способна придумать такое, то, наверное, смогла бы и завоевать доверие Его Величества. Ты ведь уже не в первый раз подсказываешь что-то подобное кронпринцессе.

— Сестре не понравится, если я буду высовываться.

Айлет поспешно, почти навязчиво, опровергла его.

— Ты же знаешь, Бени, как сестра относится к другим детям отца. Я хочу быть сестре полезной.

— Думаешь, это единственный способ выжить?

— Да.

Бенедикт, не задавая больше вопросов, прижался губами к её рукам ‒ к тыльной стороне и к внутренней стороне запястья. Основав бесчисленные поцелуи, словно птенец, клюющий корм, он наконец хрипло прошептал:

— Айлет.

— Ммм?

— Давай сбежим.

Это было неожиданно.

Глаза Айлет широко раскрылись. Затем она рассмеялась и покачала головой.

— Если мы покинем дворец, нас убьют. Как мою мать.

— ……

— Да и для тебя важна семья. Ты же скоро станешь герцогом. И я тогда скоро смогу уйти отсюда.

Бенедикт, уткнувшись лицом в её ладонь, долго молчал. И наконец пробормотал:

— Хорошо. Я уважаю твой выбор.

— Да, спасибо.

— Но запомни. Только ты можешь владеть мной. Где бы я ни был и что бы ни делал, моя душа навеки твоя.

— ……

— Ты ведь тоже?

Айлет, смущённая, всё же покраснела.

Бенедикт долго не мог оторвать губ от неё.

Мир окрасился в розовый цвет от лепестков вишни, падавших, словно весенний дождь.

Айлет рассеянно хлопала ресницами.

В затуманенном, будто остаточным изображением от лепестков, взгляде она увидела чью-то широкую спину, копошившуюся у камина.

— …дикт.

Рука, ворошившая кочергой, замерла.

Тонкий шёпот, проплыв по тёплому воздуху, достиг мужчины.

— Бенедикт…

"Уважать" и "поддерживать" ‒ разные вещи.

Она поняла слишком поздно, что уважать её ‒ не значит поддерживать.

Слёзы из невидящих глаз намочили подушку.

«Но, Бени, какой у меня был выбор в те дни?»

Она всё ещё так ярко помнила тело матери, тихо раскачивавшееся в башне. Затхлый воздух того места. Безжизненную, как полено, плоть. И её последние слова…

— Ты должна выжить, Айлет.

Тогда она думала, что это правильный ответ.

Почувствовав шероховатое прикосновение к виску, Айлет закрыла глаза.

Сон о хороших днях закончился.

* * *

Ничейные земли

Ничейными землями называют длинную пограничную полосу, разделяющую самый север континента, владения демонов, и земли людей. В эпоху мифов Бог заточил злых духов на краю земли, воздвиг огромную стену и отделил их от людей. Эта величественная граница, названная "Стеной изгнания", была окружена могучей священной силой, и никто не мог ни войти, ни выйти из неё. Но милосердный Бог, любящий свои творения одинаково, оставил демонам шанс снова наслаждаться мирской жизнью. Раз в пятьсот лет в Стене изгнания появлялись огромные врата. Демоны выходили в человеческое общество через эти врата, открывавшиеся всего на одно мгновение (15 минут), и предавались тайным удовольствиям среди людей. Но тем демонам, что выходили на землю людей, приходилось ждать новых пятьсот лет, чтобы вернуться домой. Пресытившиеся удовольствием демоны начали тосковать по дому и построили собственное поселение перед вратами изгнания. Это и есть происхождение нынешних ничейных земель между северными границами королевства Каланд и королевства Элровис.

Айлет мельком взглянула на Вару, которая прильнула к окну кареты, словно пытаясь просунуть в него нос. Красные глаза девочки сверкали в отражённом свете снежной равнины.

— Ну как, Вара? Что-нибудь чувствуешь?

Вара покачала головой. Но, судя по тому, как она тыкала пальцем куда-то вдаль, она хотела сказать, что, если подойти ближе, можно будет что-то понять.

— Хочешь, когда доберёмся до командования, сходим туда ночью? У меня к тебе будет дело.

[Хорошо] [Хорошо] [Хорошо]

Вара, сияя глазами, прижалась к Айлет.

Айлет сняла шарф и показала ожерелье, спрятанное за воротником. Реликвия матери, камень, который вернул Айлет в это время.

— Я хочу, чтобы ты поискала там, нет ли вещи с похожей энергией. Хоть чёрной, хоть красной.

[Смогу] [!]

Вара, расправив плечи, гордо выпятила подбородок ‒ мол, такие пустяки ей нипочём. Айлет умилилась её лицу и улыбнулась, и в этот момент карета остановилась.

Дверца кареты открылась без предупреждения.

— Думаю, нет нужды посылать этого ребёнка.

Это был Кайрон. Стоя у открытой двери, он смотрел на Айлет снизу вверх. Ему, видимо, не было холодно в эту зимнюю пору: он снял плащ из густого меха какого-то зверя и держал его на руке.

— Нет человека, который знал бы ничейные земли лучше меня. Спрашивайте, что хотите.

Кайрон шагнул внутрь и закрыл дверь. От принесённого им с собой северного холода кости пронзила дрожь.

Мужчина мельком взглянул на её ожерелье.

— Похоже, я знаю эту вещь.

— Вы видели что-то подобное?

— С виду гораздо грубее, но похоже на вещество, которое часто находят в логовах демонов и которое изучают в северной крепости.

— Изучаете? Есть что-то особенное?

— Знаете, почему с демонами так трудно покончить?

Вопросом на вопрос ответил Кайрон. Он равнодушно произнёс, словно выбирал блюдо из меню:

— Потому что, сколько бы их ни убивали, они постоянно воскресают. По-настоящему убить можно, только тщательно расчленив их тело и сжечь. А если устранить то вещество, они перестают воскресать даже от одного удара в уязвимое место.

— ……

— Непредсказуемая сила демонов тоже исходит от этого вещества. Предполагаю, что это своего рода носитель, в который можно выборочно добавлять различные функции. Это всего лишь гипотеза.

— …Понятно. Судя по вашим словам, моя вещь далека от этого.

Айлет проглотила тот факт, что ожерелье ‒ реликвия матери. Теперь стало ясно, что она бессмертна. По крайней мере, пока в этом ожерелье остаётся жизнь матери.

«Но почему же я вернулась во времени? Из-за того, что умерла от отсечения головы?»