Глава 16.0

— Да. Говорят, он передал кронпринцессе своё намерение сделать предложение.

Выражение лица короля нельзя было назвать хорошим. Он не слишком жаловал неожиданности, которых не мог предвидеть.

Он поручил Кэтрин первую встречу с командующим Винтербарком, чтобы посмотреть, как кронпринцесса справится с пограничным вопросом. Хотя прошлой ночью он сурово отчитал её, его доверие к старшей дочери не поколебалось. Поэтому, если переговоры с Каландом пройдут успешно, он планировал поручить ей и дипломатические дела, и пограничные вопросы.

И тут командующий ни с того ни с сего делает предложение. Да ещё и о браке с младшей дочерью.

Едва получив доклад от кронпринцессы, король вызвал Айлет.

— Ты знала командующего Винтербарка раньше?

— Ах, это… Ну…

Айлет была растеряна не меньше. Однако король был настроен серьёзно. Айлет быстро взяла себя в руки.

Что бы ни было на уме у Кайрона, когда он сделал предложение, это был шанс.

— Вчера во время прогулки по саду мы случайно встретились.

— Встретились? О чём вы говорили?

— Ну, он спросил, почему моя свадьба была отложена. Думаю, ему было любопытно, почему изменился порядок празднования Дня основания.

— Хм.

Король недоверчиво фыркнул.

— Вы устроили тайное свидание в саду ночью? Что, увидела настоящего мужчину и сама не своя стала?

— Не истолкуйте превратно, отец. Мы говорили о самых обычных вещах.

По спине пробежал холодный пот.

Нельзя создавать впечатление, что она сама приблизилась к Кайрону. Но и нельзя, чтобы подумали, будто она наслаждалась тайным свиданием с командующим. Достаточно честно, но не слишком вызывающе.

Айлет спокойно покачала головой.

— Мы пробыли вместе недолго. Всего полчаса. Говорили о красоте дворца Элровиса, о предстоящей аудиенции… Так, обычные светские разговоры.

Король живо ухватился за подброшенную ею ниточку.

— Вы говорили о сегодняшней аудиенции заранее? Что сказал командующий?

— Он казался очень встревоженным перед аудиенцией. Всё-таки конфликт с Каландом из-за ничейных земель уже много лет топчется на месте. Похоже, если он не сможет успешно завершить переговоры, его положение по возвращении в Каланд станет трудным.

Король нахмурился и недовольно произнёс:

— Значит, он подошёл к тебе намеренно. Увидел, что твоя свадьба отложена, и решил, что это его шанс. Не хочет падать ниц передо мной ‒ вот и придумывает всякие уловки.

— Командующий хочет заключить союз с Элровисом через брак со мной?

— Да. Говорит, отдадим тебя ‒ он уладит все пограничные вопросы так, как мы потребуем. На словах утверждает, что влюбился с первого взгляда, но, должно быть, за этими сладкими речами скрывается что-то ещё.

Для предложения, сделанного с наскока, логика была довольно убедительной.

В глазах Айлет вспыхнул огонёк.

— Он нужен вам, отец?

— Под предлогом демонов он воздвиг крепость прямо на границе и разместил там крупные военные силы. Если не приструнить его, вслед за демонами настанет очередь Элровиса.

— Ну… в таком случае…

Айлет сглотнула.

— Как вы смотрите на то, чтобы использовать меня?

— Использовать тебя?

— Да. Если я выйду замуж за командующего Винтербарка и уеду на север, разве не сможете вы, отец, потребовать от него гораздо больше взамен за отправленную принцессу?

На мгновение повисло молчание. Король, похоже, совершенно не ожидал от дочери такого предложения.

— Ты сама хочешь стать заложницей?

— Да. К тому же, если он возьмёт в жёны принцессу, вероятность того, что он будет угрожать Элровису, значительно снизится.

— И ты предлагаешь мне взять в зятья бастарда из чужой страны?

Айлет сдержала улыбку. Значит, зять, который старше её, был бы хорош?

«Тебе нет никакого дела до того, кто станет моим мужем».

Но внешне она лишь скромно опустила глаза, стараясь выглядеть жалобно.

— Если это была необдуманная мысль, простите. Я просто, как ваша дочь, хотела избавить вас от лишних забот.

Когда Айлет закончила, в тронном зале раздавался лишь звук указательного пальца короля, постукивающего по подлокотнику. По продолжительности молчания было ясно, что он медленно обдумывает её предложение.

— Если ты уедешь на север, это будет выглядеть так, будто Элровис склоняется перед Каландом. Толку от этого не будет.

— Мне ведь не обязательно переезжать на территорию Каланда. Если я останусь в башне северного пограничного штаба Элровиса, для поддержания брачного союза никаких проблем не будет.

И уезжать из Элровиса мне тоже страшно.

Айлет поспешно добавила:

— Если я буду жить в башне северного пограничного штаба, а командующий станет регулярно приезжать с данью, то это он будет склонять голову перед Элровисом, а не мы перед ним. И одновременно я смогу следить за ним с самой близкой дистанции.

На этот раз молчание короля было немного дольше.

— …Ты вообще сможешь выжить на севере? Это место, где во время битв с демонами ежедневно гибнут десятки солдат.

— Если я случайно погибну, ответственность ляжет на командующего Винтербарка. Как муж, он обязан защищать жену.

То есть, с какой стороны ни посмотри, Элровис не понесёт больших потерь.

Король задумался. Сначала он подумал: что за чушь она несёт? Но чем больше слушал, тем больше смысла находил. По крайней мере, это было разумнее того, что предлагала кронпринцесса, которая пришла к нему после утренней аудиенции.

— Раз он делает такое нелепое предложение, значит, командующий явно смотрит на Элровис свысока. Ни в коем случае не принимайте его предложение, отец. Надо заставить его простоять на коленях перед дворцом дни и ночи напролёт, чтобы сбить с него спесь.

Обычно Кэтрин не свойственен такой эмоциональный тон. Королю это было не особенно приятно, но другого разумного варианта не было. Он уже склонялся к одному решению, как вдруг предложение второй дочери показалось ему куда более заманчивым.

Это дипломатия. Не просто желание подчинить соперника, а умение управлять событиями ‒ вот что определяет будущую победу или поражение. В этом вопросе предложение Айлет было разумнее, чем план Кэтрин.

Разумеется, рационально ‒ да.

Но, глядя на Айлет, король почувствовал зародыш сомнения. Вторая дочь, которая никогда до сих пор не высказывала своего мнения, начала действовать. Вон хотя бы её вчерашнее вторжение на банкет. Король сразу понял значение платья, которое надела Айлет. Уже сам наряд, откровенно отсылавший к Левии, пробудил ностальгию у тех, кто помнил королеву Шарлотту.

В том числе и у самого короля. Хотя конец был печальным, Шарлотта была одной из женщин, которых он любил.

«Она что, рассчитывала на это? Что у неё на уме? Неужели Айлет вдруг возжелала власти?»

Король нарочно смягчил голос.

— Разве могу я отправить тебя одну на границу? Если хочешь следить за командующим, тебе нужно иметь хотя бы права командования пограничными войсками, чтобы оказывать на него давление.

— Вы хотите сказать, что дадите мне командование пограничным отрядом, отец?

Айлет широко раскрыла глаза. А затем, словно испугавшись, всплеснула ресницами, как бы спрашивая "что это значит?", и сказала:

— Что вы… У меня нет способностей командовать армией. Если вы считаете, что нужна сила, достаточная для сдерживания командующего, будет вполне достаточно полномочий на ведение пограничных переговоров. Хотя даже они будут чисто формальными.

Полномочия на ведение переговоров.

Король усмехнулся.

— Ты знаешь своё место, Айлет.

Она понимает своё положение, но амбиции у неё нешуточные. Если бы она с жадностью ухватилась за предложение дать ей командование войсками, он бы подумал "так и есть" и отказал.

Среди королевских прерогатив военная власть ‒ одна из высочайших. Даже Кэтрин, воспитанную как кронпринцессу с самого рождения, только в прошлом году удостоили права командования столичной обороной. Это не та власть, которую легко дать и легко забрать.

«Но полномочия на переговоры ‒ другое дело».

Айлет, глядя прямо на короля, думала: «Не вся дипломатическая власть, а только переговорная. Окончательного решения по дипломатическим спорам нет, но можно корректировать и согласовывать уже принятые решения. По сравнению с военным командованием ‒ это маленькая, почти ничтожная власть. Давать её нет особой причины, но и не давать ‒ тоже».

Её прогноз оправдался.

— Даже переговорные полномочия, в конечном счёте, связаны с пограничными войсками. Как только ты получишь часть военной власти, ты уже никогда не сможешь вернуться в столицу.

По спине Айлет пробежала волна ликования.

— Ты всё равно готова ехать?