Глава 22.0

* * *

Приготовления к отъезду на север шли своим чередом.

Айлет думала, что приданое, которое выделит королевская семья, будет ничтожным, но король, к удивлению, выдал довольно щедрое.

Айлет отобрала драгоценности и украшения, полученные от короля, и отправила их в торговый дом Канзайл. Она хотела послать Вару, но девочка наотрез отказалась.

[Вара защищает принцессу.]

[Поручение] [Пошли его.]

Вара гордо указала на дверь.

Лукиан, стоявший за приоткрытой на ладонь дверью, приподнял бровь.

— Ты не училась, что тыкать пальцем в старших неприлично? Если не знаешь, научись.

Вара помахала карточкой [Не нравится].

Лукиан, усмехнувшись, словно это было нелепо, сказал Айлет:

— Внизу у башни ждёт карета. Позвольте проводить вас.

По приказу короля он должен был сопровождать принцессу до самой границы. Судя по тому, что её до сих пор не бросили в темницу, он не донёс королю или кронпринцессе о её тёмных секретах.

Когда Айлет вышла в коридор, Лукиан накинул ей на плечи толстый плащ.

— Сейчас холодно, а в пути будет ещё холоднее.

— Спасибо.

Плащ был тёплым ‒ должно быть, он держал его наготове.

Айлет медленно спустилась по лестнице и вышла из башни.

Когда она уже собралась направиться к карете, она заметила неожиданную фигуру.

Мальчик с рыжими волосами неподвижно стоял во дворике.

— Привет, Ахилл.

— ……!

Мальчик широко распахнул глаза ‒ видимо, не ожидал, что она знает его имя.

Недолго помедлив, он протянул свой блокнот.

Я слышал, вы уезжаете. Говорят, вы больше не вернётесь, и я хотел попрощаться. Извините, что отвлекаю.

Айлет мельком взглянула на его худые запястья. За те несколько дней, что она не видела его, на внутренней стороне рукава появились новые синяки.

— …Я хочу немного поговорить с Ахиллом. Сэр Феррейн, не могли бы вы отвести Вару и отойти?

— Слушаюсь, принцесса.

Лукиан, подталкивая скалившую зубы Вару, отошёл.

Айлет поправила плащ и повернулась к Ахиллу.

— Можешь говорить на языке жестов. Я пойму.

Мальчик, ошеломлённо смотревший на неё, вдруг опомнился. Затем быстро задвигал руками.

— Её высочество кронпринцесса всё это время была не в духе. Я видел, как она гневается на вас, принцесса. Похоже, она хочет вам навредить. Будьте осторожны.

— Я так и думала. Спасибо, что сказал.

Как долго он здесь стоял? Щёки и мочки ушей мальчика растрескались и покраснели.

Айлет протянула руку и обхватила его холодные щёки.

— Ахилл.

Мальчик приоткрыл рот, словно пытаясь ответить.

Айлет всмотрелась в движение его языка, слабо шевелившегося внутри красноватых губ. Она не упустила ни одного мгновения: как красный, как губы, язык касался зубов и отрывался, как напрягалась челюсть. По одному этому нетрудно было понять, какой способ выживания выбрал этот мальчик.

— В этом месте нельзя выжить, не убивая.

— ……

— Если у тебя нет сил убивать, нужно найти способ обрести силу. Не только я, но и ты. Ты до сих пор выживал, притворяясь немым, но так больше не может продолжаться. Если хочешь жить, ты тоже должен найти своё место.

Айлет притянула мальчика к себе, сжав руки. Её голос стал ещё тише.

— Стань приёмным сыном маркиза Мелсиера или графа Сернана.

— ……!

— Из домов, которые веками хранят нейтралитет, только в этих двух нет наследников. Получишь дворянский статус и покинешь дворец ‒ тогда и Кэтрин не сможет тебя так просто тронуть.

"Но как?" ‒ спросили дрожащие глаза мальчика.

Тот факт, что этот ребёнок до шестнадцати лет служил пажом во дворце, означал, что король к нему довольно благосклонен. Самым сильным оружием Ахилла была любовь отца. В зависимости от того, как им воспользоваться, оно может оказаться могущественнее даже власти кронпринцессы.

Айлет слегка прижала к щеке мальчика маленький стеклянный флакон размером с фалангу пальца, спрятанный в рукаве. Она раздобыла его вчера, попросив Кайрона.

— За заслугу спасения жизни короля можно получить и новый статус ‒ вполне достаточный повод.

— ……!

— Как использовать это ‒ решать только тебе. Выбор и решение за тобой.

Мальчик накрыл своей рукой тыльную сторону ладони Айлет. Флакон перешёл от неё к нему.

Айлет не объяснила, что внутри, но мальчик, похоже, понял и так.

Некоторое время он смотрел на флакон опущенными глазами, затем медленно убрал его за пазуху. И спросил жестами:

— Если я так выживу, это поможет принцессе?

Пока Айлет колебалась, мальчик добавил:

— Тогда я смогу снова вас увидеть?

Его золотистые глаза, спокойные даже когда он брал яд, теперь беспокойно дрожали.

При виде этого ребёнка у неё перехватывало дыхание. Мальчик был словно зеркало, отражающее её прошлую. Она видела себя прежнюю ‒ ту, что легко поддавалась даже капле привязанности, словно росе, падающей на иссохшую жизнь.

Нельзя бездумно вселять надежду в наивного ребёнка. Будучи самой поглощённой заботой о собственном выживании, быть чьим-то ориентиром было неловко и тяжело. И всё же Айлет ещё не до конца отказалась от человеческого сердца.

Она поцеловала щёку мальчика, постепенно согревавшуюся от её тепла.

— Когда встретимся в следующий раз, зови меня старшей сестрой. Я хочу услышать твой настоящий голос.

— ……!

— Я буду ждать.

Последние слова прозвучали очень тихо, и Айлет не знала, услышал ли их Ахилл. Она отвернулась от мальчика, который поспешно протянул к ней руки.

У кареты стоял Кайрон ‒ неизвестно, когда он подошёл. Он, скрестив руки на груди и прислонившись к карете, бесцеремонно бросил:

— Разве можно заводить любовников ещё до свадьбы?

— Я просто прощалась с младшим братом.

— Какой же он младший? Взрослый уже парень.

— Ему всего шестнадцать. Вы готовы?

Айлет попыталась нарочито холодно сменить тему, но с Кайроном это не прошло.

— Ты жалеешь того мальчика?

— Это важно?

— Это вы сказали, что между нами не должно быть секретов.

— …Мне нужен кто-то, кто будет отвлекать и сдерживать Кэтрин в столице, пока я набираю силу на границе, — нехотя ответила Айлет. — Кэтрин получает удовольствие, издеваясь над Ахиллом. Она не может спокойно смотреть, как её игрушка получает отцовскую любовь и поднимается по социальной лестнице, становясь дворянином.

— Значит, выставляешь того мальчика новым конкурентом, чтобы отвлечь внимание кронпринцессы? Думаешь, у него получится? Взгляд у него, конечно, волчонка.

— Если получится ‒ хорошо, а если нет ‒ ничего не потеряю.

Кайрон, словно поняв, усмехнулся.

— Ну ты и неискренняя.

Айлет нарочно ускорила шаг, чтобы обогнать его. Чувствовать, что тебя раскусили, всегда неприятно.

Ахилл стоял как вкопанный, и пока он оставался у неё за спиной, она не обернулась. Как и в прошлый раз, никто не пришёл провожать её в дорогу.

Принцесса подняла голову и посмотрела на небо.

Тот же день, то же время, что и в прошлой жизни. В день, когда она покидала дворец, где прожила всю жизнь, чтобы отправиться в захолустное поместье, о существовании которого даже не знала, воздух был особенно холоден, а ветер свирепо толкал в спину.

Раньше она думала, что это жестоко холодный день, но, вернувшись, поняла, что это не так.

Айлет глубоко вдохнула.

Воздух был холодным, но оттого чистым, и небо — без единого облачка — сияло синевой.

Вдохнув прозрачный воздух полной грудью, она ощутила, как её разум остро прояснился.

Она вернётся. В день, когда она вернётся сюда, многое изменится.

Она бодро сделала первый шаг.