Глава 38
Глава 38
Дэниел был уверен, что Милдред немедленно объявит о смерти Фреда и найдет нового мужа, но она солгала Дэниелу об этом с предельной выдержкой. Она настаивала, что замужем, и ее муж исчез, но не умер.
«Мисс Ирис Ванс действительно спросила, были ли вы на вечеринке».
Лицо Леона на мгновение просветлело, а затем снова потемнело. Он не знал, что делать. Леон не мог пойти на вечеринку — слишком много людей узнали бы его.
Наконец Леон спросил: «С кем Ирис танцевала первой?» Это был тот вопрос, который он отчаянно хотел задать, но чувствовал, что не может этого сделать.
Тщательно подобранные слова Леона чуть не заставили Даниэля расхохотаться. «Ее дядя, граф Мерфи», — сказал Даниэль и отпил глоток вина.
Леон выглядел облегченным. «Ах, граф Мерфи». Затем он скрыл эмоции на лице.
Дэниел с восхищением наблюдал за Леоном. Хотя Леону было всего лишь подростком, он никогда прежде не проявлял такой эмоциональной бури.
«Полагаю, я бы никогда не смог потанцевать с Ирис на вечеринке».
«О?» — Даниэль сделал вид, что не понимает. Леон мог бы потанцевать с Ирис, если бы очень захотел.
Леон взглянул на Даниэля. «Если бы я пригласил Ирис на танец, она и все остальные узнали бы меня. Ирис узнала бы, кто я».
«Разве они не должны знать?» — подумал Дэниел, — «возможно, лучше было бы рассказать Вансам о секрете Леона», но ничего не сказал вслух.
Во время разговора они уже закончили есть. Алан вернулся и предложил десерт, но Леон покачал головой, и Дэниел предложил им уйти.
Даниэль и Леон оставили своих лошадей у ресторана, чтобы погулять и поговорить. Лицо Леона выражало ожидание.
«Существует ли магия, позволяющая видеть истинное лицо человека только определенным людям?»
Дэниел понял, что имел в виду Леон. Он легко проскользнул сквозь толпу и ответил: «А для этого нужна магия?»
Если не магия, то что? Леон не знал других вариантов. «Ты предлагаешь мне приказать людям притвориться, что они не знают, кто я?»
Это была абсурдная идея, совсем не то, что имел в виду Дэниел. Он усмехнулся. «Ты так сильно хочешь потанцевать с мисс Вэнс, что готов использовать магию?»
«Н-нет, дело не в этом». Леон слегка покраснел, но под шляпой этого было трудно разглядеть.
Кто-то толкнул Даниэля сзади и проехал мимо него, пробормотав: «Простите».
Взгляд Даниэля скользнул по мужчине, а затем снова вернулся к Леону.
«Мне просто интересно, не покажется ли ей это странным», — продолжал Леон дрожащим голосом, не подозревая, что Даниэль ведет его в тихий переулок. — «Она думает, что я дворянин. Разве она не должна хотя бы раз увидеть меня на вечеринке, чтобы поверить в это?»
Оправдание Леона было одновременно очаровательным и несовершенным. Зачем Ирис нужно было верить, что он дворянин? Дэниел, однако, не стал это объяснять. Он остановился, чтобы оценить обстановку, прежде чем двинуться дальше, увлекая за собой Леона.
«Я всего лишь сказал, что было бы неплохо, если бы ты познакомился с девушками из Vans, — сказал Дэниел. — Я не говорил, что ты должен с ними дружить».
«Как я мог не согласиться?»
Дэниел усмехнулся. Леон был прав. Он не мог прервать общение с тем, чье присутствие не было выгодным, но Леон имел в виду не совсем это.
Дэниел сдержал желание спросить, интересуется ли Леон Ирис. Иногда, произнеся что-то вслух, мы делали это реальным, даже если раньше это было не так.
Он применил другую тактику. «Значит, вы встречаетесь с ней из жалости?»
Лицо Леона покраснело, но не потому, что Даниэль его раскусил. Он сердито посмотрел на Даниэля. «Ты должен извиниться, барон».
Хм. Даниэль наклонил голову, чтобы увидеть выражение лица Леона. Неужели это правда? Ирис не была ни красавицей, ни богатой. Не было никаких причин, по которым такой прекрасный принц, как Леон, мог бы её полюбить. Или всё-таки были?
Размышляя, Даниэль задался вопросом: а как же он сам? Действительно ли его интересует женщина постарше, у которой двое покойных мужей и три дочери?
«Ирис не примет ничьей жалости, — сказал Леон. — Она умная, трудолюбивая и замечательная личность».
Лицо Даниэля помрачнело. Леон был прав; Ирис действительно обладала всеми этими качествами. Не следует судить о других по внешности или богатству. Внешность и средства могут стать ступенькой к успеху или обузой. Лучше судить по тому, как человек преодолел, усовершенствовал или уравновесил эти сильные или слабые стороны.
Дэниел подумал о Милдред. Он восхищался тем, как она не струсила в ситуации, которая могла бы напугать кого угодно. Он восхищался тем, как она делала все, чтобы защитить своих дочерей, и ни о чем у него не просила.
«Прошу прощения», — тихо сказал Даниэль.
Они свернули за угол и остановились.
«О, э-э, я не хотел, чтобы ты передо мной извинялась », — удивленно сказал Леон. Хотя он и потребовал этого в порыве гнева, извинения должен был принести не Леон. Это должна была сделать Ирис.
Леон понял, что Даниэль направляется в другой переулок. Куда он шел?
Озадаченный Леон последовал за Даниэлем до конца улицы, где несколько молодых людей сидели и хихикали. Увидев Леона и Даниэля, они вскочили.
«Похоже, его еще нет», — сказал Даниэль, оглядывая группу. Он затащил Леона дальше в переулок и спрятал его от посторонних глаз.
Один из юношей узнал Даниэля и, заикаясь, спросил: «В чём-то проблема?»
Даниэль взглянул на мальчика, а затем перевел взгляд на вход в переулок. Вскоре туда вошел молодой человек, задорно насвистывая.
«Смотри! У меня большой!» — Новичок держал в руке бумажник.
Мальчик, который разговаривал с Даниэлем, замер и побледнел. Он сразу понял, что произошло.
Остальные этого не поняли. Они свистели и столпились вокруг новоприбывшего.
«Сколько ты купил?»
«Это не очень толстый кошелёк».
Мальчик с бумажником протиснулся сквозь толпу. «Смотри», — сказал он и открыл бумажник. «Внутри золото».
«Голд?» Остальные мальчики окружили его. Только тот, кто узнал Даниэля, продолжал смотреть на него в холодном поту.
Что происходит? Леон переводил взгляд с Даниэля на юношей и обратно. Он не понимал, зачем Даниэль сюда пришёл и кто эти парни.
«Эй, эй», — сказал нервничающий мальчик, узнавший Дэниела. «Подожди. Верни это».
«Что? Ты что, с ума сошёл?» Остальные мальчики посмотрели на него с недоумением, но мальчик с бумажником ухмыльнулся.
«Ты ревнуешь, да, болван?»
«Не в этом дело, идиот!» — наконец, услышав его отчаянный крик, остальные, кажется, поняли, что что-то не так.
Их взгляды остановились на Даниэле, который стоял у входа в переулок, словно это была его территория, и на Леоне в шляпе.
«Что?» — растерянно спросил мальчик с бумажником. Неужели за ним следили? Но он выбрал окольный путь через переулки, чтобы избежать преследования.
Однако именно поэтому Даниил добрался туда первым.
«Что ты думаешь?» — усмехнулся Даниэль. Ни один карманник в этой стране, особенно в столице, не осмелился бы достать его бумажник. Никто.
Этот мальчик, вероятно, был новеньким.
«Эй, старик, — пригрозил карманник. — Почему бы тебе не уйти, пока кто-нибудь не пострадал?»
Нервный мальчик вздохнул. О нет. Он одолжил карманнику деньги пару дней назад. У него было предчувствие, что ему их не вернут.
Дэниел взглянул на нервничающего мальчика, затем повернулся к тому, кто так очаровательно украл его бумажник. Дэниел сделал шаг вперед. Остальные карманники вздрогнули и отступили назад.
«Похоже, вы здесь новенький».
«Он новенький! Поэтому, пожалуйста…!» Нервный мальчик попытался вмешаться и умолять о пощаде, но быстро замолчал, когда Даниэль взглянул на него.
Дэниел повернулся обратно к карманнику.
«Ч-что случилось?» Карманник был сбит с толку странной чередой событий. Никто из его друзей не смотрел ему в глаза.
Он связался с тем, с кем не следовало связываться.
Почувствовав зловещую атмосферу, карманник вернул бумажник Даниэлю. «Вот, бери. Всё будет как ни в чём не бывало».
Даниэль усмехнулся. Он и раньше сталкивался с такими ворами. Они воровали только для того, чтобы вернуть добычу, когда их останавливали.
Даниэль покачал головой. «Нет, всё в порядке. Оставь себе».
Правда? Карманник оживился, но нервный мальчик выглядел серьёзным. Всё было бы в порядке, если бы Дэниел взял его кошелёк, но раз он этого не сделал...
«Я могу себе это позволить», — сказал Даниэль.
Карманник рухнул на землю. «Ах!»
Испуганные мальчики поспешно отбежали назад. Даниэль не двинулся с места.
Карманник попытался подняться, но не смог. «Ч-что? Почему я...?» Он попытался встать, но так и остался лежать на земле, распластавшись на земле. Он мог двигать только головой и лицом, и повернулся, пытаясь посмотреть на Даниэля.
Лицо Даниэля было непроницаемым, ни гневным, ни довольным. Он подошел ближе к карманнику с невозмутимым видом, словно просто сделал то, что должен был сделать.
Дэниел поднял ногу, и карманник побледнел, понимая, что его руки в опасности. Он повернулся к остальным мальчикам, которые испуганно отшатнулись.
Глаза Леона расширились от удивления, когда он понял, почему король и королева не боялись, когда Даниэль водил его по столице. Он был хозяином переулков.
Леон поспешно отвернулся и услышал треск. В переулке раздался крик юноши.
«Аааа!»