BLUE

На третьей неделе промо-туров по музыкальным шоу в Music Bank объявили особый номер.

Утром, разбирая расписание, Цзян Банься увидел строку после имени Ким Минджон: 【Специальный номер — Blue】

Он остановился и спросил менеджера:

— Это что?

Менеджер посмотрел:

— А, это сольный номер Минджон. Запись сегодня, в эфир выйдет на следующей неделе.

Цзян Банься кивнул и убрал расписание.

---

Когда они приехали на телестанцию, Ким Минджон уже была в гримёрке. Сидела перед зеркалом, стилист работал с её волосами. Цзян Банься вошёл и увидел её в отражении.

Сегодня она выглядела иначе.

Обычный сценический макияж был безупречен, но сегодня — особенный. Вокруг глаз — едва уловимый сине-фиолетовый. Волосы уложены крупными волнами, рассыпаны по плечам.

— Доброе утро. — Он подошёл и поставил термос ей под руку.

Ким Минджон посмотрела на него через зеркало:

— Доброе утро.

— Сегодня особый номер?

— Да. — Она кивнула. — Песня, которую я ещё ни разу не исполняла.

Цзян Банься не стал спрашивать дальше. Сел в угол.

---

Макияж занял больше часа. Потом — смена образа. Стилист принёс чёрный кружевной топ и чёрные широкие брюки. Ким Минджон переоделась, встала перед зеркалом, осмотрела себя.

Цзян Банься бросил взгляд. Отвёл глаза.

Она была очень красивой.

Но он этого не сказал.

---

Потом привезли реквизит. Один из сотрудников вкатил белую электрогитару и передал её Ким Минджон.

— Умеешь? — спросил Цзян Банься.

Ким Минджон взяла гитару, прижала к себе, проверила посадку.

— Месяц репетировала, — сказала она.

Цзян Банься смотрел на неё.

Она держала гитару не так, как обычно держала себя.

---

В три часа дня началась запись специального номера.

Цзян Банься прошёл за съёмочной группой в студию. Декорации были готовы: сине-фиолетовая подсветка, включённая машина тумана, вся сцена в дымке.

За сценой — большой экран с текущими потоками света и теней. Внизу сидели музыканты: клавишные, бас, ударные — все на живое сопровождение.

Ким Минджон вышла на сцену. Встала в центре. Поправила ремень гитары, нашла точку и кивнула съёмочной группе.

Цзян Банься стоял в углу. Смотрел на неё.

Свет погас.

Потом луч сине-фиолетового упал на неё.

Музыка началась.

Она заиграла. Пальцы двигались по струнам — не слишком уверенно, но тщательно. После вступления она наклонилась к микрофону и запела.

Цзян Банься замер.

Он слышал её голос много раз — на шоу, на варьете, в машине, когда она напевала себе под нос. Но такого голоса — никогда.

*【Улыбаюсь, прячу всё за изгибом губ…】*

Голос был очень лёгким. Совсем не похожим на то, что звучит в танцевальных треках.

*【Выравниваю дыхание, не даю слезам упасть…】*

По сцене плыл туман. Сине-фиолетовый свет освещал её. Она стояла с белой гитарой, глаза смотрели куда-то далеко.

Цзян Банься смотрел на неё — и вдруг вспомнил многое сразу.

Первый раз в переулке. Она сидела, свернувшись в углу, дрожала.

Под фонарём. Она почти шёпотом говорит: «С днём рождения».

В студии звукозаписи. Снова и снова пробует верхнюю ноту, пока голос не садится почти в ноль.

В те моменты она не улыбалась.

Как сейчас.

*【Stuck in Blue…】*

На этой строке голос чуть дрогнул.

Совсем немного.

Но Цзян Банься услышал.

*【Время развеет туман…】*

Дымка на сцене продолжала клубиться. Она стояла там, и сине-фиолетовый свет обрисовывал профиль её лица.

Цзян Банься вдруг понял.

Эта песня не о ком-то другом.

О ней самой.

«Прячу за изгибом губ», «не даю слезам упасть», «Stuck in Blue» — это всё она.

Те, кто критиковали её в сети, не знали, какая она в жизни.

Но Цзян Банься знал.

Знал, что она плачет во время фильмов ужасов.

Знал, что когда устаёт до предела — просто садится и молчит.

Знал, что после той ночи с водой она не могла заснуть и слушала звук дождя.

Знал, что внутри у неё есть то, чего другие не видят.

Сейчас она пела об этом на сцене.

Пела для всех.

Но только он знал, о чём она пела на самом деле.

---

Песня закончилась. Свет медленно угас.

Ким Минджон стояла, держала гитару, голова опущена.

Через несколько секунд снизу раздались аплодисменты — сотрудники, другие артисты.

Она подняла голову и улыбнулась.

Эта улыбка была не такой, как обычно.

Цзян Банься стоял в углу и не аплодировал.

Просто смотрел на неё.

---

Когда Ким Минджон спустилась со сцены, она подошла к нему.

— Как?

Цзян Банься посмотрел на неё.

Глаза блестят. В них — что-то похожее на ожидание.

Он подумал секунду и сказал:

— Довольно хорошо.

Ким Минджон замерла:

— Просто «довольно хорошо»?

Цзян Банься кивнул.

Ким Минджон посмотрела на него — как будто хотела что-то сказать.

Потом улыбнулась.

— Ладно, — сказала она.

---

По дороге в гримёрку она шла рядом.

— Эту песню, — сказала она вдруг, — я выбрала сама.

Цзян Банься кивнул.

— Слова… очень похожи на меня, — сказала она.

Цзян Банься промолчал.

— Поэтому, когда пела, немного нервничала.

Цзян Банься посмотрел на неё.

Голова опущена. Кончики ушей красные.

Он подумал и сказал:

— Вот это место — «Stuck in Blue» — ты спела хорошо.

Ким Минджон подняла голову:

— Правда?

— Да.

Она улыбнулась.

Совсем маленькая улыбка.

Но Цзян Банься увидел.

---

В тот вечер, вернувшись в полуподвал, он сел на кровать, открыл телефон и вбил в поиск: «Winter Blue».

Видео ещё не было. Эфир ещё не вышел.

Но текст он нашёл.

Прочитал строку за строкой.

*【Улыбаюсь, прячу всё за изгибом губ】*

*【Выравниваю дыхание, не даю слезам упасть】*

*【Stuck in Blue】*

*【Время развеет туман】*

Он смотрел на эти слова и видел её на сцене.

Вспомнил, как чуть дрогнул её голос на «Stuck in Blue».

Отложил телефон. Лёг.

Уставился в потолок.

Пятно плесени было на прежнем месте.

Но сегодня, глядя на него, он думал не об аренде. Не об отоплении. Ни о чём таком.

Он думал о ней.

О ней на сцене.

О её лице, когда она сказала: «Слова очень похожи на меня».

Об ожидании в её глазах, когда она спросила: «Как?»

Он закрыл глаза.

Мелодия всё ещё звучала в голове.

*Stuck in Blue.*

Каково это — он не знал.

Но знал, что когда она пела, ему хотелось стоять рядом с ней.

Не как ассистенту.

Как…

Он не мог сформулировать.

Просто — стоять рядом.

---

Через неделю этот выпуск Music Bank вышел в эфир.

Цзян Банься смотрел у себя в полуподвале. Вернулся на час раньше специально, открыл телефон, нашёл выпуск.

Групповое выступление aespa шло в начале — он перемотал.

Потом начался специальный номер Ким Минджон.

Сине-фиолетовый свет, клубящийся туман. Чёрный кружевной топ, широкие брюки, белая электрогитара.

*【Улыбаюсь, прячу всё за изгибом губ…】*

По экрану поплыли комментарии.

«Вау, WINTER такая красивая!»

«Песня шикарная.»

«Первый раз слышу её в таком стиле.»

«Поёт с такой душой.»

Цзян Банься не прочитал ни одного.

Просто смотрел на неё.

Когда она запела «Stuck in Blue», голос снова чуть дрогнул.

Точно так же, как в тот день вживую.

Другие, может, и не заметили.

Он — заметил.

*Наверное, каждый раз, когда буду слышать эту песню, буду вспоминать сегодня.*

*Её на сцене.*

*Этот едва заметный надлом в голосе.*

*Ожидание в глазах, когда она спросила: «Как?»*

---

После эфира пришло сообщение.

【Смотрел?】

Он ответил: 【Смотрел.】

Она: 【Как?】

Он подумал секунду и написал: 【Лучше, чем вживую.】

С той стороны — тишина.

Потом: 【Правда?】

Он: 【Да.】

Снова тишина.

Потом: 【В следующий раз приходи в зал, я спою для тебя.】

Цзян Банься уставился в экран.

В следующий раз?

Вживую?

Споёт для него?

Он не знал, что ответить.

Наконец написал одно слово: 【Хорошо.】

Она: 【Договорились.】

Цзян Банься смотрел на эти слова.

Улыбнулся.

Положил телефон рядом с подушкой. Лёг.

Уставился в потолок.

Пятно плесени было на прежнем месте.

Но сегодня, глядя на него, он ни о чём другом не думал.

Он думал о том, как она будет выглядеть, когда скажет: «Я спою для тебя».

Наверное, вот так.

Очень красивой.

И звучать будет хорошо.