Товарищи по несчастью

С того дня прошло двое суток, и наступил самый депрессивный день в мире — понедельник.

«Ах, поскорей бы домой, в игрушки залипнуть...»

Уже в двадцатый раз за сегодня эта мысль посещала мою голову, пока я просиживал штаны на своем законном месте — в самом последнем ряду у окна.

Часы показывали полдень, в самом разгаре был четвертый урок — математика. У доски пожилой учитель вещал о каких-то непостижимых вещах: мнимых числах и комплексных плоскостях. Одно осознание того, что эта пытка продлится еще три с лишним часа, вгоняло в тоску.

Пытаясь сбежать от реальности, я окинул взглядом класс. «Дистанция до доски прямо пропорциональна уровню пофигизма к учебе», — лениво размышлял я, пока мой взор не зацепился за спину Асахи-сан, сидевшей в первом ряду.

Она с таким же азартом, с каким рубилась в приставку, строчила конспект в тетради. Мы были полной противоположностью друг другу: и в пространстве, и в устремлениях. Спустя два дня мне начало казаться, что её визит ко мне домой был всего лишь сном.

Четвертый урок закончился, так и не дождавшись моего внимания. Как только прозвенел звонок на обед, тишина мгновенно сменилась гомоном.

— Аяка-а! Пошли обедать!

— Ладно... но я сегодня не брала бенто, пойду в столовую.

— О, тогда вместе! Кажется, сегодня в меню дня креветки во фритюре! Поделишься со мной в обмен на мою закуску?

— С чего ты взяла, что я закажу именно меню дня?..

Колокол еще не затих, а Асахи-сан уже вовсю тормошила старосту класса, Хино Аяку. Говорят, они лучшие подруги еще с начальной школы, так что эту картину мы наблюдаем ежедневно. К ним тут же подтянулись остальные девчонки из «высшей лиги» — получилась классическая свита вокруг принцессы.

Разумеется, меня туда никто не звал. Группировка крутых парней, компании по спортивным секциям... Класс стремительно разбивался на лагеря, словно порядок ходов определялся школьным рейтингом. Когда все наконец распределились, настала моя очередь.

Я достал из сумки пакет, купленный по дороге в школу, и тихо выскользнул из кабинета. Пройдя по переходу в соседний корпус, я поднялся на третий этаж и зашел в многоцелевой кабинет «Б».

— Йо... — поздоровался я с «первопроходцами», сидевшими среди наваленных в кучу стульев.

— О, пришел.

— Привет.

Двое парней, лениво жующих свои обеды с телефонами в руках, ответили столь же пресным приветствием. Кадзама Хаято и Канэда Юма. Мои немногие друзья еще с первого года обучения... вернее, правильнее было бы сказать — товарищи по несчастью, такие же одиночки, не прибившиеся ни к одной группе. Тот факт, что мы обедаем в безлюдном месте, подальше от чужих глаз, говорит сам за себя.

Я устроился на свободном стуле и достал сэндвич. Мы едим вместе каждый день, но это не значит, что у нас всегда кипит беседа. Со стороны мы кажемся одинаковыми «интровертами», но если присмотреться — мы совершенно разные виды. Хаято залипал в видосики, Юма страдал над гачей в мобилке. Я же невозмутимо извлек свой портативный ПК — Streamdeck.

Итак, во что поиграем сегодня? До конца перерыва — 50 минут. Единственное блаженное время в этой унылой школьной жизни. Но не успел я погрузиться в процесс...

— Ты, походу, единственный школьник в стране, который таскает такую бандуру с собой, — скептически бросил Хаято.

— Не называй её «бандурой». И вообще, нас таких в стране еще человек пять найдется... наверное.

— А, ну если целых пять...

— Кстати, сегодня у нас... Poglin! — я с гордостью продемонстрировал им экран тяжелого устройства.

Poglin — это что-то вроде смеси рогалика и пачинко. Раунды короткие, как раз для обеденного перерыва.

— Первый раз слышу...

— А там есть милые девочки?

Как обычно, никакой поддержки.

— Эх вы, вечно вам одно и то же подавай... Вы только посмотрите! Суровый гоблин с грустными глазами катит шары по полю, чтобы выносить врагов! Разве не кайф?!

— Вообще нет. Проще стрим глянуть, чем самому потеть.

— А я не могу играть, если там нет вайфу, — подытожил Юма.

Замечательные у меня друзья, ничего не скажешь. Еще минут сорок мы провели в «уютной» атмосфере, когда каждый занят своим делом и лишь изредка перекидывается парой слов. Когда до конца перемены осталось минут десять, Хаято вдруг рухнул лицом на стол и выдал:

— А-а-а... как же я хочу себе девушку...

— С чего это вдруг? Весеннее обострение?

— Я вчера видел Комию из нашего класса. Он гулял под ручку с Фудзимото из параллельного «А»...

— Фудзимото?.. Это та, из легкоатлетического клуба? — Юма наконец оторвался от телефона.

— Она самая. Та самая знаменитая красавица-бегунья.

— И откуда ты только всё знаешь про девчонок из других классов?

— Я веду учет всех симпатичных девчонок нашего потока.

«Жутковато звучит», — подумал я, но вслух ничего не сказал.

— Они шли такие счастливые... Вот она, настоящая юность...

— Комия тоже парень видный, они, должно быть, хорошо смотрятся вместе, — поддакнул Юма.

— Вот именно! Пока они наслаждаются жизнью, я сижу с жареной курицей в одной руке и короткими видосами в другой...

— Ходить и залипать в телефон вообще-то опасно, завязывай с этим.

Мой холодный комментарий проигнорировали. Плач Ярославны продолжался:

— Это так жалко, так грустно... Почему я трачу свои золотые годы в этом кабинете, обедая в компании двух мужиков?!

— А мне кажется, у нас тут лампово. Никто не парит мозг, — вставил Юма.

— Заткнись! Я не хочу, чтобы единственным воспоминанием о старшей школе стало то, как я перетирал кости с вами в подсобке!

Хаято эффектно бахнул кулаками по столу и вскочил:

— К началу летних каникул я найду себе девушку!

— Ну, удачи. Болеем за тебя, — я начал собирать мусор, пропуская его пафосную речь мимо ушей.

— Ты за весь первый год ни разу с девчонками не заговорил, сейчас-то куда лезешь? — Юма улыбнулся, мастерски ударив в самое больное место.

— У-у... заткнитесь! А вы сами-то? Неужели не хотите?!

— Ну... если честно, я бы не отказался, но убиваться ради этого не стану. Мне хватает моих вайфу. Гляди, какую выбил, — Юма похвастался персонажем максимальной редкости в гаче.

Судя по всему, этот пиксель стоил ему не один десяток тысяч иен. На эти деньги в Steam можно было купить игр на всю жизнь. Я его ценностей не разделял, но в чужие хобби не лез.

— Ладно, зря я спросил. Рэйя, а ты что скажешь? Тебе разве не хочется завести девушку?

— Присоединяюсь к Юме. Из кожи вон лезть не собираюсь.

— Пфе... ну конечно. У тебя же есть та красавица-сестра с выдающимися формами. Вы же с ней каждый день после школы наедине, да? После такого на обычных девчонок и смотреть не тянет.

— Не неси чепухи... я просто помогаю ей в ресторане...

По будням я почти каждый вечер подрабатываю в ресторанчике европейской кухни, которым заправляет моя двоюродная сестра. Как-то раз эти двое выпросили приглашение, и я сглупил — позвал их. Теперь каждый раз жалею об этом.

— Ладно, шутки в сторону... Неужели ты никогда не мечтал сидеть плечом к плечу с милой девушкой и рубиться в игры?

— Плечом к плечу, говоришь?..

— Ну да! Спасаешь её в самый критический момент, а она такая: «Ох, ты мой герой! Я вся твоя!»

Я обреченно схватился за голову.

— Хаято, ты вообще ничего не смыслишь. Игры для меня — это освобождение подавленной души. Когда я играю, я должен быть свободен от всего, никто не должен мне мешать. Даже если я непопулярный отаку, подходить к искусству с такими низменными помыслами — это неуважение к создателям...

Прошло четыре дня. Суббота.

— Папа! Бей в гвозди! В гвозди!!

— П-понял! Принято!

Я сидел плечом к плечу с Асахи-сан, вцепившись в контроллер. И нет, то, что она называет меня «папой» — это не какая-то извращенная ролевая игра. Всему виной фраза, которую она бросила в прошлую субботу: «Было бы здорово в следующий раз поиграть во что-нибудь вдвоем, не думаешь?»

Услышав это, я всю неделю искал подходящую игру. Чтобы была интересной, драйвовой и при этом удовлетворяла моё самолюбие геймера. Перебрав кучу вариантов, я вспомнил про один шедевр.

«It Needs Two»

Знаменитая игра, получившая кучу наград, созданная специально для прохождения строго вдвоем.