Взрослый день рождения. Часть 8

Поначалу мы оба недооценили это. Казалось бы, просто поцелуй. Контакт длился лишь мгновение, площадь соприкосновения была ничтожной. Но кончик языка всё еще горел от этого ощущения. Если от одного прикосновения нас так накрыло, что же будет, если мы переплетем их по-настоящему? Сердце колотилось так, словно готово было вырваться из груди. Всё, что мы делали раньше, теперь казалось детской игрой. «Взрослый» поцелуй лежал в совершенно иной плоскости.

— Э-э... это было... сильно, да?.. — прошептала Хикару.

— У-угу... Сильно...

Слов не хватало. Это было похоже на то, как если бы в мир, где вы довольствовались старой игровой приставкой, внезапно принесли мощнейший современный игровой ПК. Такой поток ощущений просто выбивал почву из-под ног.

— Н-надо бы поесть... пока всё не остыло... — решил я предложить «перемирие».

Хикару, для которой этот опыт тоже оказался шоком, молча кивнула. Мы пересели за стол. Я разогрел рагу и гребешки, стараясь выпарить остатки алкоголя еще тщательнее.

Мы начали ужин заново. Еда была вкусной, даже очень — я мог бы гордиться собой, если бы мог думать хоть о чем-то, кроме того, что только что произошло. Мы ели молча. Это было самое тихое застолье в истории — даже на поминках и то веселее. Причина была ясна: ощущение от «того самого» контакта всё еще пульсировало внутри нас, становясь только сильнее. Мы напоминали наркоманов, переживающих «ломку».

— С-слушай... может, перейдем к торту?.. — предложил я, надеясь, что сладкое поможет отвлечься.

— У-угу... давай...

Мы порезали торт. Хикару достался кусок побольше, с шоколадной табличкой. Мы сели напротив друг друга, но разговор снова не клеился. Мы жевали торт в гробовой тишине, словно совершая какой-то странный ритуал.

— В-вкусно... — выдавила она из себя, голос звучал в десять раз тише обычного.

— Угу, сладко...

— Слишком сладко...

Разговор заглох. Мы не чувствовали вкуса еды, потому что наши рецепторы требовали другого «десерта».

Вспомнив, что у меня есть еще подарок, я полез за ним. Красиво упакованная коробочка.

— Это тебе. С днем рождения.

— Ой... ты ведь и так столько сделал... — она приняла подарок, прижимая его к груди.

— Открывай.

Хикару развернула упаковку.

— Вау! Напульсники! С вышивкой «Пико»! Какие милые! — её глаза загорелись.

— Я долго думал, что подарить, и решил, что лучше что-то полезное для твоих тренировок.

Мой первый в жизни подарок девушке. Интернет советовал косметику, но я решил, что теннис — это всё-таки её стихия. И не прогадал.

— Я буду носить их всегда! Можно примерить?

— Конечно!

— Та-да! Ну как?

Она надела напульсник и приняла игривую позу. Ей шло невероятно.

— Белый цвет тебе очень к лицу.

— Правда?

— Ага, ни на ком другом они не смотрелись бы так хорошо.

— Ой, ты преувеличиваешь! Но я так рада... буду беречь их!

Она бережно погладила подарок, и на душе у меня стало светлее. Тяжесть внутри сменилась чистой радостью. Я в очередной раз осознал, как сильно её люблю.

— Может, доиграем? — предложил я.

— Можно?

— Конечно, я хочу посмотреть, как ты играешь.

Хикару взяла джойстик и села рядом. Мы прижались плечами друг к другу. Она начала играть, но...

— Ой, убили...

Она проиграла на самом простом месте. Обычно она справляется с таким без труда, а тут — полный провал. Она не концентрировалась.

— М-м... может, билд плохой?..

— Попробуй поменять экипировку.

Она кивала, не слушая, просто механически двигая курсор по инвентарю. Мы оба поняли: то «томление» никуда не делось. Мы просто пытались его игнорировать. А подавленные чувства имеют свойство взрываться.

Наши взгляды встретились. Всего 30 сантиметров — расстояние обычного разговора. Но в этот момент оно сработало как искра, попавшая в пороховой погреб.

Мы одновременно бросились друг к другу. Столкновение губ, резкое, почти яростное. В этот раз никаких колебаний — мы уже знали, чего хотим. Мы вплели языки в жадном, голодном танце.

— М-м... Рэйя-кун, люблю тебя... обожаю...

— Я тоже... м-м...

— Я больше... м-м... люблю...

Мы шептали слова любви, переходя от одного поцелуя к другому. Мы не обращали внимания на то, что всё вокруг пропиталось этим моментом. Мы изучали друг друга, жадно впитывая каждый контакт, каждый вздох. Мы потеряли голову, как будто играли в самую важную игру в жизни.

Все границы были стерты. Мы дали себе слово ограничиться поцелуями, и в рамках этой «игры» мы требовали друг от друга всего, что только можно. Мы пожирали друг друга до самой полуночи, пока день рождения не подошел к концу.

Конечно, когда мы опомнились и пришли в себя, нас накрыла такая волна стыда и раскаяния, что об этом лучше даже не вспоминать.