Вторая ночь (Часть вторая)

— Ясно... значит, ты хочешь еще раз...

— Угу... А ты — нет? Тебе это... в тягость? — Хикару заволновалась.

— Да ну, что ты такое говоришь... — я покачал головой, отметая её сомнения.

— ...Тогда, можно мне?

— Если ты этого хочешь, Хикару...

Она коротко кивнула и снова взяла мою левую руку в свои ладони. Поднесла её к своему лицу и...

— М-м...

Мягко коснулась губами кончиков моих пальцев. Нервные окончания на руках, как оказалось, чувствуют тепло и нежность губ даже острее, чем кожа на щеках.

— ...Почему пальцы?

— Ты сегодня весь день вел меня за собой, крепко держа за руку... Это вроде как благодарность?

— Понятно.

Хотя, честно говоря, понятно мне было мало. Пока я пребывал в замешательстве, губы Хикару касались моей руки снова и снова. С каждым поцелуем внутри меня поднималась волна жара.

— А каково это — когда тебя так целуют? — спросила она.

— Трудно описать... Странное чувство.

— Хм-м... А как думаешь, что чувствует тот, кто целует?

— ...Вкус пота?

— Ну Рэйя-а!.. Не порти момент такими фразами! — она обиженно надула губки.

— ...Прости.

— Прощу, если обнимешь.

Она приподнялась на кровати и вытянула руки вперед, как ребенок.

— Кажется, наедине со мной ты становишься еще более по-детски капризной, чем обычно...

Её уровень «изнеженности» сейчас явно пробил потолок.

— Потому что завтра мы снова долго не увидимся... Мне нужно напитаться тобой на неделю вперед.

— На неделю... Точно, в следующий вторник у тебя же тренировка?

— Угу. В прошлый раз был выходной только потому, что турнир закончился.

— Ясно... Но неделя — это же быстро.

— Быстро?! Да я могу не выдержать и полезть к тебе обниматься прямо в школе!

— Вот этого, пожалуйста, не надо... Мне и так хватает косых взглядов.

Если она сделает это при всех, боюсь, меня ждет не только моральное давление, но и вполне реальная физическая угроза от армии её фанатов.

— Вот поэтому я и «заряжаюсь» сейчас под завязку! — она снова требовательно вытянула руки.

— Ну, тогда ничего не поделаешь...

Я сел и обнял её. Едва я коснулся её спины, она притянулась ко мне с силой в несколько раз большей.

— М-м-м... Рэйей-кун пахнет... — она уткнулась мне в плечо.

— Не потом? Мы же весь день на улице были.

— Даже если и так — это твой запах.

Я услышал её глубокий вдох, словно она хотела заполнить этим запахом самые легкие. Стало ужасно неловко. Я тоже невольно принюхался: привычный аромат Хикару смешался с едва уловимой ноткой пота после прогулки. И, к моему удивлению, это совсем не вызывало отвращения. Наоборот.

— И сколько длится этот «курс подзарядки»?

— М-м... курс «Пока я не буду довольна».

— Так это ж до самого утра мож... ай!

Я издал странный звук, когда она внезапно прильнула губами к моей шее.

— Ха-ха-ха! Какой забавный звук!

— ...Предупреждай хотя бы!

— Ты сам сказал: «Делай что хочешь»! — без тени раскаяния она поцеловала меня в другое место на шее.

На этот раз я был готов и не вскрикнул, но по позвоночнику пробежала дрожь от совершенно нового, незнакомого стимула. Похоже, моя любимая девушка — «целовальный маньяк».

Поцелуи дождем посыпались на мою шею и щеки. Она явно не собиралась останавливаться, но раз уж я сам сорвал этот стоп-кран, то смиренно принимал всё как есть.

— Ты уже на месяц вперед не «зарядилась»?

— Ни капельки. Пока только на полдня.

Значит, по моим расчетам, прошла только одна четырнадцатая. Если так пойдет, мы реально просидим так до рассвета. Но, честно говоря, мне и самому не хотелось её отпускать. Видимо, я тоже чувствовал, как бесконечно долго тянется время до следующей субботы.

— Кстати, у тебя теперь всегда будет выходной только по субботам?

— Угу. Если турнир — то еще день после него, но обычно только суббота.

— Ясно... А следующий турнир в сентябре, в Америке?

— Сам турнир в начале сентября, но нужно привыкнуть к климату, так что улетаю в конце августа.

— То есть тебя не будет недели три?

— Да, примерно так. Там огромная спортивная академия с крутым оборудованием, я буду жить и тренироваться там.

Она прижалась ко мне еще сильнее. Ей не нужно было говорить вслух — я и так чувствовал, как ей грустно.

— Еще не скоро, но... три недели без тебя — это очень долго. Я там, наверное, расплачусь от тоски...

— Сейчас же есть PINE, видеосвязь... прорвемся.

— Будешь звонить мне каждый день? Несмотря на разницу во времени?

— Конечно. Мне не привыкать к ночному образу жизни.

Я отвечал уверенно, но в душе понимал: тяжелее всего будет именно мне. Чем больше я слышал о её успехах на мировой арене, тем больше росла дистанция между нами — не только физическая.

— Тот турнир в Америке — последний в юниорах?

— Да. После него начну играть во взрослых турнирах низшего уровня, набирать очки для профессионального дебюта.

— И это тоже за границей?

— М-м... в Японии я сыграю всё, что смогу, но турниров тут мало. В основном придется ездить по миру.

Я немного изучал этот вопрос. График теннисиста-профи — это ад. Отпуск всего один месяц в году. Остальные одиннадцать — бесконечные перелеты и матчи. Чем лучше играешь, тем дольше остаешься на турнире и тем больше обязательств перед ассоциацией. Хикару — игрок именно такого уровня.

— В школе буду появляться всё реже... Но я очень хочу её закончить.

— У нас либеральная школа, пойдут навстречу. Придется только тесты досдавать.

— У-у-у... как всё сложно...

Хикару прижалась ко мне, словно пытаясь спрятаться от этой будущей разлуки. Но я видел: она больше не боится своего пути. Она никогда не вернется на «эту сторону», в мой тихий мирок. Пока я топчусь на месте, она несется вперед с невероятной скоростью.

— Слушай... хочешь, я отвечу на твой вопрос?

— Какой?..

— Ну, про то, что чувствует тот, кто целует.

— ...И что же?

— С каждым разом... я влюбляюсь в тебя всё сильнее и сильнее... — она чуть отстранилась, глядя на меня затуманенным взором.

Если бы я попросил её остаться, она бы наверняка согласилась. С её популярностью спонсоры завалят её деньгами, и она могла бы жить припеваючи. Но я не хочу быть просто «приложением» к ней.

При всем моем раздолбайстве, я хочу стоять рядом с ней как равный мужчина.

Я коснулся рукой её щеки и поцеловал её в ответ.

— ...И правда.

Чувства действительно вспыхнули с новой силой.

Значит, с этого момента я сделаю всё, что в моих силах. Может, уже поздно, но точно не «слишком рано». Глядя в удивленные глаза Хикару, я принял самое твердое решение в своей жизни.

Настала моя очередь идти в атаку и переходить на «ту сторону».

На следующее утро, когда я проснулся, Хикару уже не было.

Я сел в кровати, огляделся и заметил на столе записку.

«Ты так сладко спал, что я не решилась тебя будить! Напишу после тренировки. И... заранее прости меня!!»

За что «прости»?.. Потирая заспанные глаза, я пошел в ванную и тут же всё понял.

— О боже...

На шее, именно там, где Хикару вчера увлеченно меня целовала, красовалось ярко-красное пятно — засос. Я слышал о таком, но не думал, что это выглядит так заметно.

«Надо купить пластырь побольше...» — подумал я, умываясь.

Вернувшись в комнату, я почувствовал, что вчерашняя решимость никуда не делась. Я сел за стол. Мышка, клик, папка на рабочем столе. Та самая папка, которую я спрятал в самый дальний угол в тот день, когда Хикару впервые пришла ко мне, чтобы она, не дай бог, её не увидела.

Если я и могу что-то сделать сейчас — то только это.

«Дайдзю-сан, вы сейчас свободны?»

«Что такое? Дело есть?» — ответ пришел мгновенно.

«Я хочу, чтобы вы кое-что посмотрели. Как... профессионал».