Наше море для двоих. Часть 3

Её спина напоминала равнину, покрытую слоем нетронутого свежевыпавшего снега. Из-за тонких бретелек купальника с этого ракурса она казалась почти обнаженной.

— Тогда... с твоего позволения...! — я выдавил немного белесой жидкости на ладони. В нос ударил сладкий цветочный аромат, совсем не такой, каким пользовался я.

— М-м, давай! Но почему ты говоришь так официально?

— А... ну, просто так... — я улыбнулся, чтобы скрыть волнение, хотя сердце колотилось так, словно вот-вот проломит грудную клетку.

Но отступать было нельзя — мужчина не должен сдаваться на полпути. Я решительно положил ладони на её спину.

— Н-н... — из уст Хикару вырвался тонкий, волнующий звук — то ли от щекотки, то ли от других ощущений.

Я хотел сказать что-то успокаивающее, но сам был не в состоянии связать двух слов. Кожа... она была слишком приятной на ощупь! Гладкая, нежная, упругая и слегка теплая... Даже сквозь слой геля для душа чувствовалось, как она притягивает мои пальцы. Удовольствие было таким острым, что я начал чувствовать вину: достоин ли я вообще к ней прикасаться?

— ...Ты чего, не моешь? — Хикару, почувствовав, что я замер, обернулась проверить, что происходит.

— А, нет... прости. Просто твоя кожа настолько приятная, что я немного засмотрелся.

— Ну ты преувеличиваешь.

— Нет, нисколько. Прикасаться к тебе — одно удовольствие, и ты правда очень красивая.

— ...Дурак, — ответила она после долгой паузы, и в этом коротком слове слышалось искреннее «мне приятно».

— Ладно, приступаю... если будет щекотно или неприятно — говори.

— М-м... — она коротко кивнула, и я начал.

Ощущение скользкого геля под пальцами в сочетании с нежной кожей... я начал исследовать ранее неизвестные области вокруг лопаток.

— М-м... приятно, когда кто-то другой моет спину, — пробормотала Хикару.

— Понимаю. Когда моешь сам, устаешь, делаешь всё небрежно, а тут — полное расслабление.

— Ага, и всё моется равномерно... кажется, я подсяду на это... н-н... а-а... — она окончательно разомлела.

Я старался, чтобы на её идеальной спине не осталось ни пятнышка.

— ...А ты чего, такой умелый?

— Правда? Сам не замечаю.

— Умелый. Может, раньше практиковался? На Мизумори-сан или еще ком-то?

— Нет, нет, что ты!

— Вправду-вправду?

— Честно. Хикару — моя самая настоящая «первая».

— Хе-хе... вот как... Значит, я у Рэйи-куна самая первая... — она выдохнула перед собой, явно сияя от счастья.

— Да, я же сказал.

— Ехе-хе... это так приятно слышать.

— Ну, раз тебя это радует, я только рад.

— А есть еще что-то, в чем я твоя первая? — она игриво покачивалась в такт своим словам.

— Первое... ну, всё, что связано с девушками, наверное, впервые... Игры... совместный шопинг... ночевки... признания...

— А держаться за руки?

— Хм... наверное. В средней школе у нас не было уроков фольк-танцев.

— Понятно... А первый поцелуй тоже был со мной?

— ...Конечно.

Я ярко вспомнил тот первый момент — сначала в щеку, потом — губы в губы.

— Понятно... Значит, я отняла у тебя так много «первых» раз.

— «Отняла»... — я криво усмехнулся её выбору слов.

— Разве нет?

— Не то чтобы нет, но обычно это фраза для парней, нет?

— Э? В каком смысле?

— Ну, «отнять невинность»... мне кажется, об этом чаще задумываются мужчины...

Она задумалась, глядя вверх, и, кажется, совсем не понимала, что ступает на опасную территорию.

— А... ну да, может... Но если подумать, я ведь тоже отняла у тебя кучу «первых» вещей. Свидания, ночевки, поцелуи... — она начала перечислять, не осознавая, как это заводит меня.

— А-а... ну да, получается так...

— Рад?

— Ну, рад... это большая честь...

— Аха-ха, что ты такое говоришь! Радуйся как нормальный парень! — она смеялась, не подозревая, что я из последних сил сдерживаю рвущееся наружу желание.

— Но, Рэйя-кун, я ведь и дальше буду «отнимать» у тебя твои первые разы...

— Хикару... это уже по-настоящему опасно...

Она не знала, что своими словами загоняет меня в угол. Она лишь склонила голову набок, искренне не понимая, что со мной происходит.

— М? Опасно? Что именно?

— Ну... всё это... — я не мог признаться, какие фантазии крутятся у меня в голове.

— Может, ты не хочешь, чтобы я была твоей первой?

— Нет, я как раз хочу пережить всё это с тобой! Просто... сейчас не лучшее время для таких разговоров... и вообще, мои руки замерли...

— М-м... ты что, не хочешь продолжать? Я ведь не научусь «морской практике», если ты перестанешь...

Она начала поворачиваться ко мне. Я не мог позволить ей увидеть мое состояние, как и не мог позволить себе увидеть её в этот момент. В отчаянии я рванул рычаг температуры душа до максимума.

— Ой! — она вскрикнула от внезапного потока горячей воды.

— Прости, просто побоялся, что ты замерзнешь.

— Ну вот... всё удовольствие от «моря» испортил... — она покраснела, и до нас обеих наконец дошло: это не море, а ванная комната в моей квартире.

— Но волосы помыть тоже неплохо. Остальное оставим на «настоящее» море.

— Хорошо... — она кивнула, смущенно пряча глаза.

Я вышел из ванной, чувствуя себя так, будто прошел через поле боя. Вытираясь в раздевалке, я видел через матовое стекло её силуэт. Мысль о том, что я только что касался её, заставляла мое тело реагировать снова и снова. Что ж, кажется, материала для моих ночных раздумий хватит надолго.

Первый летний день, полный нелепого восторга, закончился моей «тактической победой».