Мать и дочь

— «До меня»... Да нет же, он — член твоей семьи, я бы никогда не стал ревновать к такому...

— Правда?.. — Хикару, положив руку мне на колено, заглянула мне в глаза с явной тревогой.

— Честное слово. Любить свою семью — это правильно... Наоборот, я рад, что узнал тебя с новой стороны.

Честно говоря, от осознания того, что я — её первая любовь (если не считать отца), мне хотелось подпрыгнуть до потолка от счастья. Но я сдержался.

— Тогда... мне немного неловко, но я хочу, чтобы ты знал обо мне еще больше... — прошептала она, прижимаясь ко мне всем телом.

— Э-э... Хикару, мы же перед твоей мамой, давай поскромнее...

— Не-а. Если не дашь пообниматься, не дам смотреть альбом...

— Рэйя-кун, похоже, тебе с ней будет куда сложнее, чем мне с Наоки-саном... — рассмеялась Мицуки-сан, глядя на нас одновременно с сочувствием и благословением.

Дальше мы долго листали альбом. Я слушал истории о временах, которые не застал, и о её успехах в теннисе. Хикару поначалу смущалась, но к концу уже сама с азартом комментировала каждое фото.

— Ой, уже столько времени! Пора готовить ужин. Рэйя-кун, ты ведь останешься?

— Э? Да что вы, не стоит беспокоиться...

— Никаких возражений. В компании веселее! Наоки сейчас в командировке, а Дайдзю уже давно съехал.

— В таком случае... с благодарностью принимаю приглашение.

— Хикару, поможешь? Ты ведь хочешь угостить своего парня домашней едой?

— Да!

Они ушли на кухню. Я остался один в гостиной и наконец-то смог выдохнуть.

«Как же я нервничал...»

Но страх сменился облегчением. Меня приняли. С мамой Хикару, кажется, можно построить отличные отношения. Я откинулся на спинку дивана, чувствуя, как уходит напряжение.

Ужин прошел замечательно. Каждый раз, когда я что-то пробовал, Хикару засыпала меня вопросами: «Вкусно?», «А это вкуснее, чем то?», но так и не призналась, какое блюдо приготовила она сама.

Когда пришло время уходить, Мицуки-сан вызвалась подвезти меня на машине.

— У-у... я тоже хочу поехать провожать! — Хикару недовольно схватила меня за рукав.

— Я понимаю, но ты остаешься дома! Ты сегодня съела лишнего, так что марш на доптренировку и растяжку!

— Я сделаю, как только вы вернетесь...

— Нет. Я разрешаю тебе ночевать у него каждую неделю, так что дома будь добра слушаться.

Против этого аргумента Хикару не нашлась что сказать и лишь обиженно надула губы.

— Я напишу сразу, как доберусь. Компьютер теперь работает, так что будем на связи, — успокоил я её.

— Ладно... будь осторожен. И не давай маме наговорить тебе всяких глупостей!

Машина тронулась. Я махал Хикару в окно, пока мы не свернули за угол. Как только её фигура исчезла из виду, Мицуки-сан заговорила:

— Прости, что разлучила вас. Но я очень хотела поговорить с тобой наедине.

Её голос стал серьезным, и моя расслабленность мгновенно испарилась. Неужели сейчас начнется: «При Хикару не хотела говорить, но ради её будущего — расстаньтесь»? Мой негативизм снова поднял голову, но —

— Не делай такое страшное лицо. Я не собираюсь просить вас расстаться, — рассмеялась она.

— Ф-фух... ну слава богу...

— Наоборот. Я хотела сказать, что искренне тебе благодарна.

— Благодарны?.. Простите, но я не совсем понимаю... Скорее я должен благодарить за ужин и за то, что подвозите...

— Аха-ха! Понятно. Видимо, именно в этом «непонимании» и кроется причина.

Мицуки-сан на мгновение замолчала, а потом добавила:

— Хикару — гений.

— Гений?

— Да. Меня в её возрасте называли вундеркиндом, но я и рядом не стояла с её истинным талантом. Она могла бы добиться успеха в любом спорте, но в теннисе... её чувство мяча — это нечто врожденное. Она не просто отбивает мяч, она будто ловит его и направляет рукой... Но я не о технике хотела поговорить.

Она вздохнула.

— Возможно, из-за этого гения она неосознанно взвалила на плечи ожидания всех окружающих. Я всегда говорила ей играть ради удовольствия, но это сработало против неё. Когда она травмировала колено весной, у неё начался глубокий кризис...

— Да, Аяка-сан упоминала об этом.

— Хикару была в отчаянии. Она думала: «Что если я не смогу больше играть? Буду ли я чего-то стоить, если не оправдаю ожидания?» Мы с Аякой пытались помочь, но что бы мы ни говорили, в наших словах она всё равно слышала подтекст: «Мы ждем твоего возвращения в теннис». Это не работало.

Мицуки-сан посмотрела на дорогу.

— И тут появился герой — ты!

— Г-герой?..

— Да. Ей просто было с тобой весело. С тобой она впервые смогла представить «себя, которой не обязательно играть в теннис, чтобы быть счастливой». Именно это позволило ей снова повернуться к корту лицом. Поэтому я тебе очень благодарна.

— Но, честно говоря, это скорее счастливая случайность... Я об этом даже не задумывался...

— И хорошо. Главное — результат.

— Но разве это нормально? — засомневался я. — А если бы она бросила теннис и стала такой же нелюдимой домоседкой, как я?

— Это была бы её жизнь. Она моя любимая дочь. Главное, чтобы она была счастлива, в любой форме.

Я вспомнил слова Дайдзю-сана: «Когда я бросил теннис, мама сказала, что я волен делать что хочу». Похоже, он не шутил.

— Но, Рэйя-кун... самое сложное для тебя начнется сейчас.

— В смысле?

— Хикару сейчас в состоянии «непобедимости». Знаешь, как в Марио, когда берешь звезду? Раньше она зависела от настроения, могла легко проиграть из-за эмоций. Но сейчас... я не могу представить её поражения. Она постоянно в состоянии «потока». И это твое влияние.

— Неужели настолько?..

— Именно. Она выиграет Юношеский чемпионат США, потом ворвется в про-туры, дебютирует на Japan Open и быстро войдет в топ-10 мирового рейтинга. Это не мечты, это реальность ближайших пары лет.

Слова бывшего профессионала весили куда больше, чем мои дилетантские догадки.

— Но знаешь ли ты, насколько суров профессиональный тур? Я начала встречаться с Наоки, когда еще играла. Во время туров мы виделись в лучшем случае раз в несколько месяцев. Никаких свиданий, никакой нормальной жизни влюбленных. Готов ли ты к такому?

Атмосфера в машине стала тяжелой. Мицуки-сан смотрела на меня, ожидая ответа, и в этом взгляде я почувствовал: если я отвечу неправильно, она может и пересмотреть свое отношение.

— ...Нет, не готов.

— Э? Т-ты не готов?.. — она явно не ожидала такого ответа.

— Да. Для меня невыносима мысль о том, чтобы надолго расставаться с любимым человеком. Это выше моих сил.

— ...Значит, вы расстанетесь, когда придет время?

— Нет. Это исключено еще больше.

Мицуки-сан в замешательстве вцепилась в руль.

— Я восхищаюсь ей и люблю её куда сильнее, чем кажется. Поэтому я готов не «терпеть разлуку», а следовать за ней повсюду.

Машина дернулась, когда загорелся зеленый свет.

— Следовать за ней?.. Ты хочешь сопровождать её в турах?

— Да. В будущем я хочу сделать именно это.

— Ну... добавить одного человека в команду не проблема... — пробормотала она. — Выдумаем должность типа «ассистент помощника ментал-коуча»...

— Нет-нет! Я собираюсь делать это своими силами и на свои деньги!

— На свои?! Ты хоть представляешь расходы? Это миллионы иен в год на одни перелеты!

— Я знаю, что это безумно сложно. И знаю, что одного желания мало. Но я не собираюсь сдаваться, даже не попробовав.

Я сказал это искренне. Я понимал, что для взрослого человека слова обычного школьника звучат как пустой треп. Но это не значило, что я не должен пытаться.

— А почему бы тебе просто не положиться на Хикару? Ей будет только лучше, если ты будешь рядом. По секрету скажу: спонсоры уже в очереди стоят, так что денег будет навалом.

— Даже если Хикару этого захочет... для меня это неприемлемо. Я не хочу быть содержанкой.

— Вот как... Что ж, если ты настолько решителен, мне больше нечего сказать. К слову, если бы ты согласился стать альфонсом, я бы вышвырнула тебя из машины прямо здесь.

— Э-э?!

— ...Шучу.

Сказано это было таким ледяным тоном, что на шутку совсем не походило.

— Но всё же... мне всегда было интересно, какого парня выберет Хикару. Ты, Рэйя-кун, в чем-то совсем не похож на обычного школьника.

— Я-я польщен...

— Ну, я и сама вышла замуж после бурного и сложного романа... Видимо, яблоко от яблони.

Машина остановилась.

— Здесь нормально?

— Да, в самый раз. Спасибо огромное, что подвезли.

— Не за что. Мне тоже было интересно поболтать. Спокойной ночи и... удачи. Буду ждать того дня, когда мы вместе будем болеть за неё в семейной ложе на Уимблдоне.

Машина уехала. Наступила ночь, в небе ярко сияли звезды. Я нашел одну большую, яркую звезду, а рядом с ней — совсем крохотную. Если воздух чуть помутнеет, её свет тут же исчезнет. Но на самом деле, где-то там, в глубине космоса, она сияет так же ярко, как и большая.

«...Надо стараться».

Я глубоко вздохнул и сделал первый шаг к дому.