Глава 78.0

Слуги в спешке подбежали убрать разбитый бокал, а фрейлины принцессы осматривали ее руки.

Маркиза Уэльс, стоявшая рядом, сохраняла невозмутимое выражение лица, непринужденно беседуя с окружающими. Принцесса Эрита, не скрывавшая отчаяния, смотрела на маркизу с упреком.

«В таком случае они не только не расстанутся, но и будут вынуждены пожениться».

Обычные люди идут к архиепископу за благословением. Но когда королева дает свое одобрение и упоминает божью благодать, это означает, что сильнейшая власть защищает и гарантирует их брак.

Королева Грейс II тоже понимала это.

Удержать Ноа в Медее было выгодно как для государственных интересов, так и для ее собственной власти, поэтому она охотно приняла его просьбу.

Маркиза Уэльс бросила принцессе многозначительный взгляд.

Принцесса Эрита, дрожа всем телом, отпустила фрейлин и вышла из бального зала, направляясь в свою комнату.

Войдя в комнату, она бессильно плюхнулась на роскошную атласную постель. Принцесса выглядела словно человек, лишившийся души. Вскоре вошла маркиза и нежно похлопала ее по спине, видя, что голова принцессы опущена.

— Не переживайте так сильно, ваше высочество.

— Маркиза, я просто не могу победить Ноа Ротшильда. Он настолько точен и расчетлив, что не оставляет ни малейшей лазейки.

Под успокаивающими прикосновениями маркизы принцесса закрыла лицо руками и дрожащим голосом призналась:

— У меня была ужасная мысль — провести с ним ночь, но ничего не вышло.

Принцесса Эрита пыталась подмешать в вино снотворное, чтобы провести ночь с Ноа. Но он незаметно подменил бокалы и с совершенно бесстрастным лицом сказал опьяневшей от снотворного принцессе:

— Ну, и что будет, если я приведу другого мужчину и уложу его рядом с вами? Если он женат, будет еще веселее.

Она поняла, что никогда не сможет победить этого мужчину, и почувствовала унизительное бессилие. Маркиза продолжала утешать принцессу, нежно поглаживая ее хрупкие плечи.

— Даже у него есть слабые места и переменные. Например, Диана. В отличие от него, она обычный человек, не так ли?

Голубые глаза принцезы наполнились слезами, которые вскоре потекли по щекам.

— Нет, честно говоря, я не смогу победить и эту девчонку. Мы одного возраста, но она другая. Она не обычная.

Маркиза Уэльс наклонила голову с недоумением. Ведь Мастиф, её информатор, говорил, что Диана — обычная девушка для своего возраста.

— Ваше высочество, для недопонимания нужны основания. Сначала они могут доверять друг другу, но если одно и то же будет повторяться, начнут сомневаться.

— Есть другой способ? Ноа не расстанется с ней, даже если она проведет ночь с другим мужчиной. Разве что убьет его.

— Вот в этом и суть. Она не знает его истинной сущности. Пребывает в иллюзиях, видя только хорошее. А вы, ваше высочество, знаете его всего и все равно любите, не так ли? Вы вполне достойны любви.

В потухших глазах принцессы Эриты вспыхнул луч надежды.

«Верно, я готова любить его любым, несмотря ни на что. А ты — нет. Ты бросишь его и убежишь».

— Обычная девушка ужаснется его истинному облику. Возможно, даже испугается, что ее могут убить.

Увидев многозначительную улыбку маркизы Уэльс, принцесса Эрита сразу поняла ее замысел. Небольшие недопонимания, разочарования, повторяющиеся события — и они естественно отдалятся друг от друга.

Принцесса привыкла полагаться на маркизу. В отличие от строгой королевы, маркиза всегда понимала ее, тепло и ласково утешала.

Эмоциональное сопереживание и утешение — вот как маркиза завоевала доверие принцессы. А получить доверие — проще простого, если знать недостатки, желания и слабости другого.

— Давайте вернемся в бальный зал, ваше высочество. Если мы останемся здесь, люди начнут задаваться вопросами.

Принцесса кивнула на слова маркизы и вытерла слезы.

***

Атмосфера бала становилась все более оживленной, смешиваясь с музыкой оркестра и голосами гостей. Пока Ноа обменивался любезностями с джентльменами-предпринимателями, ко мне подошла маркиза Уэльс.

— Диана, вы уже оправились?

— Да, маркиза. Лимонный сироп был действительно вкусным. Спасибо.

— Как идут приготовления к свадьбе? Я тоже вышла замуж в вашем возрасте.

На ее светском выражении лица появилась легкая тень.

— Как человек с жизненным опытом, позвольте дать совет: даже если кажется, что ваша любовь вечна, не отдавайте ей всего себя. Брак — это реальность.

Я склонила голову набок.

— Что вы имеете в виду?

— Мы с мужем были парой, которой все завидовали. Его искренняя любовь была известна среди женщин. Но с годами наша любовь не становилась глубже — она лишь старела.

Я почувствовала себя семейным психологом, слушающим жалобы. Мне не особо интересно. Хотя, вспомнив, что ее муж увлекся молодой и красивой любовницей, я почувствовала легкую жалость, но ее советы мне ни к чему.

— Да... понятно.

— По закону нельзя иметь двух жен, но среди знатных и богатых мужчин заводить любовниц — обычное дело. Обидно, правда? Любовь достается любовнице, а свекровь требует от меня выполнять обязанности невестки и маркизы.

— Понятно. Разведитесь.

— Я не хочу видеть, как любовница официально выходит замуж, а их ребенок наследует титул и состояние.

Здесь что, нет раздела имущества? Я уставилась на нее и изобразила утешительную улыбку.

— Заведите и вы любовников. Пять, например? Если мужчины любят молодых женщин, то и женщины любят молодых и свежих мужчин. Было бы мило, если бы они называли вас «сестренкой».

Маркиза прикрыла рот и рассмеялась в ответ на мой ясный ответ.

— Какая вы прямолинейная. Если будет возможность, познакомьте меня с молодым мужчиной, который умеет льстить.

Из мужчин моложе нее вокруг меня были Винсент, Мастиф... хотя убийца — не лучший вариант. Маркиза рассмеялась, закончив разговор, и ушла, а Ноа, закончив беседу, подошел и пригласил меня на танец.

После неожиданного объявления о свадьбе мы с Ноа стали центром внимания, и все, что мы делали, привлекало взгляды.

Даже танцуя, я чувствовала, как все смотрят на нас с блестящими глазами, и мне хотелось сойти с ума от напряжения. Я ненавижу быть в центре внимания, и моя спина стала деревянной.

— Ты специально наступаешь мне на ноги? Твои каблуки острые, это больно.

Когда я наступила ему на ноги в третий раз, Ноа наконец выразил недовольство. Я засуетилась с извинениями, смущенно улыбаясь.

— Прости, я не могу сосредоточиться.

— Потому что на нас смотрят?

— Да. Я не привыкла к такому вниманию.

— Может, выйдем подышать?

Я слабо кивнула, и Ноа крепко обнял меня за талию, а затем быстро поцеловал в губы. Вокруг раздались восхищенные вздохи и возгласы.

Я ахнула и широко раскрыла глаза. Ноа взял меня за руку и быстро вывел из зала, объясняя на ходу:

— Это продвинутая техника естественного выхода.

— Но люди смотрят на нас неестественно.

Я мельком заметила хитрые улыбки женщин средних лет, внимательно наблюдавших за нами, и мое лицо залилось краской.

— Ну и что? Потом уже не будет важно.

— Это верно, но все равно немного неловко.

Мы вышли в сад с густой зеленью и пошли по дорожке, усыпанной цветущими магнолиями. Цветы, освещенные фонарями, выглядели так, будто кто-то вырезал кусочки дневного пейзажа сада и разложил их здесь.

Прогуливаясь по гравийной дорожке, мы сели на мраморный фонтан перед лабиринтом и вдохнули свежий ароматный ночной воздух.

После весеннего дождя воздух казался особенно чистым, и я подумала, что это прекрасный вечер для прогулки. Глядя на белые азалии, я вдруг вспомнила бледное лицо принцессы Эриты и разбитый бокал у ее ног.

Я осторожно спросила Ноа:

— Ноа, ты покрываешь дело принцессы Эриты из-за Мастифа?

— Нет.

— Она ведь не понесла никакого наказания или расследования.

К этому моменту королева уже должна была знать, но, возможно, из-за статуса принцессы и того, что это ее дочь, она закрывает глаза на ее преступления.

— Она активно участвует в полицейском расследовании. Просто это держится в секрете, поэтому большинство не знает.

— Понятно. Наверное, доказательств не хватает.

— Нет. Это возможность и предупреждение для Эриты. Мы специально наблюдаем, потому что подозреваем, что за этим стоят определенные силы.

О, это имеет смысл. Дать принцессе шанс одуматься и признаться.

Если она признается в своих преступлениях и сотрудничестве с этими силами, то ее вина может быть смягчена. Может, ее постригут в монахини?

Так холодная и расчетливая королева проявляет любовь к дочери. Но эмоциональная принцесса Эрита, скорее всего, не понимает этого и лишь испытывает обиду и гнев.

А я-то думала, Ноа делает это ради Мастифа. Почему я все упрощаю? Я знаю ответ.

— Знаешь... Я стала очень ревнивой в последнее время.

— Я не провоцировал тебя на ревность. Мне не нравятся такие методы.

Его лицо, освещенное фонарем, с красивыми тенями, выглядело как изваяние. Он улыбнулся, и под глазами появились пухлые тени. Уголки глаз соблазнительно изогнулись.

— Просто ты... слишком красивая.

Кажется, я полностью проиграла этому мужчине. Я больше не могу скрывать свои чувства. Моя высокоуровневая стратегия провалилась. Он прикрыл рот и элегантно рассмеялся в ответ на мою неуверенную похвалу.

Я задумалась, глядя на пышные азалии. Было ли у меня когда-нибудь чувство, что я могу ревновать или хочу замуж?

В прошлой жизни я даже не думала о замужестве. Наверное, потому что не встречала по-настоящему искреннего человека. Да и не было нужды опираться на кого-то... точнее, мне не на кого было опереться.

***

После вчерашнего бала я чувствовала сильную усталость и впервые за долгое время позволила себе поспать подольше. Спустившись в столовую ближе к полудню, я обнаружила там незнакомого старика.

Высокий, худой, почти иссохший старый джентльмен в котелке пристально смотрел на меня ледяным взглядом.

Его некогда, вероятно, светлые, а теперь седые волосы и выцветшие голубые глаза. В целом он напоминал длинную палку с надетым сверху котелком.

Одежда была приличной, но детский нагрудник-салфетка на шее выглядел странно. Почему он снял обувь? Я опустила взгляд на его поношенные кожаные ботинки на ковре, затем подняла голову и первой поздоровалась.

— Здравствуйте. Кто вы?

— Только что проснулась? Какая ленивая, тьфу.

Старик язвительно стукнул ложкой и продолжил:

— Мой внук тебе не говорил? Будущая невестка, а такая ленивая и несообразительная.

Внук? Невестка?

Я не слышала, что у него есть дедушка. Может, Ноа решил пригласить своего деда? Не слышав об этом, я растерянно посмотрела на служанку, стоявшую рядом.

— Эй, чего ты мешкаешь? Садись рядом и помогай этому дедушке есть!

Голос вспыльчивого старика гулко разнесся по комнате. Как при такой худобе у него такая громкость?

«Похоже, открылся новый уровень ада», — подумала я про себя.