Глава 75.0

— Почему ты постоянно ставишь меня в опасные ситуации?

Ноа задал вопрос с явным умыслом. В его голубых глазах вспыхнул слабый свет, словно отблеск взгляда хищной птицы во тьме.

— Мы ведь уже давно знакомы, и мы взрослые, верно?

«Я хочу попасть в опасность только для взрослых, поэтому прекрати терять рассудок», — подумала я.

Неожиданно Ноа схватил меня за воротник, затем взял мою руку в свои, опустил глаза и принял спокойное выражение лица. Возможно, это было лицо просветлённого.

«Ах, что же мне делать?» — пробормотал он про себя, глядя в потолок, словно задаваясь вопросом. Затем он улыбнулся мне с нежностью. Проведя рукой по моим волосам, он осторожно произнёс:

— Больше нельзя.

«Нельзя? Ты не хочешь?» Я не понимала. От явного отказа у меня внутри всё сжалось, и я спросила резковатым тоном:

— Может, я тебе не нравлюсь?

— Нет, ты мне нравишься. Поэтому нельзя.

Я на мгновение замолчала, пытаясь осмыслить его слова. Этот мужчина думает иначе, чем обычные люди. Возможно, я ошиблась, ожидая, что он сразу согласится? «Обычные мужчины... Нет, не стоит думать с точки зрения обычных стандартов», — подумала я.

Я бессильно опустила руки и вздохнула.

— Да. Хорошо.

«Если так, то зачем тогда вести себя так, чтобы вводить в заблуждение? Красивая внешность — это всё?» — думала я, изливая своё негодование. Ноа, проводя рукой по чёлке, произнёс что-то похожее на вздох:

— Что мне делать, если ты меня покинешь?

— Покину?

— Ты ведь быстро теряешь интерес. Одежда, украшения — тебе всё быстро надоедает, и у тебя изысканный вкус, поэтому ты всегда оставляешь еду, говоря, что уже пресытилась. Если ты скажешь, что я тебе надоел, и уйдёшь, что мне тогда делать?

Казалось бы, бесстрашный мужчина теперь выглядел уязвимым и печальным, глядя на меня.

«Да, я быстро теряю интерес, но я же не настолько пропащая, правда? Я не та безответственная женщина, которая проводит ночь и делает вид, что не знает тебя? Может, раньше я и была такой, но по крайней мере с тобой я не такая», — решительно подумала я.

Я с решительным выражением лица схватила Ноа за затылок, резко притянула к себе и посмотрела прямо в глаза.

— Ты мне не веришь?

— Нет.

— Что мне сделать, чтобы ты поверил?

— Не знаю. Со мной такого никогда не было.

Ресницы Ноа медленно опустились, под глазами легли длинные тени. Я почувствовала себя виноватой.

«Как же справиться с капризами этого мужчины?» Мне стало жалко его, ведь он сдерживал даже свои инстинкты из страха, что я устану от него. И, признаться, это даже немного... впечатляет.

Возможно, он знал, что я сдерживалась, не отдавая ему всё своё сердце. Он ведь быстро всё замечает. Я мало выражала свои чувства, оставаясь равнодушной, так что его реакция понятна.

Его глаза, обычно холодные, теперь смотрели на меня всё более мрачно. Опустив взгляд и молча наблюдая за мной, Ноа наконец заговорил:

— Если бы ты просто хотела, чтобы тебя защищали, тебе было бы всё равно, кто это делает? Даже если бы это был не я.

От этих леденящих слов у меня заныл затылок, и я ослабила объятия вокруг его шеи. Эти слова заставили моё сердце упасть.

— О чём ты вообще?

— Это мог бы быть майор Гроненталь, или королева, или вообще какой-то незнакомец.

Ошеломлённая такой неожиданной реалистичностью, я раскрыла рот.

Я действительно лгала ему, когда это было нужно. Если бы я не встретила Ноа, сейчас я, наверное, зависела бы от кого-то другого.

Может, я воспользовалась бы добротой майора или поделилась бы с королевой знаниями о современном мире, чтобы обеспечить себе комфортную жизнь.

Я оказалась в чужом мире в незнакомом теле, да ещё и в теле кухонной рабыни, доживающей свои дни.

В своей прошлой жизни я была вполне самостоятельной и жила хорошо, но только потому, что у меня были деньги. Здесь всё было иначе, и чтобы выжить, мне пришлось бы использовать кого-то.

Даже если бы этим кем-то оказался убийца вроде Мастифа.

Для меня Ноа — человек, отвечающий всем необходимым условиям, но у меня самой ничего нет, и я даже не представляю ценности для использования. Так что, если убрать романтические чувства, ему нечего терять.

Это меня пугало. Даже в романтических отношениях есть базовые условия. Размышляя, как ему это объяснить, я наконец заговорила:

— Ноа, я тоже беспокоюсь о том же. Если ты устанешь от меня, моя жизнь окажется под угрозой.

— Этого не случится.

— Ты не знаешь моих чувств и не можешь быть уверен, так же как и я. Чувства другого человека невидимы. Поэтому люди живут со страхами: «а вдруг», «а что если».

— Диана, ты тоже боялась?

— Всегда.

Я ответила с горечью. Потому что боялась, что он станет всем моим миром.

Если тебя не будет, мой мир рухнет. Не потому, что исчезнет комфортная жизнь, а потому что я эмоционально разобьюсь.

Если ты покинешь меня, я, наверное, как-нибудь подло выживу. Эгоистично используя других. Но мне больше не хочется так жить.

Каждый погрузился в свои мысли, и между нами повисло молчание.

С улицы доносились смех и голоса людей, гоняющихся за временными удовольствиями и развлечениями, пытаясь заполнить пустоту. Через окно пробивался красный свет казино и белый лунный свет, смешиваясь на лице Ноа.

Я протянула руку и осторожно погладила его гладкую щёку.

— Я всегда этого хотела. Хоть одного человека. Все боятся, что их бросят или предадут, правда?

Мой голос, произносящий то, о чём я никогда никому не говорила, звучал далёким и глухим даже для меня.

— Мне было одиноко. Мне тоже нужно что-то единственное.

Я выдохнула, словно выпуская сдерживаемое дыхание, и отвернулась к стене, где мерцали слабые огни и тени.

В своей прошлой жизни я была человеком, у которого было всё, но внутри я была пуста. Мне хотелось иметь хотя бы одного человека, которому я могла бы безоговорочно доверять.

Мне было так одиноко, что я встречалась с множеством мужчин, получая временное утешение. Но даже это не заполняло пустоту, и я быстро расставалась с ними.

В итоге я смирилась и выбрала одиночество, которое так ненавидела, приняла свою тоску и решила остаться одной.

Так я создала свой собственный мир и оказалась в этом, где встретила тебя. Я выдохнула эту невысказанную правду и натянуто улыбнулась.

Ноа положил свою руку поверх моей, касающейся его щеки. Он посмотрел на меня с бесконечной нежностью и улыбнулся.

— Тогда я возьму тебя? Я отдам всё. Даже если ты скажешь, что я тебе не нравлюсь, я останусь с тобой.

Его серебристо-белые мягкие волосы щекотали мой лоб. Он легко поцеловал меня в щёку и чётко прошептал:

— И ты отдайся мне. Ты с самого начала была моей.

Его расслабленный голос коснулся моего уха, как тёплое дыхание. Я покорно кивнула.

— Хорошо. Я тоже отдам всё. Мы станем единственными друг для друга, верно?

В ответ на мою покорность его красивые губы искривились в странной улыбке. Он изменился, будто стал совсем другим человеком, не тем уязвимым, что был минуту назад.

Его безумные глаза, полные первобытной страсти, не скрывали одержимого желания обладать мной.

— Тогда выйдем замуж. За меня.

— Мы уже договорились об этом, разве нет?

— Сделаем это раньше. Я больше не могу ждать.

— Когда?

— В следующем месяце.

— Сейчас же середина марта. До следующего месяца осталось совсем немного.

Губы Ноа расслабленно изогнулись.

— Ты же сказала, что теперь тебе не важно, богат я или нет? Я хочу сделать это ещё раньше, но нужно время на подготовку. Так ведь?

Он настойчиво спрашивал, как нетерпеливый человек, и я не знала, что ответить. Разве можно успеть подготовиться к свадьбе за такое время?

Я сложила руки под подбородком и серьёзно посмотрела на него, как переговорщик.

— Тогда может в мае? Говорят же, «невеста мая».

— Я хочу быть женихом в начале апреля.

«Да где ж такое слышали!» — подумала я. Я с недоумением взглянула на него и отвернулась.

— Давай в мае.

— Я и так долго ждал. Ты сама сказала, что хочешь ещё немного побыть в отношениях.

Я планировала встречаться от шести месяцев до года, прежде чем принимать решение, но этот мужчина — не обычный человек.

Я тоже не могла отступить. Всё-таки это свадьба, и мне хотелось провести её как следует. Нужно выбрать место для медового месяца, сшить платье — сколько дел! Кажется, он слишком легкомысленно относится к браку.

— Я не хочу слишком спешить. За это время мы даже платье не успеем сшить.

— Хм. Ладно.

Неясно, согласился он или просто хмыкнул, но Ноа отстранился и плюхнулся рядом, обняв меня за талию. Он вздохнул.

— Тогда спокойной ночи.

— Да...

Заметив лёгкую досаду в моём голосе, Ноа многозначительно улыбнулся и нежно погладил мою щёку.

— И я не собираюсь уступать до свадьбы. Здорово, да?

— Уступать?

— Не соблазняй меня до свадьбы. Если у тебя получится, на следующий день будет наша свадьба.

«Значит, чем дольше я откладываю свадьбу, тем дольше не получу то, что хочу. То есть продвинемся дальше только после свадьбы, да?» — подумала я.

Он знал, чего я хочу и по чему тоскую. Я снова попала в его ловушку, и у меня заныл затылок.

Казалось, все мои устоявшиеся представления рушатся, а жизненный опыт и знания перестраиваются. Непонятно, когда я стала играть роль хитрого и опасного волка.

«Вот же тварь! До свадьбы нельзя!» — но это он ведёт себя как капризный ребёнок, а не я.

Он точно тысячелетняя лиса, превратившаяся в человека. Моё попадание в этот мир и так нереально, так что одна лиса тут — не такая уж странность.

Почему это я всегда вся в нетерпении и тоске? Немного обидно. Наверное, он именно на это и рассчитывал. Есть много способов свести человека с ума. Один — начать говорить и замолчать, другой...

Этот мужчина.

Я безумно посмотрела на Ноа и, не в силах унять тоску, сжала его щёку и предложила:

— Ещё раз. Поцелуй.

Он усмехнулся, глядя на меня, будто достиг высшего мастерства в искусстве соблазнения.

— Да, хорошо.

Он мчится ко мне на всех парах, безумно влюблённый, но сохраняет дистанцию, позволяющую трезво смотреть на вещи, и спокойно улыбается.

Он мастерски доводит партнёра до исступления, используя его тоску и желание, чтобы добиться своего.