Глава 64.0

Эльза склонилась в почтительном поклоне перед женщиной, сидевшей на противоположном розовом диване, и что-то доложила.

— Несмотря на все мои провокации, она так и не раскрыла своего истинного происхождения.

Женщина в чёрной вуали с изящными чертами лица изогнула алые губы в улыбке. Она грациозно скрестила ноги и щёлкнула каблуком туфель на высокой шпильке, украшенных драгоценностями.

— Да, но то, что она дочь адмирала Белфорда — факт. Было бы лучше, если бы она сказала это прямо перед принцем Гессена.

— Ваше высочество. Если я действительно так сделаю, герцог обратит на меня внимание?

Женщиной в вуали была принцесса Эрита. Их тайная встреча в уединённом месте преследовала очевидные цели. Принцесса Эрита плавно извивала змеиным языком, выстраивая убедительные аргументы.

— Эта девушка просто помешана на герцогах. Так было и в Белфорде, и в Прогене. Кто знает, может, она выберет герцога Гессена вместо Ноа Ротшильда, потерявшего титул и состояние. Разве не поэтому она сближается с принцем?

— Думаю, так оно и есть.

Эльза, вспомнив наглое и высокомерное поведение Дианы, нахмурилась и кивнула. Видимо, зависть к чужому богатству — если более достойный кандидат, такой как принц Гессен, сделает предложение, она не сможет устоять.

Из-под вуали мелькнули странно блеснувшие глаза, а уголки губ слегка подёрнулись в слабой гримасе.

— Ты спасаешь принца от опасности. Разве не так бывает в романах или пьесах? Конечно, принц не пострадает. Я позабочусь, чтобы так и было.

Эльза решила, что принцесса разделяет её чувства.

Она знала, что та давно и безнадёжно влюблена в Ноа Ротшильда, бывшего герцога Прогена, и сразу поняла её желание убрать с дороги внезапно появившуюся Диану.

Рыбак рыбака видит издалека. Несмотря на разницу в положении и статусе, две женщины объединились, найдя общий язык.

***

Дождь лил с самого утра, но ближе к назначенному времени между сгустившимися тучами проглянул лучик солнца.

Я снова развернула письмо Ноа, пришедшее вчера вечером, и перечитала его.

«Дорогая».

Первое же слово меня так поразило, что я даже отшатнулась, словно зрение внезапно ухудшилось, а потом снова поднесла письмо к глазам.

«Я благополучно прибыл. Пишу это сразу после распаковки вещей. Хотел написать что-то красивое, но это сложно. Я спрошу у Джейса, магистра любовных дел, потренируюсь и напишу ещё. Когда выходишь, обязательно иди с Молли. Пока».

Содержание, аккуратно выведенное чётким почерком, было довольно скудным, но всё же он написал. Видимо, письмо, отправленное сразу по прибытии в герцогство, только сейчас дошло.

Судя по всему, мой ответ дойдет до него только после его возвращения.

Аккуратно сложив письмо, я раздумывала, надевать ли дождевик, когда пришло известие о прибытии Даниэля. Принц всё ещё оставался в Темплшоу под опекой королевы и маркизы, и я как раз собиралась туда.

Поскольку мои отношения с няней были не лучшими, вряд ли она пришла бы, поэтому я предложила Лени передать сообщение.

— Лени, пойдём вместе. Тебе нравится опера?

Услышав это, Лени широко раскрыла глаза. С её кротким, травоядным выражением лица она радостно улыбнулась.

— Правда? Тогда я быстро переоденусь в уличное платье.

Переодевшись в повседневную одежду, мы с Лени вышли на улицу. У крыльца под навесом уже ждала чёрная машина с гербом герцогского дома.

Даниэль в кружевной рубашке с брошью и тёмно-синем пальто, увидев меня, степенно подошёл и предложил сопровождение. Няни, как и ожидалось, не было. Почему-то видны были только слуги и служанки, а охраны не наблюдалось.

— Ваше высочество, не стоит брать больше людей?

— Там безопасный район, всё в порядке.

Безопасность в Медее настолько высока, что можно обходиться минимальным сопровождением. В отличие от прошлых времён, когда требовались рыцари-телохранители, сейчас достаточно хорошего пистолета.

Я сказала Даниэлю, что беру Лени для помощи.

— Хорошо. Лени, позаботься, пожалуйста.

От вежливых слов юного принца щёки Лени покраснели. С очаровательным, добродушным взглядом она склонилась в поклоне.

Мы сели в машину с водителем и отправились к величественному оперному театру на окраине города.

Зал был полон нарядных зрителей, и мы заняли лучшие места, ожидая начала оперы.

Вопреки объяснению Даниэля о сюжете про принцессу и рыцаря, на сцене появились четыре бедных странника на фоне мрачной и убогой чердачной квартиры.

Пока занавес опускался, меняя декорации, я тихо спросила Даниэля:

— Ваше высочество, а где же принцесса?

— Вот эта героиня, Лилия. А этот мужчина, Эльзета, — рыцарь, защищающий принцессу.

Детская интерпретация, где статус принцессы и рыцаря определялся не происхождением. Занавес снова поднялся, и опера приблизилась к финалу.

Героиня умирала от болезни на старой кровати. Под крики героя её имени занавес опустился, и зрители, всхлипывая, встали с аплодисментами.

Лени, сидевшая рядом и внимательно следившая за действием, покраснела и разрыдалась.

— Нет, это невозможно! Трагический финал! Я пойду выбросить мусор к дому композитора и либреттиста.

— Тебе так грустно?

— А вам разве нет? У меня сердце разрывается.

В то время как Лени, глубоко погружённая в переживания, всхлипывала, Даниэль не плакал — возможно, из-за того, что уже сталкивался с настоящей смертью. Или просто не смог проникнуться взрослой историей любви.

— В итоге рыцарь не смог защитить принцессу. Но музыка была прекрасна.

Он лишь произнёс это с сожалением, как критик. Роль героини исполняла худая женщина средних лет, а героя — бородатый пузатый мужчина того же возраста.

— Ваше высочество, почему вы решили, что Лилия — принцесса?

— Отец говорил. Что у каждого появляется своя принцесса. И что неважно, как она выглядит, какое у неё происхождение или занятие.

Вспомнив, как Ноа всегда называл меня принцессой, я кивнула. Неужели все мужчины такие? Похоже, он знает простую истину: чтобы тебя ценили, нужно сначала самому относиться к другим с уважением и почтением.

— Той, что станет вашей принцессой, повезёт.

Даниэль задумчиво смотрел на меня, шевеля губами. Он хотел что-то сказать, но передумал, взял меня за руку и поднялся.

***

Незаметно высокие колокольни и деревья отбрасывали длинные тени, а солнце клонилось к закату.

По пути в ресторан, где был заказан ужин, к нам подошёл тощий мальчик и, запинаясь, перегородил дорогу.

Видимо, из трущоб — грязный, как будто давно не мылся, в потрёпанной желтоватой одежде из дешёвой ткани. Огромное военное пальто, почти касающееся земли, наверняка было подарено каким-то жалостливым солдатом.

Я собиралась пройти мимо, подозревая попытку карманной кражи или заманивания в ловушку, но мальчик заговорил.

— Господин, помогите, пожалуйста.

Услышав хриплый, потрескавшийся голос, Даниэль пристально посмотрел на него. Лени встала между ними и с подозрением смотрела сверху вниз.

— В чём дело? Говори мне. И как ты сюда попал?

— Моя сестра и мама лежат без сознания.

При словах «сестра, мама» Лени и Даниэль заметно заволновались. Только я осталась бесстрастной.

— Боже, нужно было попросить помощи у соседей.

— Никто не помогает. Мы здесь чужие.

Жёсткие, соломенно-жёлтые, спутанные волосы мальчика выдавали в нём не-медейца.

— Беженец?

На мой вопрос он мрачно кивнул. Я достала деньги из кошелька и протянула ему.

— Вызови врача и отвези их в больницу.

Мальчик застыл с деньгами в руках, не зная, что делать. Я сузила глаза, окидывая его взглядом.

— В больницу не попасть... У нас нет документов, гражданства, ничего.

Видимо, почувствовав жалость, Даниэль шагнул вперёд.

— Тогда я отвезу. Где они?

— Ваше высочество, не стоит идти с ним.

Я оттянула Даниэля назад. Мальчик обратился за помощью не ко мне, а к принцу, называя его «господином». Обычные дети просят помощи у взрослых.

— Прости. Попроси кого-нибудь ещё.

Мальчик беспомощно отвернулся, а Даниэль уставился на меня.

— Я хочу помочь.

— Нет. Это опасно.

Лени и Даниэль смотрели на меня с жалобными глазами. «Ты бросишь этого бедного мальчика?» — словно спрашивали они.

Чувствуя себя злодейкой, я провела рукой по лицу. Оглядевшись, я заметила патрулирующего офицера.

— Кажется, с матерью и сестрой этого ребёнка что-то случилось. Вы можете пойти с ним?

Офицер погладил усы, с неодобрением оглядев грязного мальчишку.

— Сейчас я очень занят. Сообщите адрес, я позже отправлю людей. И вообще, как ты из трущоб сюда попал? Немедленно убирайся...

— Я Даниэль Джин Гессен из дома герцогов Гессена.

Даниэль представился, чётко глядя на офицера. Услышав «дом герцогов Гессена», офицер вздрогнул и сразу сменил тон.

— Где это?

Что? Шестилетний ребёнок хорошо знает, как использовать власть.

— В экстренных случаях взрослые сказали так говорить.

Даниэль шепнул мне. Я мягко улыбнулась, глядя то на Лени, то на Даниэля.

— Теперь офицер пойдёт, а мы...

— Разве не стоит проследить, чтобы он действительно помог?

Лени, как всегда, была очень внимательна к деталям. Мне было противно, но их цель — помочь мальчику, так что я согласилась. Мальчик повёл, и мы свернули в узкую грязную улочку.

Чем дальше, тем более скользкой и вонючей становилась дорога, пока не стало невыносимо.

— Видимо, глубь трущоб.

Офицер пробормотал, а я, шокированная липкой грязью, прилипающей к подошвам, подобрала юбку и пошла дальше.

Разве здесь живут люди? Впереди были лачуги из дерева и металлолома с тряпичными дверями, жмущиеся друг к другу.

Увидев бегающих крыс и роющихся в мусоре собак, я захотела поскорее уйти и спросила мальчика:

— Где же они?

— Уже пришли. Вон там.

Когда его грязная рука указала на лачугу на возвышении, Лени округлила глаза. Она несла принца на спине, боясь испачкать дорогие туфли.

— Офицер, идите. Нам будет сложно.

Лени бледно улыбнулась ему, и он вздохнул, глядя на бесконечные ступени.

— Тогда вы возвращайтесь. После заката здесь опасно.

Мальчик и офицер скрылись, а я, сдерживая рвоту, взглянула на Лени и Даниэля.

— Мы сделали, что могли. Пора идти.

— Спасибо, сестра.

Даниэль на спине Лени виновато поблагодарил. Я пропитала платок фиалковым одеколоном и прижала к носу, стараясь улыбнуться. Их учили не проходить мимо нуждающихся. Конечно, нам с Лени пришлось несладко.

— Это они?

Послышался зловещий голос и шёпот. Я насторожилась, услышав шаги.

Похоже, я совершила ошибку, сделав то, чего не стоило. Надо было не отправлять офицера одного. Нет, вообще не приходить сюда.

— Эй, барышни.

Несколько грубых мужчин с неопрятными бородами ухмыльнулись нам.

— Лени, ты быстро бегаешь?

Я отступила назад и прошептала.

— Что?

— Беги с принцем. Сейчас.

Если что-то случится с драгоценным принцем, будет беда.

— О чём вы...

Глаза Лени округлились, а потом сузились, когда она заметила приближающихся из тени.

— А вы?

— Я побегу в другую сторону. Разделимся и убежим. Сейчас!

По моему крику Лени побежала, неся принца. Я задержалась, чтобы выиграть время, и уставилась на них.

— Чего вы хотите?

— Тебя.

Грубый мужчина оскалил грязные зубы. Что? Не деньги?

— Чёрт побери!

Ошеломлённая, я вскрикнула, словно поняв что-то, сбросила туфли и бросилась бежать в переулок.