Звёздный меч и голос (2)
Кто среди созвездий самый знаменитый?
Если задать такой вопрос, девять человек из десяти ответят: конечно же, Меч Избрания.
А кто такой Меч Избрания среди созвездий?
Большинство людей связало бы его с королём Артуром, главным героем «Хроник Артура». Учёные, изучавшие историю империи, назвали бы его императором-основателем. Те же, кто идёт путём рыцаря и меча, ответили бы, что Меч Избрания — самый благородный рыцарь, величайший мечник и герой.
Записи о Мече Избрания можно найти в самых разных областях: в истории империи, учебниках фехтования, политических и имперских исследованиях и даже на стелах, где высечены войны против демонов. Его имя встречалось повсюду; это было первое созвездие, видимое на ночном небе.
Король Артур и без того был знаменит среди созвездий, но одно событие, случившееся сотни лет назад, вознесло его славу ещё выше.
Испытание, установленное Мечом Избрания.
Испытание Звезды, Избрание.
Испытание, которое проходило раз в тринадцать лет и длилось тринадцать дней.
Оно предназначалось для всего человечества.
Задача испытания была поразительно проста:
«Вытащить меч, вонзённый в камень».
Других условий не было. Бесчисленные претенденты пытались пройти испытание.
Великие мечники, признанные гениями, искатели пути меча и герои из исторических летописей — многие протягивали руку к мечу в камне.
Так прошли столетия.
Меч не вытащил никто.
Меч никого не избрал.
* * *
«Сегодня голова какая-то тяжёлая».
Наджин потёр виски большими пальцами и глубоко вздохнул. Впрочем, это было неудивительно: последние ночи он почти не спал. Даже спустя несколько дней после того, как он увидел меч, упавший на площадь, Наджин всё ещё ворочался по ночам.
Образ священного меча не давал ему покоя.
Ослепительное звёздное сияние, исходившее от него.
И фраза, заполнившая его мысли:
«Вытащи меч».
Эта фраза никак не уходила из головы.
Более того, вместо того чтобы исчезнуть, она превратилась уже в две фразы. Следом за «Вытащи меч» пришло абсурдное: «Ты можешь вытащить меч».
Что вытащить?
Даже величайшие мастера меча не смогли вытащить этот меч.
Он понимал, что это беспочвенная фантазия, и всё же фразы не покидали его мысли. Казалось, будто кто-то нарочно всколыхнул их.
— Ха-а…
Наджин длинно выдохнул и откинулся на спинку скамьи. Сидя на окраине площади, он наблюдал за её центром. Обычно шумная площадь теперь казалась странно тихой — её заставили умолкнуть фигуры в самом сердце площади.
Солдаты, присланные из верхнего города.
Закованные в броню, блестевшую холодным светом, они охраняли священный меч. Ткань, наброшенная ими на меч, не позволяла наружу вырваться даже крупице звёздного сияния.
— Жадины какие…
Разочарованный, Наджин бродил по площади в надежде увидеть хотя бы отблеск исходившего от меча звёздного света.
«Ждать здесь бесполезно».
Он уже собирался уйти с площади, когда кое-что привлекло его взгляд.
Двое маленьких детей жались друг к другу в тени на окраине площади. Они устроили самодельный прилавок из обломка фанеры и разложили на нём всякую мелочь. Внезапно их взгляды встретились с взглядом Наджина.
Он подошёл к ним.
— Что вы тут продаёте?
— Э-э, ну…
Присев перед самодельным прилавком, Наджин посмотрел на разложенные детьми вещи: клочки газет и разные безделушки. Когда он спросил, чем они торгуют, дети указали в сторону центра площади.
— Мы подобрали то, что выбросили те люди.
— Пальцем не показывай.
Наджин накрыл ладонью палец ребёнка. Бережёного Бог бережёт: какой-нибудь раздражённый солдат мог обидеться и избить их.
— Сколько стоит газета?
— Две… нет, три медные монеты.
Наджин положил три монеты на протянутую ладонь ребёнка. Тот осторожно взял их, обменялся улыбкой со своим товарищем и засмеялся.
— Мы набрали норму.
Наджин уже собирался дать им ещё монет, но остановился, услышав эти слова. Вместо этого он купил простой еды в ближайшей лавке и поставил её перед детьми.
— Ешьте.
— Большое спасибо!
Дети жадно набросились на еду. Было очевидно: они голодали. По собственному опыту Наджин знал, что таким детям лучше давать еду, а не деньги, которые у них всё равно отнимут.
«Напоминает старые времена».
До того как Иван обратил на него внимание, он жил так же, как эти дети. Глядя, как они едят, Наджин вдруг нахмурился.
До его слуха донёсся насмешливый смех.
Солдаты в центре площади показывали на него и детей пальцами и громко хохотали.
— Глядите-ка, продают то, что мы выбросили… Типичные людишки отсюда.
Несмотря на откровенное презрение, дети даже не смели встретиться с солдатами взглядом. Они делали вид, будто ничего не слышат и не видят.
Унижение и позор временны, а вот переломанные от побоев кости остаются надолго.
Наджин мало чем от них отличался. Он вздохнул про себя и поднялся.
— Смотрите, не встречайтесь с ними глазами.
— Да, брат Наджин!
— Ты знаешь моё имя?
— Ты среди нас довольно знаменит.
Ребёнок ярко улыбнулся.
— Я хочу стать таким, как ты, старший брат, — сказал один из детей. — Многие ребята копят деньги на мечи и мечтают быть как ты. Те, кто бегает быстрее, даже учатся фехтовать у отцов.
— Я тоже хотел бы быть как ты, но мы не быстрые, поэтому папа говорит, что нам это не подходит, — пробормотал другой ребёнок.
Наджин молчал, задумавшись.
«Что хорошего в том, чтобы быть как я? Жизнь, в которой топишь других, — не самое почётное занятие».
Он подумал об этом, но вслух не сказал. В прошлом, когда он сам копался в мусорных баках и подбирал остатки еды, Наджин тоже завидовал людям Ивана.
«Три раза в день есть и спать в постели… пожалуй, этому действительно можно завидовать».
— Вот как.
Потрепав ребёнка по волосам, Наджин пошёл дальше. Развернув газету, он прочитал о городах, куда упали священные мечи, и о тех, кто осмелился бросить вызов испытанию.
«Мастер меча империи, сэр Герд Исабальт, выражает намерение в пятый раз принять участие в Испытании Звезды… вызов запланирован на тринадцатый день в Камелоте, столице империи…»
Рассказы об испытаниях старого мастера меча.
«Святой меча Каран сумел слегка сдвинуть вонзённый священный меч… возникают предположения, что в следующем испытании меч может быть вытащен…»
Рассказы о попытках святого меча.
«Палач секты Звёздной Крови, Юэль Разиан, коснувшись рукояти меча, заставил её яростно задрожать… хотя вытащить меч ему не удалось, такая реакция рукояти беспрецедентна… секта критикует поступок Разиана, заявляя: “такой обезумевший от крови пёс недостоин прикасаться к мечу”…»
В газете подробно описывались убийца из секты и многие другие претенденты. Читая об их прошлом и о мгновениях, когда они пытались вытащить меч, Наджин невольно почувствовал тоску.
«Я бы тоже хотел попробовать».
Эта мысль промелькнула у него в голове. Он закрыл глаза и прижал ладонь ко лбу, проглатывая следом пришедшие «если», «может быть» и «а вдруг».
«Не переходи черту.
Живи так, как тебе положено.
Не мечтай о том, что тебе не по плечу.
Не смей тянуться к тому, на что даже смотреть не можешь».
Это были предупреждения и советы Ивана, и теперь Наджин повторял их как мантру.
«Да, если тянешься к недостижимому, это приносит только несчастье».
Бесчисленные люди, упавшие в этот город, служили достаточным доказательством.
— …
Наджин сложил газету. Искра, ненадолго загоревшаяся в его глазах, когда он читал эти истории, снова сменилась привычной тусклой мутью — как и подобало мрачному подземному городу Артману.
Он в последний раз посмотрел на площадь.
Звёзд по-прежнему не было видно.
* * *
Мальчишки по-прежнему нигде не было.
Мерлин сжала кулаки и скрипнула зубами. Брови её были сведены, пальцы раздражённо постукивали по руке.
— Фу-у…
Она выдохнула вздох, окрашенный досадой. Уже несколько дней Мерлин прочёсывала землю в поисках дерзкого юнца, осмелившегося оскорбить Артура. С её ясновидением, достигающим любого места, куда доставал её звёздный свет, найти одного наглого мальчишку должно было быть просто. Ещё несколько дней назад она была в этом уверена.
Но теперь, спустя несколько дней, она всё ещё не нашла мальчишку. Мерлин не могла понять почему. Как он вообще мог оставаться скрытым от её взора?
«Другое созвездие его прикрывает?»
Нет, тогда найти его было бы даже проще. Любая попытка спрятать что-либо звёздным светом лишь заставила бы это место выглядеть искажённым.
«Он живёт где-то, куда не доходит звёздный свет?»
Мысль была нелепой. Даже места, куда падали созвездия, вроде бездны Камланна, едва годились для жизни.
Тогда почему она его не видит?
Он что, зарылся в какой-нибудь туннель и прячется, не показывая лица?
Мысль о том, что он целую неделю скрывается в туннеле, сама по себе поражала. Мерлин тяжело вздохнула и провела пальцами по волосам.
— …
Раздражённая, она цокнула языком. Ей казалось, будто она тратит силы на пустяк. В конце концов, было смешно: она, существо, прожившее больше тысячелетия, так разозлилась из-за провокации какого-то юнца.
— Забудь. Просто забудь…
Она попыталась успокоиться, глубоко вдыхая и выдыхая. Но, как бы она ни старалась, в ушах всё равно звенели слова мальчишки: он сравнил её со «зрячим слепцом» и назвал Артура «героем, созданным своим временем».
Оскорбления, которые должно было быть легко проигнорировать.
И всё же Мерлин не могла этого сделать, потому что знала пророчество, звучавшее пугающе похоже. Она снова задумалась о нём — о пророчестве, которое теперь стало занозой в её боку.
«Экскалибур выберет нового хозяина».
«Через десятилетия или через столетия, но он непременно найдёт его».
«Героя среди людей, которому суждено превзойти Артура».
Пророчество, оставленное предателем Круглого стола.
«Истинного героя, не похожего на Артура, всего лишь порождение своего времени. Спасителя! Короля и проводника, который поведёт нас за пределы Камланна, в мир, о котором мы мечтаем!»
«Мерлин, зрячая слепица! Неужели ты не видишь это славное будущее?»
Вспомнив пророчество, Мерлин поморщилась. Слова мальчишки отозвались в ней — особенно то, что Артуру просто повезло со временем. Она нахмурилась, отвергая эту мысль.
«Артуру не просто повезло со временем».
«Он сам направил ход эпохи, глупцы».
На протяжении столетий никто не мог вытащить меч, оставленный Артуром. Уже одно это доказывало его величие. Мерлин фыркнула, глядя на землю.
Испытание Звезды продолжалось в разных землях, и множество мечников пытались вытащить меч — и терпели неудачу.
— Видишь?
Она снова усмехнулась.
— Кто способен вытащить меч?
Никто. Следовательно, никто не способен превзойти Артура. И пророчество предателя, и насмешка неизвестного юнца — всё это бессмыслица.
С этой мыслью Мерлин выдохнула.
Наконец её разум успокоился.