Глава 20.0
Глава 20
— Молодой господин, неужели к нам поступил заказ?!
— Письмо.
— П-письмо?
— Вчерашнее не помнишь? Тот юнец Хо Син велел остерегаться Пэк Чжун Хёка и обещал прислать подробности.
— А... он действительно его прислал?
— Я и сам не ожидал.
Квак Ён поднял конверт, оставив Чхон Гана стоять со сложным выражением лица.
— ...
— ...
Чхон Ган помялся, глядя на господина, который не спешил распечатывать послание, а затем спросил:
— Будем читать вместе?
— Ой! Я пойду принесу инвентарь для уборки!
С этими словами он умчался куда-то вглубь павильона. Проводив его взглядом, Квак Ён вскрыл письмо.
Скрывать было нечего... но мало ли, вдруг Хо Син написал нечто, не предназначенное для чужих глаз.
— Хм.
«О чем следует помнить в поединке с Пэк Чжун Хёком»
Письмо начиналось именно так, без всяких приветствий и предисловий. То ли Хо Син опасался перехвата внутри клана, то ли просто был таким сухарем, но Ёну так было даже удобнее.
— Значит, он с самого начала присматривался к Пэк Чжун Хёку?
Квак Ён быстро пробежался глазами по тексту.
В целом, там содержался разбор стиля клана Пэк и личных особенностей Пэк Чжун Хёка.
Совместимость боевых искусств... Разница во внутренней энергии... Особенности арены... Выбор оружия... Техника легкого шага.. Яды... Психологическое давление и подлые уловки...
Читая подробные выкладки, Квак Ён то и дело кивал. Анализ был глубоким, тревоги брата — вполне обоснованными. В письме хватало того, на что действительно стоило обратить внимание.
Однако некоторые вещи не представляли для Квак Ёна ни малейшей проблемы.
Взять хотя бы совместимость искусств.
«В этом клане искусство передается только через владение мечом, но мой стиль из прошлой жизни клинком не ограничивается».
Не только меч.
Меч и сабля, копье и топор, кинжал и метательные ножи, даже цеп и боевой бич — способность молниеносно адаптироваться к любому оружию была сутью стиля Квак Ёна.
[ Меч Тысячи Форм ]
Судя по иероглифу «Тысяча Форм», тот мальчишка-спасеныш, наблюдавший за боем, смог уловить эту суть... но автору письма, похоже, еще многого не хватало.
«Определенно, Квак Хо Син еще не достиг Абсолюта».
Это было ясно из его рассуждений.
«Стиль нашего клана, подавляющий противника грубой силой и нацеленный на быстрое практичное убийство, плохо работает против школы клана Пэк, где ложные выпады почти неотличимы от смертельных ударов».
Какая наивность.
Разве его собственный стиль, доведенный в прошлой жизни до Абсолюта, не пестрел такими обманками, что их не могли раскусить даже самые коварные мастера Терного Пути и еретики?
«Среди всех наследников Пэк именно Чжун Хёк — самый страшный противник. Говорят, на каждый бой он выходит с новым, невиданным ранее оружием. Пока вы тратите время, чтобы понять принцип его оружия и стиля, полного ловушек, он наносит удар.
С ним трудно бороться, нападая первым. Стоит лишь раз попасть в расставленные сети, пока вы изучаете его клинок — и бой окончен».
И здесь то же самое.
В прошлой жизни он с уверенностью мог сказать, что владел большим арсеналом, чем кто-либо другой в Цзянху.
Начав с самых низов в Цзиньи-вэй, он не только насмотрелся на экзотическое оружие преступников, но и сам виртуозно им владел.
«Все эти знания и опыт вложены в стиль Тысячи Форм... возможно, именно из-за нехватки боевого опыта Хо Син и не смог достичь Абсолюта».
В какой-то момент, отложив меч и взявшись за другое оружие, он парадоксальным образом улучшил свои навыки владения именно клинком.
Вспоминая этот парадокс, Квак Ён подумал:
Квак Хо Син.
Этому парню, который еще не постиг истинную ценность семейного искусства, нужно будет дать пару уроков.
«Кажется, и ему пора на время отложить меч».
Однако, помимо этого, в письме были вполне здравые опасения.
«Больше всего меня беспокоит разница в технике легкого шага и передвижения».
Ён склонил голову. Разница в технике шага? Но следующие строки всё прояснили.
«На этот раз турнир пройдет на необитаемом острове в архипелаге. Говорят, это решение продавили спонсоры из торговой гильдии, и это место крайне невыгодно для вас, брат».
Значит, бой на острове.
В окружении десятков кораблей с представителями кланов и купцами, Квак Ёну и Пэк Чжун Хёку предстоит биться насмерть.
«Остров довольно большой, что идеально подходит для его техник передвижения. В опасной ситуации он сможет легко разорвать дистанцию. Честно говоря, брат, это ставит вас в крайне невыгодное положение».
Хм.
«Потому что между Пэк Чжун Хёком и вами есть огромная пропасть во внутренней энергии.
База клана Пэк — это побережье, куда стекаются торговцы и иностранцы из-за пределов Срединных земель. Говорят, Чжун Хёк добыл там немало диковинок и не раз сталкивался с Дарами судьбы. Внутренняя энергия, которую он накопил за это время... честно говоря, по сравнению с вашей...»
Эту информацию нельзя было игнорировать.
Самый простой способ компенсировать разницу в технике шага — это грубая внутренняя ци. Если вспомнить, как меняется взрывная сила ног при наполнении их энергией, то огромный резерв — это страшное оружие как для побега, так и для преследования.
«Действительно, по сравнению с прошлой жизнью сейчас я пуст, как барабан».
Так и есть. Мышцы, кажущиеся жалкими по сравнению с прежним телом, были слабым местом, но нехватка Ци стояла острее.
Глава Квак Со Рён. С ним он, конечно, и рядом не стоял.
Но даже по сравнению с третьим братом Хо Сином он всё еще уступал в объемах ци.
Учитывая это, бой с Чжун Хёком может оказаться сложнее, чем ожидалось. Это факт. Ведь он так легко одолел Хо Сина при нехватке ци лишь потому, что досконально знал его стиль.
«К тому же тот еще и сдерживался».
«Пэк Чжун Хёк...»
Судя по письму, у этого парня энергии больше, чем у Хо Сина.
Но.
Неужели этот Пэк — противник, с которым можно справиться, только подавив его грубой силой?
Эта мысль была оскорбительна для Квак Ёна, прошедшего через ад прошлой жизни. Он не потеряет бдительность, но сейчас, если враг не уровня Главы Со Рёна, никто не представлял для него смертельной угрозы.
«Что ж, будет интересно».
С предвкушением Квак Ён перевернул страницу.
Шурх.
Письмо продолжалось.
«Но чего вам, брат, следует остерегаться еще больше, так это ядов и психологических уловок, которые он использует».
Ён недоуменно моргнул.
Яды — это понятно. Но психологические уловки?
«Так было всегда. Мастера, которые шли с ним на равных, ломались именно на этом. Особенно те, кто имел громкое имя в Цзянху».
Глаза Квак Ёна расширились.
«Значит, он читает людей и заговаривает зубы во время боя, чтобы ударить по слабым местам и сломить дух?»
Ого.
«Простите за дерзость, но, учитывая слухи, которые ходят о вас, брат...»
Далее шло подробное описание дурной репутации Квак Ёна и того, как легко за нее зацепиться.
— Значит, он хорош в трепе? В этом я ему точно не уступлю... — пробормотал Ён, отрываясь от письма.
В этот момент...
С неба что-то упало. Квак Ён инстинктивно отшагнул.
Шлеп.
Прямо перед его ногами шлепнулся птичий помет.
Подняв голову, Квак Ён прищурился.
«Хм?»
Черный силуэт стремительно уходил в небо.
«Уже... так высоко?»
Хоть Ён и запоздал с реакцией, но нагадить с такой точностью и так быстро скрыться могла далеко не каждая птица.
Силуэт превратился в точку.
Кар-р-р!
Услышав слабый крик, Ён покачал головой:
— Не похоже... на ворону.
Черная птица с переливающимся оперением. Ее перья сверкали на солнце так, словно были усыпаны драгоценной пылью.
Кар-р-р!
Птица снова открыла клюв.
То ли крик, то ли смех. Глянув на землю с высоты, она издала протяжный звук и полетела дальше.
Западное Озеро Ханчжоу.
Словно любуясь своим отражением в водной глади, птица с криком неслась над городом.
Приглядевшись, можно было заметить её странный вид.
Сорока? Ворона? Трудно сказать.
Взмах!
Она пролетает мимо.
Миновав озеро, она летит над центром Ханчжоу, где теснятся высокие башни ресторанов.
Вид с высоты птичьего полета был великолепен. Птица словно наслаждалась зрелищем кишащей внизу людской муравьиной возни.
Взмах!
Она летит дальше. Над главным трактом из Ханчжоу.
Над перекрестком, где расходятся дороги. Над пыльными повозками.
Минуя горы, реки и поля.
Взмах! Взмах! Взмах!
Птица неустанно машет крыльями, направляясь далеко на восток провинции Чжэцзян.
И вдруг её клюв открылся.
— Как же лень! Как же лень!
Раздался каркающий человеческий голос, доказывающий, что это духовное существо.
Да. Это была не сорока и не ворона.
[ Духовный Черный Ворон ]
Разведав противника, с которым предстоит схлестнуться Пэк Чжун Хёку, он возвращался от Иёнгака обратно к архипелагу Чжусан.
— Реально! Как же лень!
***
『 Иёнгак 』
Павильон Квак Ёна сиял чистотой.
Скрип-скрип.
Чхон Ган отдраил всё внутри и снаружи, и даже снял вывеску, чтобы протереть её мокрой тряпкой. А перед ним...
— Хм.
Стоял Квак Ён и напряженно размышлял. Скрестив руки на груди, он хмурился и бормотал себе под нос.
— Уф, работы больше, чем я думал.
— ...
— Как бы мне пригодился кто-нибудь в помощь.
— ...
— Не думал, что мне придется драить всё это одному.
— Отлично. Для начала выйду и━━
— А, нет, господин! Я сам!
— Хм?
Закончив раздумья, Квак Ён кивнул суетящемуся Чхон Гану.
— Я ненадолго отлучусь.
— Э-э?! К-куда?
— Подожди здесь. Я скоро.
— Г-господин?!
Квак Ён покинул павильон, чтобы кое-что проверить перед грядущим боем.
Топ, топ.
Пройдя по ухоженным дорожкам поместья, он направился к главным воротам.
Вдруг он услышал слабые звуки спора. Они доносились снаружи.
— Уходите.
— Н-нет, правда! Мне нужно сказать кое-что господину Ёну!
— У вас назначено?
— Э-э, нет, но...
— Уходите.
— Это очень важно! Обязательно передайте второму господину...
— Эй! Ты хоть понимаешь, чьи это ворота?!
Голос показался знакомым. Квак Ён поспешил к выходу и сразу узнал просителя.
— В чем дело?
— Ничего серьезного, господин. Этот простолюдин...
— Господин! Это я! Помните меня?!
— А.
Лицо потного и растерянного человека просияло.
— Вы же хозяин таверны.
— Д-да, верно!
Квак Ён узнал хозяина Ресторана Чоун, с которым виделся этой ночью.
— Что привело вас сюда?
— Дело в том, что... — Старик опасливо покосился на стражников.
— Всё в порядке. Это мой знакомый.
— Господин?
— Я же сказал, всё в порядке. Я беру ответственность на себя. Пропустите его.
— А, нет! Я могу сказать это быстро!
Засуетившись, хозяин поманил Квак Ёна отойти в сторонку. Ён последовал за ним и старик, снова оглянувшись, максимально понизил голос:
— Я всю ночь думал, как мне отплатить вам за спасение.
— Я же сказал, в этом нет нужды.
— Н-но так нельзя.
— Ха-а…
— И тут я вспомнил один слух о чудесном оружии. Подумал, что такому мастеру, как вы, господин, оно нужнее.
— Оружие?
Глаза Квак Ёна мгновенно вспыхнули.
Глядя на него, хозяин лапшичной серьезно кивнул:
— Да. Я краем уха слышал это от ублюдков из Хуньтянь, когда они напивались у меня… Перед смертью они положили глаз на одно диковинное оружие, созданное великим мастером.