Глава 39.0

В тот момент, когда ее веки резко распахнулись, раздался крик Тэ Хуна, и хватка на запястье Ю Ыль ослабла. Кто-то подошел и с силой перехватил и вывернул руку Тэ Хуна. Освободившись из его плена, Ю Ыль медленно перевела взгляд со своего запястья, на котором остались ярко-красные следы от пальцев, выше. Ее зрачки задрожали. Обладателем знакомого аромата, как она и ожидала, оказался Со Джи Хёк. 

Джи Хёк, который был даже выше и крупнее рослого Тэ Хуна, легко подавил его одной рукой. Тэ Хун извивался всем телом и кричал от боли, но тот его не отпускал. 

"Почему директор здесь?"

 Ю Ыль стояла в оцепенении, не в силах разобрать, сон это или реальность. Джи Хёк, глядя на Тэ Хуна, холодно процедил: 

— Эй, малявка. 

Несмотря на то, что Тэ Хун корчился от боли, эти слова, видимо, сильно задели его за живое. Даже со скрученной рукой он попытался огрызнуться: 

— К-кого ты назвал малявкой!?

— Мозги ещё не выросли, значит, сосунок и есть. 

Ю Ыль прикрыла ладонью невольно приоткрывшийся рот. Само присутствие Джи Хёка здесь было поразительным, но зрелище того, как он с легкостью усмиряет разгоряченного Тэ Хуна, приводило в замешательство. 

Это выглядело точь-в-точь как дрессировка непослушного пса. А разве при дрессировке собак не говорят — не вмешиваться? Вот и Ю Ыль сейчас почувствовала, что лезть не стоит. Конечно, в глубине души она и сама хотела, чтобы более сильный Джи Хёк успокоил Тэ Хуна, который мало того что цеплялся к ней, так ещё и начал вести себя грубо. 

— Отпусти! 

— А я не хочу. 

От этого шутливого ответа у Ю Ыль и Тэ Хуна лица вытянулись от изумления. 

— Т-ты что, псих?! 

— А ты отпустил Хан Ю Ыль, когда она просила? 

В этот момент Джи Хёк перевел взгляд на запястье Ю Ыль. Увидев багровые следы, он нахмурился и одновременно с этим с силой пнул Тэ Хуна под зад. 

— Ай! 

— Хренов "друг". Послушай, малявка. В наши дни даже младшеклассники не обижают женщин, которые слабее их. 

Тэ Хун, схватившись обеими руками за пострадавшее место, повалился на землю. Джи Хёку этого показалось мало, и он уже замахнулся для ещё одного удара, но остановился, услышав крик Ю Ыль. 

— Д-директор! 

Ю Ыль подбежала и схватила его за руку. Джи Хёк медленно повернул голову и посмотрел на нее сверху вниз. Его пугающе почерневшие глаза, как только в них отразилась она, стали немного мягче. 

— Теперь вс-все в порядке! Тэ Хун наверняка уже осознал свою ошибку, он обычно не такой... 

— Не неси чушь! С чего это я должен что-то осознавать?! Это ты, Хан Ю Ыль, должна осознать, что предала меня! — Тэ Хун снова сорвался на крик, перебив ее. Джи Хёк тут же снова развернулся к нему. 

— По-хорошему ты не понимаешь. Таких паршивых щенков нужно учить палкой. 

Когда Джи Хёк шагнул к нему, Тэ Хун закрыл голову руками, выставляя блок. В ту же секунду Ю Ыль запрыгнула прямо перед Тэ Хуном, преграждая путь. 

— Директор! Я же говорю, со мной правда все хорошо! 

Джи Хёк молча смотрел на нее, затем закрыл и открыл глаза, будто проглатывая гнев, и тихо спросил: 

— Точно все хорошо? 

Когда Ю Ыль кивнула, он тяжело вздохнул. Затем он потянул ее за руку и завел себе за спину. Как только препятствие в виде Хан Ю Ыль исчезло, он сделал ещё шаг к Тэ Хуну. И, чтобы тот не смог пошевелиться, придавил его ногу своей. 

— Гх-х... 

— Задам два вопроса. 

— ... 

— Первый: что я за тип? 

Тэ Хун, придерживая руками прижатую ногу, резко вскинул голову. 

— Что?! 

В противовес его возбужденному голосу, Джи Хёк был предельно спокоен. 

— Ты же сам это сказал Хан Ю Ыль. Мол, не знает ли она, что я за тип. 

Глаза Тэ Хуна, смотрящего на Джи Хёка, налились кровью. Он считал, что хоть Джи Хёк лично и не убивал его отца, это все равно что сделала его семья. Однако слова не выходили, охваченный яростью, он лишь крепко стиснул зубы и ничего не ответил. 

— Я спросил что-то сложное? Почему молчишь? 

Губы Тэ Хуна задрожали ещё сильнее, и он посмотрел на Ю Ыль. Его взгляд говорил: "Я слишком зол, чтобы говорить, скажи ему сама". Ю Ыль тихо вздохнула и обратилась к Джи Хёку: 

— ...Отец Тэ Хуна погиб от рук людей из вашей компании, когда он был маленьким. 

Джи Хёк, исказив лицо, переспросил: 

— Что? 

— Ну, когда Сехан ещё была коллекторским агентством... Из-за несчастного случая в зоне сноса... 

Джи Хёк издал горький смешок, будто услышал что-то нелепое. Тэ Хун задергался, пытаясь спихнуть его ногу и подняться. Однако Джи Хёк лишь слегка поднажал, с легкостью придавливая его обратно. 

— Малявка. В каком году умер твой отец? И где именно? 

Ю Ыль тихо подсказала сбоку: 

— Он говорил, что ему было семь лет. 

— Семь лет... 

Джи Хёк, казалось, начал высчитывать год в уме. Тэ Хун тоже немного успокоился и, не дожидаясь помощи Ю Ыль, заговорил сам: 

— Да. Когда мне было семь лет, в районе Чхонпхен-дон рядом с районом Добонгу... Там из-за вас погиб мой отец. Джи Хёк переспросил бесцветным голосом: 

— Рядом с Добонгу? 

И снова Джи Хёк издал короткий смешок, присел и встретился взглядом с Тэ Хуном.

— И что мне с тобой делать, малявка? 

— ... 

— У тебя нет причин меня ненавидеть. 

— ...Что, что ты такое несешь! 

— Твои мозги работают слишком примитивно, прямо как у дурачка, поэтому я скажу только один раз. Слушай внимательно.

Тэ Хун, тяжело дыша, сверлил Джи Хёка взглядом. Джи Хёк, не обращая на это внимания, продолжил объяснение.

— В то время у моего отца был деловой партнер, с которым они вместе управляли фирмой. Сейчас он уже покойный. В те времена он совершил много крайне жестоких поступков, из-за чего у него даже с моим отцом были трения. Но это сейчас неважно. В любом случае, тот человек управлял северной частью города. Мой же отец отвечал за юг — районы Каннам и Сонпха.

— ...Что? 

— Районом Добонгу, где ты жил, управлял не мой отец, а совсем другой человек.

Взгляд Тэ Хуна задрожал, словно от землетрясения. Ю Ыль была потрясена не меньше Тэ Хуна, но следом за этим почувствовала облегчение. Если слова Джи Хёка — правда, то ему и его отцу не нужно было выслушивать проклятия от ее друга Тэ Хуна. Следовательно, ей больше не нужно чувствовать вину перед Тэ Хуном за то, что она сблизилась с Джи Хёком.

— Если не веришь, я дам тебе один номер. Позвони туда и попроси архивные данные времен работы коллекторского агентства. Но послушай, малявка. 

— ... 

— Ты можешь зайти в любое старое агентство недвижимости в том районе и спросить владельца. Тебе назовут имя тогдашнего главаря банды скупщиков. Если бы ты хоть раз нормально это проверил, то знал бы, что председатель "Сехан" — не твой враг.

Лицо Тэ Хуна стало пунцовым. 

— Даже врага своего в лицо не знаешь. Тебе нужно заново пройти школьную программу, начиная с этики.

— Это... это ложь...! 

Джи Хёк горько усмехнулся.

— Да. Стой на своем. Верь в то, во что хочешь верить, пока сам не проверишь. Но когда поймешь, что верил в ложь... тебе придется научиться признавать свои ошибки.

Ю Ыль смотрела на Джи Хёка, который хоть и говорил грубо, но по делу, и ее сердце трепетало. Тот факт, что он решил не мучить Тэ Хуна, а внести ясность в его заблуждения, заставил его выглядеть в ее глазах очень надежным. Она почувствовала спокойствие от того, что именно такой человек является опекуном ее любимого племянника.

— Второй вопрос.

В этот момент Джи Хёк нарушил тишину. 

— Насколько сильно тебе нравится Хан Ю Ыль?

Как только Джи Хёк задал этот вопрос, Ю Ыль растерялась. Она не понимала, к чему это. Тэ Хун же покраснел ещё сильнее, чем прежде, и стал отрицать.

— Ч-что ты такое несешь! Кто мне нравится?! Мы с ней просто друзья... 

— Понятно. Ты сам сказал, что Хан Ю Ыль тебе не нравится.

Джи Хёк медленно выпрямился в полный рост. Затем он посмотрел на него и бросил последнее леденящее душу предупреждение:

— Если ещё раз посмеешь клеиться к Хан Ю Ыль — убью.