Глава 27.0

«Соблазнить Со Джи Хёка?..»

Однако Ю Ыль тут же покачала головой. Использовать До Ха как предлог, чтобы сблизиться с Джи Хёком, к которому она не испытывает чувств, было бы нечестно по отношению к самому ребенку.

К тому же, даже если бы ей удалось его очаровать, на пути стояло огромное препятствие в лице её тёти. Очевидно, что из-за тёти она сама навлекла бы неприятности на Джи Хёка и его семью. А последствия этого неизбежно отразились бы и на До Ха...

Теперь ей стало ещё понятнее, почему онни решила скрыться, как только узнала о своей беременности.

Ю Ыль тяжело вздохнула. Но даже если отбросить все эти сложные причины, директор Со Джи Хёк вряд ли посмотрел бы на неё как на женщину.

Если вспомнить, их первая встреча была сплошным кошмаром. Хоть это и было случайностью, она едва не разрушила его жизнь, бросившись под его машину. А потом ещё и пыталась шантажировать его записью разговора, требуя вернуть племянника.

Тот факт, что он, устав от её выходок, позволил ей видеться с До Ха раз в неделю — уже чудо. И после всего этого навязываться ему как женщина? Он может почувствовать к ней такое отвращение, что отберет даже ту единственную возможность видеть ребенка.

— Да уж, он на это вполне способен.

Когда Ю Ыль, погруженная в свои мысли, озвучила этот вывод, Джи Ын, стоявшая поодаль, с лукавым видом спросила:

— На что он способен? 

— Ни на что!

Ю Ыль с улыбкой подхватила сумку с прилавка. 

— Пошли скорее по магазинам!

Как раз в тот момент, когда Ю Ыль и Джи Ын собирались выйти из лавки, раздался звон колокольчика и дверь открылась. Они уже повесили табличку «Закрыто», так кто же вошел?

Ю Ыль, нацепив свою «рабочую» улыбку, повернула голову к двери. 

— Простите, но на сегодня мы уже...

Она не смогла договорить. В дверях стоял человек, с которым она меньше всего на свете хотела бы сейчас столкнуться.

Это была её тётя, Хан Ён Сук. Лицо Ю Ыль мгновенно окаменело. Джи Ын отреагировала так же.

Зная, насколько жестоко Ён Сук обращается с Ю Ыль, Джи Ын быстро встала впереди, чтобы преградить ей путь и попытаться сгладить ситуацию. Она заслонила Ю Ыль собой и обратилась к Ён Сук:

— Здравствуйте, тё... 

— С дороги.

Однако старания Джи Ын оказались напрасными — Ён Сук просто грубо оттолкнула её в сторону. 

— Джи Ын!

Убедившись, что с подругой всё в порядке, Ю Ыль закричала на тётю: 

— Что вы творите?!

— А ты что творишь? 

Голос Ён Сук был холодным и подавленным как никогда прежде. Ю Ыль хорошо знала этот тон, предвещающий бурю. Это был тот самый голос, который она слышала каждый раз, когда приходила к тёте, видя, как тяжело сестре, и просила её больше не мучить онни и не вымогать деньги. Тогда тётя называла её неблагодарной тварью и осыпала побоями и оскорблениями.

Но теперь Ю Ыль больше не боялась такую тётю. Она до смерти корила себя за то, что раньше из страха перед ней не смогла защитить сестру и позволила ей уйти на небеса. Пусть это было слишком поздно, но хотя бы сейчас...

Бам!

Сумка Ён Сук со всей силы прилетела Ю Ыль прямо по голове.

— Ю Ыль! Ты в порядке?! Тётя, вы с ума сошли?! — закричала Джи Ын.

Джи Ын попыталась броситься на помощь, но Ю Ыль выставила руку, останавливая её. Затем она в упор посмотрела на Ён Сук.

— Где ты научилась так нагло пялиться? Я тебе что, по зубам теперь, а?!

— Джи Ын. Ты ведь можешь сохранить запись с камер, как она меня ударила? 

— Конечно!

Ён Сук рассмеялась от возмущения: 

— Ха! Что тот паршивец, что эта девка — оба шантажируют меня видеозаписями. Вы меня совсем за дуру держите?

Она со скрежетом зубов снова яростно уставилась на Ю Ыль.

— Выбирайте выражения. Это не шантаж, а требование законного наказания за ваши действия.

— Ишь как заговорила!

— Я больше не та маленькая девочка. Нет, потеряв сестру, я поняла — мне стоило вести себя так с вами гораздо раньше.

Раньше она всегда робела перед тётей только потому, что у неё не было родителей. Тётя годами занималась газлайтингом, внушая, что это она приютила Су Ён и что их жизни стали такими тяжелыми именно из-за двух сестер.

Хотя на самом деле Ю Ыль росла под опекой бабушки, Ён Сук умудрялась распространять своё влияние и на неё. Даже когда Ю Ыль выросла и её пекарня стала приносить доход, тётя при каждой встрече требовала денег, называя это «платой за благодать». Ради сестры Ю Ыль, как дурочка, несколько раз отдавала ей крупные суммы.

Но теперь она не прежняя Хан Ю Ыль. Она не смогла защитить сестру, но До Ха она обязана защитить. Она знала: тётя наверняка снова твердит о До Ха лишь для того, чтобы вытянуть деньги из группы «Сехан».

Использовать племянника таким образом — этого она не допустит. Ни за что. Не бывать этому.

Она не позволит До Ха стать костью в горле или обузой для членов той семьи. Ю Ыль знала: если она здесь сдастся, тётя пойдет туда одна и будет шантажировать их, используя ребенка как заложника.

Чтобы этого не случилось, Ю Ыль, сжав кулаки, гордо вскинула голову.

— Я тебе говорила или нет, чтобы ты пошла в тот дом и привела ребенка Су Ён?

Так и есть. Ён Сук завела свою привычную шарманку, которую Ю Ыль и ожидала услышать.

— Тётя, очнитесь! Даже если вы значитесь матерью по документам, Су Ён-онни — не ваша дочь.

— Ах ты, неблагодарная дрянь!

Ён Сук снова замахнулась сумкой над головой Ю Ыль. Джи Ын пыталась вмешаться, но Ю Ыль крикнула ей не мешать. Она собиралась снять побои и использовать медицинскую справку, чтобы в ответ пригрозить тёте.

Однако Ён Сук, у которой уже пелена стояла перед глазами, продолжала проявлять насилие, совершенно не ожидая, что Ю Ыль зайдет так далеко.

В какой-то момент во рту появился металлический привкус крови. Казалось, застежка-молния на сумке поцарапала и рассекла губу. Ю Ыль тыльной стороной ладони вытерла кровь и произнесла:

— И сколько бы вы ни трясли своими бумажками, это бесполезно. У меня есть вся переписка о том, как вы изводили онни, и выписки по банковским счетам за 10 лет, подтверждающие, сколько денег вы из неё выкачали ещё со школы.

— ...Что?!

— Думаете, я лгу? Неужели вы думали, что я буду терпеть такие издевательства, не имея ни одного доказательства?

На самом деле Ю Ыль было страшно, пока она это говорила. Потому что всё, что она сказала о доказательствах, было чистой ложью. Сообщений было всего несколько, а никаких банковских выписок и вовсе не существовало. Это означало, что если тётя официально заявит о своих правах на имущество Су Ён и До Ха, у Ю Ыль не будет четких доказательств, чтобы это опровергнуть.

Но сейчас тётя не могла проверить этот факт, поэтому Ю Ыль блефовала. И, к счастью, её блеф сработал. Ён Сук заколебалась и отступила на шаг.

— Ты всё это время прикидывалась невинной овечкой, а сама за спиной вела себя как лиса? Думаешь, я это так оставлю?

— И не оставляйте. Тогда я тоже полностью «закопаю» вас, тётя. Делайте что хотите, чтобы я могла раздуть это дело до максимума.

Несмотря на дрожь от страха, она изо всех сил старалась не выдать правду. Она так сильно сжала кулаки, что ладони вспотели, а ногти впились в кожу до боли.

— Фу, ну и дрянь. Отплатила за воспитание вот так... Пригрела змею на груди.

Ён Сук резко развернулась. Уходя из лавки, она обернулась и пригрозила Ю Ыль напоследок:

— Думаешь, всё будет по-твоему? Мир не так прост. Ребенок Су Ён — это одно, но тебя я уничтожу первой.

Оставив это жуткое предупреждение, Ён Сук гордо вышла из магазина.

Джи Ын была в шоке. 

— Что это было... Она вообще взрослый человек? Как можно говорить такие ужасные вещи собственной племяннице?

Ю Ыль просто бессильно опустилась на пол. Это был первый раз, когда она так жестко противостояла тёте. Она и не подозревала, сколько времени об этом мечтала. И не знала, какое облегчение почувствует на душе.

Джи Ын, побледнев, подошла к сидящей на полу Ю Ыль и поспешно наклонилась к ней. Затем быстро принесла салфетки и вытерла губы Ю Ыль. Джи Ын всхлипнула, словно ей было очень больно. Ю Ыль попыталась улыбнуться.

— Чего ты плачешь, Ке Джи Ын?

— Просто... мне так обидно и злость берет. Что это за люди такие... Почему таких не забирает бог подземного царства?

Благодаря Джи Ын, которая злилась вместо неё, Ю Ыль немного пришла в себя и поднялась.

— Извини. Что заставила тебя это увидеть. Давай быстро сходим за покупками и развеемся.

— Ты о чем? В таком состоянии куда ты собралась. Иди домой и отдыхай. Поняла?

Джи Ын взяла телефон и вызвала такси.

Через несколько минут, когда водитель позвонил и сообщил о прибытии, Джи Ын настойчиво довела Ю Ыль до машины и усадила внутрь.

Перед тем как закрыть дверь, она напутствовала: 

— Сегодня ни о чем не думай и просто отдыхай. Поняла? Обязательно сделай холодный компресс на ушибы. Слышишь?!

Джи Ын понимала, что на душе у Ю Ыль сейчас очень тяжело, и старалась проявить заботу.

Ю Ыль, которой было неловко отказывать дальше, слабо спросила: 

— ...Хорошо. А ты?

— Я закрою лавку и пойду. Как придешь домой — пришли подтверждающее фото. Ясно?!

Ю Ыль кивнула, и дверь такси закрылась. Машина тут же тронулась.

Ю Ыль отрешенно смотрела в окно. Она понимала, что если пойдет домой прямо сейчас, её поглотит чувство вины за то, что она не защитила сестру от тёти раньше. Она позвала водителя:

— Водитель, извините... Я бы хотела изменить пункт назначения.