Глава 48.0

Джи Хёк был в замешательстве. 

— Почему ты плачешь?

Ю Ыль шмыгнула носом и, вытирая указательным пальцем слезы, стекающие по переносице, ответила: 

— Я не плачу.

— Да как же, у тебя даже кончик носа покраснел. Ну чего ты?

— Просто... мне так жаль До Ха. Я ведь ещё столько всего не знаю, но полезла помогать... 

Ю Ыль искренне извинялась, и от расстройства на её глазах снова выступили слезы. Видя это, Джи Хёк почувствовал тяжесть на сердце. Если бы он не поддался возбуждению и не выскочил из ванной, этого бы не случилось.

— Нет, это я виноват. Это была моя ошибка — оставить вас с До Ха одних и уйти.

Ю Ыль лишь покачала головой.

— Нет. Это всё из-за моей неопытности. Я буду стараться лучше.

— Ты и сейчас отлично справляешься.

Услышав это, Ю Ыль плотно сжала губы, сдерживая новые слезы. Она ещё пару раз шмыгнула носом, а затем, глядя на До Ха, через силу улыбнулась. 

— Наш До Ха превратился из грязнули в маленького ангела, да? 

Стоило Ю Ыль улыбнуться, как До Ха улыбнулся ей в ответ.

— Пора выходить. Дай мне вон то полотенце. 

Джи Хёк попросил полотенце, и Ю Ыль тут же развернула его и подала. Как только он поднял До Ха из ванночки, Ю Ыль быстро вытерла воду с тела малыша и укутала его. Джи Хёк снова взял ребенка на руки, а Ю Ыль обернула маленькое полотенце вокруг головы До Ха. Их действия были слаженными. Джи Хёк подумал, что вдвоем у них получается гораздо лучше, чем когда он купал племянника один.

Выйдя в гостиную, они уложили До Ха на разложенное одеяло. Джи Хёк попросил Ю Ыль принести лосьон. Она молниеносно принесла и лосьон, и крем. Пока Ю Ыль наносила успокаивающий крем на лицо До Ха, Джи Хёк начал мазать его тело лосьоном. Малыш, которому это занятие явно надоело, начал капризничать.

— Наш До Ха такой красивый. Самый красивый в мире. Кто это у нас такой хорошенький? 

Видя, что До Ха плачет, Ю Ыль принялась на ходу сочинять песенку и трясти перед его глазами прорезывателем в форме льва. Малыш перестал плакать и потянул игрушку в рот. Наблюдая за этой картиной, Джи Хёк похвалил Ю Ыль: 

— Как ни посмотрю, кажется, ты справляешься с ним лучше, чем я.

Ю Ыль, которая после первого купания чувствовала себя подавленной, лишь грустно покачала головой.

— Это правда. Когда я впервые купал До Ха, я умудрился залить ему воду в уши, и госпожа Шим меня за это жутко отчитала. 

— ...Правда? 

— Ага. Она ворчала: "А если у него начнется отит, что делать будете?". На следующий день госпожа Шим даже возила его в больницу. 

— И всё обошлось? 

— Да, к счастью, всё было в порядке. Так что сейчас ты справилась гораздо лучше, чем я тогда.

— ...Нет, что ты. Если подумать, как До Ха испугался и плакал... 

— Но ведь сейчас он смотрит на тебя и улыбается?

Ю Ыль мельком взглянула на До Ха. Взгляд малыша был прикован к ней. От мысли, что это крошечное создание понимает её и так нежно на неё смотрит, несмотря на её неловкость, у неё потеплело на душе.

— Тётя будет стараться лучше. Прости меня, хорошо? 

Ю Ыль легонько погладила До Ха по щеке, извиняясь. Малыш, словно прощая её, широко улыбнулся. Ю Ыль не удержалась и нежно прижалась своим лбом к его лобику. Наблюдая за ними, Джи Хёк тоже невольно улыбнулся, и его глаза потеплели.

В этот момент раздался отчетливый звук:

Щелк!

Со стороны донесся звук затвора камеры. Джи Хёк и Ю Ыль одновременно повернули головы на звук. Там стояла госпожа Ким. Увидев, что на неё смотрят, она смущенно опустила телефон.

— Ой, я и не знала, что звук включен. 

Ю Ыль и Джи Хёк от неожиданности даже не нашлись что ответить. Госпожа Ким неловко улыбнулась и добавила: 

— Просто вы трое выглядели как такая счастливая семья... Настоящая картина, я не смогла удержаться и сняла.

Джи Хёк посмотрел на неё с подозрением. 

— Это не отец дал вам такое указание? 

— Ну что вы, вовсе нет! Сами посмотрите на фото — и поймете. Если бы был конкурс на самую счастливую семью, вы бы точно заняли первое место.

Ю Ыль стало любопытно, и она подошла к госпоже Ким. Та протянула ей телефон. Взгляд Ю Ыль замер на экране: на фото она улыбалась, прильнув к До Ха, а Джи Хёк смотрел на них обоих с такой любовью и нежностью, что сердце замирало. Со стороны они и впрямь казались любящей семьей.

Ю Ыль прошептала госпоже Ким: 

— Госпожа Ким, а вы не могли бы прислать мне это фото? 

— Конечно, почему бы и нет? 

Госпожа Ким с радостью записала номер телефона Ю Ыль в свой список контактов.

Тем временем Джи Хёк, закончивший одевать До Ха, взял его на руки. На веки малыша уже навалилась сонная тяжесть. Подойдя и увидев До Ха, госпожа Ким тихо рассмеялась: 

— Ой, наш До Ха. И поел, и искупался — теперь в сон клонит? Бабушка тебя уложит.

Госпожа Ким забрала ребенка у Джи Хёка. 

— Я его уложу. А вы двое отдыхайте. 

С этими словами она направилась в спальню До Ха. Ю Ыль махала рукой вслед, пока госпожа Ким с малышом не скрылись за дверью.

Перед тем как дверь закрылась, Джи Хёк внезапно вскочил и пошел следом в комнату. Ю Ыль, оставшись в гостиной одна, в недоумении моргала глазами, а затем на цыпочках подбежала к приоткрытой двери и прислушалась. 

"Может, он хочет попросить госпожу Ким проверить уши или глазки До Ха, не случилось ли чего после моего купания?" — забеспокоилась она. 

"Раз это я его мыла, то я сама и должна была следить за ним".

Однако из комнаты донеслось: 

— Госпожа Ким, пришлите и мне то фото. 

Это Джи Хёк просил фотографию, которую сделала экономка. Ю Ыль едва сдержалась, чтобы не рассмеяться в голос, и плотно сжала губы. 

"Мог бы просто открыто попросить, чтобы и ему прислали".

То, как он тайком выпрашивал снимок, показалось ей совершенно не в стиле Джи Хёка и очень милым.

Ю Ыль невольно вспомнила их первую встречу. Тот момент на похоронах сестры, когда она чуть не попала под его машину, и когда он, подозревая её в корысти, казался страшнее самого жнеца смерти. Потом, когда она узнала, что он из семьи "Сехан" и дядя До Ха, ей казалось, что небо рухнуло. Тогда он выглядел по-настоящему бессердечным и высокомерным человеком...

Но, присматривая за До Ха вместе с ним, она поняла: его сердце теплее, чем у кого-либо другого. Да, он бывает резок в словах, но он всегда спасает её в трудную минуту и проявляет искреннюю доброту. Даже сегодня, когда она расстроилась из-за своей ошибки при первом купании, он взял вину на себя и утешил её.

Такого человека невозможно было не полюбить.

— Ты что здесь делаешь? 

Вышедший из комнаты Джи Хёк застал Ю Ыль у двери. Она вздрогнула и посмотрела на него. Взгляд Джи Хёка медленно смягчился. 

— Лицо всё ещё красное. Ты не простудилась? 

Он протянул руку, чтобы потрогать её лоб. От его теплого прикосновения Ю Ыль почувствовала, что краснеет ещё сильнее.

— Конечно, раскраснелась — ты ведь вся промокла, пока мыла ребенка. Живо иди прими горячий душ. Я оставлю одежду для переодевания перед ванной.

Ю Ыль покачала головой. 

— Нет. Я помоюсь дома. 

— Почему? Когда До Ха болел, ты же без спроса пришла и вовсю тут мылась.

При упоминании того случая лицо Ю Ыль вспыхнуло ещё сильнее. Тогда, желая быть рядом с больным До Ха, она вела себя почти как скандалистка. 

— Хм. Ну... это было тогда. В общем, я пойду!

Ю Ыль развернулась, собираясь идти к выходу. Однако Джи Хёк перехватил её за запястье. Он держал её мягко, но в его хватке чувствовалась такая сила, что она поняла — ей не вырваться.

— Оставайся на ночь. 

— ...Что?

От его пристального, горячего взгляда и серьезного голоса её сердце пропустило удар.