Кровь под снегом

Утро началось с крика.

— Подъём, мрази! — раздалось в коридоре, и через секунду дверь распахнулась. Один из младших рыцарей, рослый, с грязно-рыжими волосами и лицом, будто высеченным из льда, ударил по дверному косяку.

Влад уже сидел на койке. Он не спал почти всю ночь. Мысли об Артуре, о жажде, о разговоре у огня — всё это сидело внутри, как заноза под кожей. Лия поднялась следом, бросив на вошедшего холодный взгляд.

— Пять минут — и на плацу. Кто опоздает — будет чистить конюшни. Руками. Без перчаток, — усмехнулся рыцарь и ушёл.

Во дворе их уже ждали. Камень под ногами был покрыт наледью, дышать было тяжело — мороз душил с самого утра. Среди учеников стояли и те, кто уже давно носил эмблему меча на плечах. Они не тренировались — они наблюдали. И судили.

— Сегодня — спарринги, — бросила капитан Мира. — До первой крови или потери сознания. Без магии, без трюков. Только вы и ваше дерьмо, которое зовёте телом.

Первым вызвали Влада.

Противник был тем же рыцарем, что разбудил их утром — рыжий, широкоплечий, с глазами, в которых плескалось презрение, злость и что-то ещё. Он снял плащ, оголив татуировку на шее — змея, обвивающая кинжал.

— Ну что, полукровка, — процедил он. — Покажешь нам, как кусаются ублюдки?

Смех прошёлся по рядам.

— Слишком долго мы терпим тебя здесь, — продолжал он, выходя на круг. — Ты — позор меча. Кусок тьмы, замотанный в человеческую шкуру.

Влад молчал. Он вышел на лёд и встал в стойку. Его глаза не выражали ничего.

— Смотришь, как будто уже проиграл, — усмехнулся противник. — Или боишься, что я выбью из тебя всё людское — и останется только зверь?

Мира кивнула.

— Начали.

Первый удар был быстрым — рыцарь пошёл в атаку с ходу, рассчитывая на ярость. Влад уклонился, шагнул вбок и нанёс обратный удар кулаком в рёбра. Тот отшатнулся, но тут же развернулся, и на этот раз удар пришёлся в челюсть Владу.

Губа лопнула. Кровь капнула на снег.

— Вот она, первая капля, — усмехнулся рыцарь. — Красиво течёт. Почти как у людей.

Влад вытер кровь и снова встал. Тихо. Без слов.

— Или ты думаешь, что если молчишь — то уже не чудовище? — продолжал тот, идя по кругу. — Мы знаем, кто ты. Мы помним, что ты сделал. Хочешь сюда, в Орден? А кого ты защитишь, когда в тебе проснётся голод?

Удар — Влад парирует. Удар — он пропускает по плечу.

— Или тебя снова нужно привязать, как пса? Мать — шлюха, отец — тварь. А ты — нечто, что должно было утонуть в собственной крови. Но теперь тебя пускают сюда. В крепость. К нам.

И тут что-то в Владе дрогнуло. Не сорвалось — нет. Он знал эту боль. Знал её слишком давно.

— Ты закончил? — тихо спросил он, медленно вставая.

— Что?

— Я тебя спрашиваю: ты всё сказал?

Рыцарь, растерявшись, шагнул ближе — и в этот момент Влад ударил. Не зверски. Не яростно. Точно. Холодно. Кулак попал в висок. Потом в живот. Рыцарь согнулся, но Влад не добивал. Он просто смотрел.

— Ты можешь называть меня как хочешь. Полукровкой. Тварью. Ублюдком. Мне плевать. Всё это — слова. А ты… ты не стоишь даже моего гнева.

Тот рухнул на колени, захрипел.

— Вот и всё, — бросил Влад и развернулся к капитану. — Следующий?

Мира смотрела на него пристально. Кто-то из старших рыцарей тоже шептался с соседом.

— Довольно, — сказала она. — Следующий бой — Лия против Сандры.

Влад отошёл к краю круга. Лия прошла мимо, встретившись с ним взглядом. Он кивнул. И она кивнула в ответ — не как друг, а как воин.

Бой начался.

А в стороне, на верхней террасе, женщина в белом наблюдала молча. У неё в руках был список — с именами новобранцев. Одно из имён было обведено.

Влад.

Она поставила метку рядом:
"Проверен. Возможен допуск к отряду."

Снег всё ещё падал. Кровь на льду уже застыла.
А впереди был только лёд. И сталь.