Винтерхольм

Снег усилился. Крупные хлопья падали почти вертикально, медленно, как пепел. Дорога к городу петляла среди застывших деревьев, и чем ближе они подходили, тем чаще начинали попадаться полуразрушенные стены, обломки колонн, забытые флаги, затерянные под снегом.

— Почти пришли, — сказал Артур. — Снаружи он кажется мёртвым. Но внутри — жизнь.

И правда: когда они подошли ближе, за руинами открылся тяжёлый железный мост, перекинутый через замёрзшую реку. По его краям стояли факелы — редкий свет в белизне зимы. У ворот — две фигуры в серебристых плащах и броне с золотыми вставками. Один из них поднял руку, останавливая их.

— Назовитесь.

— Артур Вален, — уверенно сказал дампир. — Слуга Ордена. Вернулся из задания. Со мной — двое.

Рыцари обменялись взглядами. Один из них подошёл ближе, вглядываясь в лицо Влада, потом в Лию. Он явно узнал Артура, но на Влада и Лию смотрел с осторожностью, почти с отвращением.

— Полукровка и человек?

— Они со мной, — жёстко сказал Артур. — И они пережили то, что многие не выдержали бы.

— Нам поступал приказ от старших, — кивнул рыцарь. — Их ждут. Всех троих.

— Ждут? — удивилась Лия.

— После случившегося в церкви, слухи дошли до крепости. Кто-то хочет услышать их из первых уст. Заходите.

Тяжёлые ворота со скрежетом открылись. Винтерхольм встретил их холодом каменных улиц, но кое-где уже горели огни, и по улицам ходили люди — в основном рыцари и послушники. Город был жив, хотя и мрачен. Как призрак ушедшей эпохи, цепляющийся за остатки света.

Их провели внутрь через длинный коридор, украшенный флагами с эмблемой меча, окружённого солнцем. Это был главный зал. За столом сидело трое: женщина в белом, пожилой рыцарь с покрытым шрамами лицом, и молодой мужчина в парадной броне.

— Вот они, — произнёс один из сопровождающих. — Артур и двое выживших.

— Выживших? — мужчина в броне поднялся. — После схождения Проклятия?

— Да, — сказал Артур. — И именно благодаря им Проклятие было остановлено.

— Мы знаем об этом от других. Слухи разошлись быстрее вестников. Но мы хотим услышать всё сами, — женщина в белом посмотрела на Влада. — С тебя начнём. Кто ты?

Он сделал шаг вперёд. Снег всё ещё лежал на его капюшоне, но он не сбрасывал его. Лия встала рядом, молча, как поддержка.

— Влад. Бывший изгнанник. Полукровка. Но я не служу тьме.

— И ты победил воплощение Проклятия?

— Мы. Вместе. Я использовал силу, которую ненавижу. Но она спасла нас.

Некоторое время никто не говорил. Пожилой рыцарь кивнул.

— Ты не единственный, кто ненавидит свою силу, но использует её ради других.

— Тогда… — Лия сделала шаг вперёд. — Мы пришли не просто рассказать. Мы хотим вступить.

— В Орден? — женщина прищурилась.

— Да, — твёрдо сказала она. — Я хочу сражаться не из страха. А чтобы остановить всё это. Чтобы больше никто не умер, как в той деревне.

Рыцари переглянулись. Потом все трое поднялись.

— Решение принято, — сказал мужчина в броне. — Добро пожаловать в Винтерхольм.

— Мы испытаем вас, — добавил старик. — Сначала как учеников. Потом — как воинов.

— А ты, полукровка… — женщина подошла ближе. — Ты особый случай. Но тебя мы тоже не отпустим.

— И не надейтесь, — отозвался Влад. — Я пришёл — и останусь. До конца.

И впервые за долгое время в глазах рыцарей мелькнуло не подозрение. А уважение.

Утро в Винтерхольме начиналось не с солнечного света — солнце здесь редко пробивалось сквозь серые облака. Оно начиналось со звона металла, шагов по камню и ледяного ветра, что проникал в любую щель. Здесь не было времени на раскачку, как и сочувствия. Только дело.

Лия проснулась в одной из верхних комнат казармы. Простой каменный потолок, шерстяное одеяло и запах холодного железа — всё было аскетично, но в этом чувствовалась сила. Она поднялась, быстро оделась, и когда вышла в коридор, уже слышала, как пониже тренируются новички.

Артур ждал её у входа во внутренний двор.

— Проснулась вовремя, — сказал он, подавая ей мех с водой. — Сегодня начнётся ваша подготовка. Это не просто показуха. Здесь тебя сломают, если не держишься.

— Я держусь, — коротко ответила она, встречаясь с ним взглядом.

— Я знаю, — он улыбнулся. — Потому и рад, что ты здесь.

Во дворе уже ждали. Влад стоял у стены, молча наблюдая за рыцарями. Его взгляд скользил по движениям воинов, по их тренировочным поединкам, отточенным ударам, строгой дисциплине. Но в этих лицах — ни жалости, ни доверия. Они знали, кто он. И всё равно дали шанс.

— Слушайте сюда! — голос прозвучал резко. Высокая женщина в серой броне, с короткими чёрными волосами и шрамом на щеке шагнула вперёд. — Меня зовут капитан Мира. Сегодня вы — новички. Завтра, если выживете — ученики. И только тогда, может быть, рыцари. Поняли?

— Так точно! — раздалось хором. Лия сдержалась, Влад молча кивнул.

— Начнём с основ. Влад, Лия — вы со мной. Артур сказал, что вы не обычные. Посмотрим, насколько.

Тренировки были жёсткими. Удары, блоки, падения на жёсткий снег. Мира не щадила никого — ни Лию, ни Влада. Особенно Влада.

— У тебя сила, — сказала она после одного из спаррингов, когда он отбросил противника одним ударом. — Но ты боишься её. Почему?

— Потому что она не моя, — ответил он. — Я не просил её. И не хочу.

— Тогда либо научись управлять ей. Либо погибни с этой гордостью.

Лия стояла рядом, тяжело дыша. На щеке кровь, на руках синяки. Но в глазах — огонь. Она не сдавалась. И Влад, увидев это, тоже поднялся снова.

Так прошёл день. Вечером они вернулись в казармы, измотанные, побитые, но несломленные.

Лия сидела на кровати, склонившись к окну. Снаружи вновь шёл снег. Тихо. Безмятежно. Как будто всё это было в другой жизни.

Влад вошёл и опёрся о стену рядом.

— Больно? — спросил он.

— Да, — она усмехнулась. — Но хорошо. Здесь всё… настоящее.

— Да. — Он помолчал, затем добавил: — Знаешь… когда ты говорила, что хочешь вступить — я сомневался. Теперь — нет.

— Почему?

— Потому что ты держишься. А я — за тебя.

Они молчали некоторое время, слушая, как где-то вдали снова зазвенело железо.

— Нам придётся много пройти, — тихо сказала она.

— И мы пройдём, — ответил он. — Вместе.

Казалось, крепость спала. Тренировки стихли, рыцари разошлись по своим делам, и лишь ветер шептал за окном, царапая стекло ледяными пальцами.

Влад тихо вышел из общей комнаты и двинулся по каменному коридору, стараясь не скрипеть подошвами. Его шаги были тяжёлыми, но не от усталости — от мыслей. Он чувствовал, как они давят внутри, как копятся, словно гниль под кожей. Он дошёл до небольшого зала, где Артур сидел у очага, откинувшись на спинку скамьи. Меховой плащ был наброшен на плечи, в руках — кружка с чем-то горячим.

— Не спишь? — спросил Влад, остановившись у входа.

— Я — дампир. Сплю, когда нужно, — ответил Артур, не оборачиваясь. — Садись.

Влад сел напротив, долго молчал, прежде чем выговорить:

— Ты знал, кто он… Тень. Виктор Цепешь. Но не об этом сейчас. Я… хотел поговорить о другом.

Артур посмотрел на него внимательнее. Взгляд стал серьёзным.

— Говори.

— Во время боя… да и не только… — Влад сжал кулаки. — Я чувствовал это. Жажду. Она… врывается резко. Словно я проваливаюсь в какую-то тьму. Я могу потерять контроль. Я несколько раз уже был на грани. И боюсь, что однажды… не смогу остановиться.

Артур кивнул медленно. Его лицо не выражало ни осуждения, ни страха.

— Это не редкость. Особенно для таких, как ты. Полукровки часто чувствуют обе стороны сильнее. Ты не просто человек, Влад. И не просто вампир. Ты — перекрёсток.

— Как ты с этим живёшь? — спросил Влад тихо. — Ты ведь тоже наполовину…

— Я научился держать себя в узде. Но знаешь что? — Артур поставил кружку на стол и склонился ближе. — Главное — не пытайся это полностью подавить. Потому что тогда оно сорвётся внезапно. Учись слушать это. Узнавать. И направлять.

— Направлять?..

— Жажда может быть зверем. А может — оружием. Ты должен стать тем, кто держит поводья. Или однажды проснёшься, стоя над телами тех, кого хотел защитить.

Тишина повисла между ними.

— Спасибо, — наконец сказал Влад. — Просто… нужно было сказать это вслух.

— Ты сделал первый шаг. Это уже многое значит.

Они ещё немного посидели у огня. И ночь продолжила своё шествие по ледяному камню Винтерхольма.