Завоюет ваше сердце

Глоток.

Я бессознательно сглотнула.

“Что же он ответит?”

Любопытство и страх в унисон шептали мне свои бессвязные речи. Я боялась, что слова, беспечно вылетевшие из моего рта, могли подорвать сложившееся между нами дружеские отношения, но мне так хотелось узнать причину его поступка.

— Император приказал мне, — произнёс Ксавьер.

— …

— Вы, должно быть, уже осведомлены об этом усилиями леди Оделетты, — продолжил он.

— … я понятия не имела, — ответила я. Она не упоминала ничего такого. Я снова сглотнула и, словно попугай, повторила. — Понятия не имела.

— Вероятно, она всё же ничего вам не сказала, — заключил он. — Император желает, чтобы я женился на леди Оделетте. Конечно ,в этом нет ничего особенного: его сын в подходящем для брака возрасте, но не стремится ухаживать за кем-либо, не говоря уже о женитьбе.

— ...так в этом и кроется причина?

— Да, — сухо ответил кронпринц. — Если бы не его воля, я бы ни за что не поступил столь жестоким образом с леди Оделеттой. Но давать ей ложную надежду было бы омерзительно с моей стороны.

— …

— Поэтому я должен был быть честен с ней. Но… мне жаль, что я не смог встретиться с вами обеими и рассказать правду.

— Не думала, что это был императорский приказ, — удивлённо пробормотала я.

Император Генрих XIV стремился свести их. Я не знала, хорошо это или плохо. Такое чувство, будто Оделетта постепенно становилась злодейкой второсортной драмы.

“В итоге всё продолжило идти по сценарию оригинальной истории?”

Я проглотила ком в горле и тревожно провела языком по губам.

“Неужели ничего нельзя изменить? Неужели жизнь Оделетты определена лишь этой ролью?”

“Нет. Быть того не может.”

Дружеские отношения уже претерпели изменения, так что за проблема с романтическими? Отбросив все негативные мысли, я решилась продолжить разговор.

— Почему вы не дали мне ни малейшего намека? Тогда я смогла бы предотвратить ситуацию с Оделеттой.

Как инициатор я бы приняла весь удар на себя, и Оделетте не пришлось бы страдать столь сильно. Я бросила на Ксавьера проникший мраком взгляд.

— Это было жестоко.

— ...мои извинения, — прошептал Ксавьер с сожалеющим видом. — Это полностью моя ошибка. Я не могу отрицать этого.

— …

Слов не хватит, чтобы описать мои смешанные эмоции.

“И что мне следует сказать, чтобы сдвинуть разговор с мертвой точки?”

Конечно, я могла бы выпалить что угодно и поспешно покинуть Его Высочество, но мне казалось это несколько неуважительным по отношению к Оделетте. Даже после объяснений кронпринца моё возмущение не отступало.

“Если предположить, что сказанное им - правда, это всё равно не сделает у моря погоды, не отменит того факта, что Оделетту уже терзает боль или что Ксавьеру может нравиться другая женщина.”

— Это может показаться грубостью, но.., — неуверенно начала я, не в силах сдержать своё любопытство. — Могу я задать вам один вопрос, Ваше Высочество?

— Да, леди Маристелла, — ещё тише ответил он.— Спрашивайте.

— Я не знаю, кто вам нравится, так что не беспокойтесь, — отшутилась я, пытаясь смягчить тяжёлую атмосферу. — Если честно, я не до конца понимаю ситуацию.

— О чем вы?

— Вы будущий император. Ваше прекрасное лицо волнует всех юных леди Империи. Также у вас хороший характер. В каком-то смысле вы идеальный мужчина.

— Это так, — сказал Ксавьер в смущении, а я продолжила, зная, что мои слова - правда.

— Это не только мои мысли, так что мне не понятно.

— Что вы имеете в виду?

— Почему вы ещё не признались девушке, которую любите? — спросила я.

— …

— Будь я на вашем месте, сразу же попросила бы руки той девушки, — волнение о том, что я могла преступить границы дозволенного, стало наступать, так что я поспешно добавила. — Вы в праве не отвечать на личные вопросы. Это грубо с моей стороны.

— Это личное, — пристально взглянул на меня Ксавьер. его взгляд отличался от обычного, лицо казалось непроницаемым. — Я думаю, что могу обсудить это со своим другом. (П.р. кря?)

— …

— Мы все ещё друзья?

— Не знаю, нормально ли определять наши отношения так, — продолжила я мягким тоном. — Не скрою того факта, что разочаровалась в вас. Но я понимаю, что вас сковали обстоятельства.

— Почему вы извиняетесь? Я ведь могу оказаться ужасным человеком, — Ксавьер с взглянул на меня с любопытством.

— Исходя из известного мне, я не могу считать вас таковым, — произнесла я, спокойно продолжая высказывать свои мысли. — Даже перед моим приездом сюда я думала, что вы не стали бы так поступать намеренно. Но, коли это приказ императора, вы просто не могли ослушаться его.

— …

— Учитывая личные обстоятельства, я могу полностью понять вас, хотя и не одобряю подобное, — закончив свою мысль, я, несколько колеблясь, решила задать вопрос. — Я была слишком самоуверенна?

— ….ни в коем случае, — ответил он, слабо выдохнув. — Мне просто стыдно за самого себя.

—...

— Благодарю, что вы такого высокого мнения обо мне, леди Маристелла. Но, как вы могли уже понять, я несколько нерешителен в этом плане. Если бы я руководствовался здравым смыслом, то сразу же бы стал ухаживать за ней, пытаясь осознать свои чувства, но меня поглотили сомнения.

— Почему?

— Потому что я боюсь, — неясная улыбка, промелькнувшая на его лице, была наполнена некой грустью. В тот момент, когда эта улыбка попалась мне на глаза, я больше не могла продолжать. Видеть такое выражение на его лице казалось странным.

— Чего же вы боитесь? — спросила я.

— Я боюсь, что могу навредить той, кто мне нравится, — ответил он.

— В отношениях естественно иногда причинять друг другу вред. Это естественно, — я качнула головой и попыталась убедить его.

— Но эти отношения перерастают в брак, а позже создаётся семья.

— ...

— Боюсь, тогда я причиню им боль, — произнес он низким заполняющимся болью голосом. Я была удивлена видеть то, с каким тяжелым выражением лица он говорил. Я чувствовала, что должна утешить его, поэтому размышляла над ответом несколько дольше обычного.

— Не знаю, откуда у вас такие страхи… Но, когда дело доходит до любви, нельзя медлить. Если вы не сможете преодолеть свои страхи и продолжите сомневаться, ваша настоящая любовь может и не расцвести.

— Я желаю вам счастья независимо от того, кому принадлежат ваши чувства. Надеюсь, что вы сможете набраться достаточно храбрости, — главное сделать первый шаг. Под лежачий камень вода не течёт.

— Никогда бы не подумал, что услышу это из ваших уст, — ответил он.

Я улыбнулась. Даже я не ожидала такого от себя. И что же я натворила? Ради Оделетты мне следовало бы посоветовать не делать поспешных решений. Я не могла не рассмеяться, недоумевая от своих действий.

— Ну, я думаю, что должна была сказать вам это, чтобы помочь отбросить ваши сомнения, — задорно ответила я.

Ксавьер посмеялся с моей шутки, а я продолжала удивляться, почему он ведет себя столь пассивно, когда дело касается его любви. В романе не объяснялось причины: оригинальная история крутилась вокруг распрей Оделетты и Доротеи.

“Я даже не подозревала, что скрывает в себе предыстория...”

Проблема в том, что я не могла бездумно поднимать такую щепетильную тему. Это личное. Я призадумалась, стоит ли спросить его об этом, но, прервав мои мысли, Ксавьер продолжил.

— Иногда я чувствую себя жалким. Кажется, я не могу нормально разделять прошлое и настоящее, — сетовал он.

— Вовсе нет, Ваше Высочество. Это не всегда легко. По правде говоря, я нахожу вашу попытку сделать это великолепной.

— Вы всегда говорите так слащаво, — похвалил Ксавьер.

— Но это правда, — успокаивающе улыбнулась я. — У меня нет большого опыта, но я знаю, как больно отрывать от себя прошлое. Замечательно, что вы пытаетесь.

— Благодарю за тёплые слова.

— Но лично я надеюсь на то, что мой друг завоюет ваше сердце.

Ксавьер улыбнулся мне, но в его взгляде промелькнула грусть. Я не хотела давить на него, призывая к каким-либо действиям, поэтому просто молча улыбнулась.